Страница 61 из 99
Мужчина медленно выдохнул.
— Ты понимаешь, куда идешь? На какую судьбу себя обрекаешь?
— Лучше многих, — возразила я.
— Нет, откуда тебе знать? Ты лишь несколько месяцев в сознании. Ты стала сталкиваться с непониманием и завистью. Признаю, ты ведешь себя достойно, но в Запретном городе живут не молодые, глупые барышни, а искусные интриганы.
Я почувствовала, как внутри медленно поднимается раздражение. Опять этот тон. Будто он один знает правду о мире, будто только он умеет видеть опасность. Если он такой прозорливый, почему не замечает, что я могу постоять за себя?
— К чему разводить этот бесполезный спор? Лучше скажи прямо, — я подняла подбородок, чтобы лучше видеть его, — ты планируешь мне как-то мешать?
Потому что если бы он захотел, он бы мог себе это позволить. Император и принц одобряют его. Попроси он не включать меня в список на отбор, мой план можно похоронить рядом там, где упокоятся мои настоящие отец и брат. Я не могу этого допустить.
Гуань Фэн потемнел, поджал губы и заложил руки за спину. Потом он наклонился чуть ниже, к моему уху. Я ощутила его дыхание на своей коже.
— Нет.
— Нет? — изумилась я, зардевшись.
Меня смутило, что он так близко.
Он выпрямился и улыбнулся.
— Нет, я не буду тебе мешать, но это не значит, что мне нравится твоя затея.
Я горько рассмеялась.
— Какая трагедия. Но спасибо и на том, что козней не устроишь.
— Фэн-эр... — В отличие от отца, он звал меня так гораздо реже. — Не превращай свою жизнь в жертвенный костер раньше времени, — сказал он тихо. — Даже если тебе кажется, что она уже принадлежит не тебе.
У меня на мгновение перехватило дыхание. Неужели…Нет. Нет, невозможно. Он говорит о том, что я хочу прославить семью перед смертью, а не о том, что я давно продала душу Мо Юаню.
Я слишком резко отвела взгляд.
— Ты слишком много думаешь, братец.
— А ты слишком мало себя жалеешь.
После этих слов он пошел вперед.
Через несколько дней я вновь оказалась в академии, но в той части, куда обычных учениц почти не допускали. Там располагались маленькие павильоны евнуха Гао. Точнее, не его самого — его павлинов.
Старый змей любил этих птиц так, словно они были его собственными детьми. Павлины свободно расхаживали по саду, распускали хвосты, дрались между собой и орали настолько громко, словно их пытались зарезать.
Воистину, моя игра на цине напоминала их клекот, а не мяуканье кошки. Временами мне хотелось стать глухой.
Сегодня Чуньтао несла за мной небольшой мешочек с сушеными ягодами и редкими орехами, которые, по словам торговца, особенно любили павлины.
Я подозревала, что торговец соврал. Но евнух Гао был доволен, а значит, потраченные деньги уже окупились.
Когда мы вошли в сад, один из павлинов тут же бросился к нам, волоча по дорожке длинный сине-зеленый хвост.
— Ах, мой красавец, — умилился евнух Гао, присаживаясь рядом с птицей. — Видишь? Барышня Сяо снова принесла тебе угощение.
Павлин пронзительно заорал.
— Полагаю, он благодарит вас, — раболепным тоном произнесла я.
Евнух довольно хмыкнул.
— Барышня Сяо, вы слишком балуете старика.
“Нет,” — подумала я. — “Я просто очень хочу попасть в гарем.”
Но вслух, конечно, произнесла другое:
— Господин Гао слишком добр ко мне. Я лишь выражаю благодарность.
В памяти не к месту всплыл последний диалог с Гуань Фэном. Верно он тогда сказал, раньше я была прямолинейной и честной, но пришлось научиться лицемерить и лебезить.
Гао Шоучжун прищурился, потом вдруг махнул рукой.
— Пойдемте.
Мы медленно пошли по садовым дорожкам. Павлины ходили следом, словно наша разноцветная свита. Ветер качал ветви деревьев, солнце скользило по белому камню, а неподалеку журчала вода.
Здесь было очень красиво... И тревожно. Ведь самые страшные заговоры в Запретном городе всегда велись именно в таких красивых местах.
— Мне жаль вас, барышня Сяо, — неожиданно произнес евнух Гао.
Я сразу насторожилась, но лицо сохранила спокойным.
— Вы слишком добры.
— Нет, правда жаль, — продолжил он, заложив руки за спину. — Такая красивая девушка… и такая судьба.
Павлин рядом снова заорал. Трагично. Будто понимал, что рядом стоит умирающая девушка.
— Вся столица знает, какая беда приключилась с вашим родом, — продолжил евнух. — Болезнь молодой госпожи — большое горе для генерала Сяо.
Я слегка опустила взгляд. К такой Сяо Фэн привыкли и такой ее хотели видеть.
— Но даже так, — протянул он задумчиво, — вы все равно одна из самых подходящих девушек для наследного принца.
У меня внутри все похолодело. В животе ощутилось томление, шевеление.
— Господин Гао переоценивает меня, — вновь поклонилась я.
— Разве? — он усмехнулся. — Вы красивы, воспитанны, происходите из великого рода. А главное…
Он многозначительно замолчал. Я сама закончила его мысль: “Недолго проживу.”
— Я не смею и мечтать о подобной чести, — тихо сказала я, делая очередной поклон.
Ох, у меня так скоро спина отвалится. Евнух же довольно кивнул. Как же такие люди любят покорность.
— Разумеется, я не могу обещать вам положение жены наследного принца, — продолжил он. — Но даже стать наложницей в вашем положении — уже огромная милость небес.
Милость.
Я едва не рассмеялась. Но только снова поклонилась.
— Благодарю господина Гао за столь высокую оценку.
Он остановился у пруда, где павлины пили воду. Некоторое время молчал.
— Когда война закончится, можете не волноваться.
Я подняла глаза.
— Простите?
— Вы попадете в список для отбора, — сказал он спокойно. — Это меньшее, что я могу сделать для рода Сяо. Генерал Сяо Жэньдэ много лет служит империи. Было бы несправедливо оставить его дочь без единого шанса. А император прислушивается ко мне.
На мгновение мне показалось, что время остановилось. Получилось... Получилось. Я действительно добилась этого. Контракт с Мо Юанем, кровь, смерть, перерождение, интриги, унижения — все это наконец начинало двигать меня туда, куда нужно.
Стало страшно, но страх я подавила в зародыше. Когда лодка доплывает до середины реки, возвращаться уже поздно.
— Эта милость слишком велика.
— Не преуменьшайте себя, — отмахнулся евнух Гао,— И не преувеливайте мои заслуги. В конце концов, некоторые девушки в академии куда талантливее вас, но что с того?
А вот это меня удивило. Ха, и этот старый лис любит посплетничать.