Страница 25 из 99
— Вы и не обидели, — я коснулась ее руки. — Успокойтесь. Чай стынет.
Она послушно сделала глоток, но я видела, что она все еще смущена. И одновременно — благодарна. За то, что я не оттолкнула ее. За то, что не осудила.
Я знала это чувство. В прошлой жизни я отдала бы все за одну такую подругу.
Мы проговорили еще около часа. О музыке, о вышивке, о том, какие лепешки пекут в ее доме и какие — в моем. О пустяках, о ничего не значащих мелочах, из которых и состоит женская дружба.
Когда Син Юэ уходила, она остановилась в дверях и обернулась.
— Барышня Сяо... можно я буду называть вас просто по имени? Фэн-эр? Так вас называют?
Ответить я не успела. Мы обе услышали, что во двор въехал новый гость. Не сговариваясь, мы обернулись.
Как мне захотелось застонать. Как же он не вовремя.
Во двор въехал всадник, и я узнала его еще до того, как он спешился. Чжан Чэн.
Он ловко соскочил с коня, отдал поводья подбежавшему слуге и огляделся. Из дома уже вышел отец, распахнув объятия.
— Чжан Чэн! — голос его звучал радушно. — Какими судьбами? Гуань Фэна ищешь?
— Здравствуйте, господин Сяо. — Чжан Чэн поклонился с уважением. — И его тоже. Но вообще-то я к вам по делу. Можно поговорить?
Отец кивнул, и они направились к дому, но Чжан Чэн вдруг остановился и поднял голову. Прямо на нас. На меня и на Син Юэ.
Мы стояли у окна малой гостиной, и стекло не скрывало наших силуэтов. Я увидела, как дрогнуло его лицо — он узнал меня. А потом его взгляд скользнул на Син Юэ.
Син Юэ рядом со мной напряглась. Я физически почувствовала, как она задержала дыхание.
Чжан Чэн отвернулся и вошел в дом вслед за отцом. А мы остались стоять у окна, и тишина в комнате стала вдруг очень тяжелой.
— Вы знакомы? — голос Син Юэ прозвучал тихо, но в этой тишине каждое слово падало, как камень в замерзший пруд.
Я обернулась к ней. Она смотрела на меня спокойно, но я то знала, что в ее глазах плещется настоящая, жгучая ревность.
— Он на вас так смотрел, — добавила она, и голос ее дрогнул. — Вы... вы давно знаете господина Чжана? Он вас и на моем празднике сопровождал.
Я смотрела на нее и видела себя. Той себя, которая еще не знала, что такое настоящая потеря. Которая пока боялась, что у нее отнимут надежду на любовь.
— Барышня Син, — сказала я мягко, — мы знакомы ровно настолько, насколько вы видели. Он был на вашем празднике. Мы обменялись парой фраз. Из вежливости, он спас меня от злой своры.
— Но он смотрел...
— Он смотрел потому, что я недавно... — я запнулась, подбирая слова. — Недавно я оказалась рядом, когда ему понадобилась помощь. Это все.
Син Юэ впилась в меня взглядом.
— Помощь? Какая помощь?
Я вздохнула. Говорить или нет? Если скажу правду, она начнет расспрашивать. Если совру, она почувствует ложь. Наивной она была, но не глупой же.
— Он был ранен, — ответила я коротко. — Я помогла ему добраться до лекаря. На этом все.
— Ранен? — глаза Син Юэ расширились. — Кто посмел? Когда?
— Пару дней назад. На него напали разбойники. Но он уже здоров, как видите. — я кивнула в сторону двери, за которой скрылся Чжан Чэн. — И приехал он, скорее всего, к Гуань Фэну. Всем известно, что они давние друзья.
Син Юэ молчала, переваривая услышанное. Я видела, как она борется сама с собой: поверить или нет?
— Он вам нравится, — произнесла я тоном, которым обозначают факты.
Она вспыхнула до корней волос.
— Я... с чего вы взяли? Мы просто знакомы, наши семьи...
— Барышня Син, — я коснулась ее руки. — Я ни на что не претендую. Мне осталось не так много времени, чтобы думать о женихах. И я не из тех, кто отбивает чужих мужчин.
Она замерла, глядя на меня с удивлением.
— Вы так спокойно об этом сообщаете.
— Это все, что остается мне делать. Принять болезнь с достоинством. Поверьте, у меня нет планов на Чжан Чэна. Он хороший человек, к которому я испытываю безмерное уважение. Он друг моего названого брата и друг вашего. Но между нами нет ничего.
Син Юэ смотрела на меня так, словно у меня выросла вторая голова. Потом по щекам потекли слезы.
— Зачем вы мне это говорите? — прошептала она.
— А по вам все видно.
Она всхлипнула и вдруг порывисто обняла меня. Я не двигалась, не зная, как реагировать. В прошлой жизни я не была такой тактильной. Но сейчас... сейчас это было почему-то приятно.
— Простите, — прошептала она мне в плечо. — Я такая дура.
— Ничего, — я погладила ее по спине, как маленькую. — Все будет хорошо.
И как ей сказать, чтобы она забыла о Чжан Чэне? В данный момент время точно не подходящее.
Она отстранилась, вытерла слезы и попыталась улыбнуться.
— Мне пора. Отец будет волноваться. Но я... я приеду еще. И вы меня навещайте.
— Буду только рада.
Она ушла. Я проводила ее до ворот, наблюдала, как ее паланкин скрывается за поворотом. А потом глубоко вздохнула и развернулась, чтобы идти в дом. Эта беседа меня порядком измотала.
— Бырышня Син, — окликнул меня слуга отца, подбегая. — Господин Чжан Чэн просит вас уделить ему несколько минут. Он в восточной беседке.
Я замерла. Вот же... неугомонный. Хорошо, что Син Юэ уехала.
— Скажи, что я сейчас подойду.
Восточная беседка стояла в глубине сада, у замерзшего пруда. Чжан Чэн стоял у перил, глядя на эту застывшую гладь, и в его позе чувствовалось напряжение.
Я подошла бесшумно, но он обернулся, словно ждал.
— Барышня Сяо, — поклонился он. — Простите, что отрываю.
— Ничего страшного, господин Чжан. — Я ответила поклоном и остановилась в двух шагах. — Чем обязана?
Меня насторожило, что он приехал. Я успела пожалеть, что на празднике приняла его помощь. В день его спасения он переживал, что нас кто-то увидит. Сегодня, он словно специально делал все возможное, чтобы нас заметили. А мне ведь жизненно необходимо его избегать.
— Я хотел спросить, как вы себя чувствуете. Был такой суматошный день.
— Хорошо, — степенно отозвалась я. — Лучше, чем в тот суматошный день.
Он помолчал, потом шагнул ближе. Всего на полшага, но этого хватило, чтобы я почувствовала его близость.
— Я до сих пор не знаю, как вас благодарить, — сказал он тихо. — Если бы не вы...
— Если бы не я, вас бы спасли другие, — я затараторила. — Вы важный человек, господин Чжан. За вами бы пришли.
— Но пришли именно вы.
Я подняла на него глаза. В них было столько искренности, что на миг я забыла, кто я и где. А это преступление. Нет, нам с ним нельзя общаться. Как и Син Юэ нельзя.