Страница 24 из 99
Я ошарашенно развернулась. Син Юэ? Приехала ко мне? Сама?
— Она... — мой голос предательски дрогнул. — Она одна?
— С сопровождающими, конечно, — закивала Чуньтао. — Но в дом вошла только с одной служанкой. Просит уделить ей время. Господин уже в курсе, велел передать, что если вы не хотите, он сам с ней поговорит и проводит...
— Нет, — перебила я резче, чем следовало. — Конечно, я приму ее. Где она?
— В малой гостиной. Я провожу?
Я кивнула, лихорадочно соображая. Зачем она приехала? Что ей нужно от полоумной Сяо Фэн? Или она уже не считает меня полоумной после вчерашнего?
— Помоги мне одеться, — велела я, вставая с кровати. — И побыстрее.
Через четверть часа я входила в малую гостиную.
Син Юэ сидела у окна, на ней было простое, но изящное платье цвета весенней зелени, волосы убраны в скромную прическу, лишь пара нефритовых шпилек. Без праздничной пышности она казалась младше, почти девочкой.
Услышав мои шаги, она обернулась и встала.
— Барышня Сяо, простите, что без предупреждения. Я понимаю, это неприлично...
— Что вы, барышня Син, — я ответила поклоном и жестом пригласила ее садиться. — Рада видеть вас в своем доме. Чуньтао, не подашь нам чай?
Служанка исчезла, и мы остались вдвоем.
Син Юэ села, но держалась напряженно, словно не знала, с чего начать. Я молчала, давая ей время. В прошлой жизни я ненавидела, когда меня торопили.
— Барышня Сяо, — наконец выдохнула она, — я пришла... просить прощения.
Я подняла бровь, изображая удивление.
— Прощения? За что?
— За тот инцидент в нашем доме. — Она опустила глаза, и я увидела, как дрогнули ее ресницы. — За то, что я промолчала. Когда те девушки, когда они подошли к вам с чаем. Я видела, что они что-то задумали. Я знаю Цао Юйсю, она не умеет проигрывать, и я должна была предупредить вас. Но я не сказала ни слова.
Она подняла глаза, и в них стояла такая искренняя боль, что у меня сжалось сердце.
— Я испугалась, — продолжила она тихо. — Подумала: зачем мне вмешиваться? Вы мне чужая, почти незнакомая. А они — мое общество, девушки, с которыми я провожу время. Если я вступлюсь за вас, они отвернутся от меня. И я... я выбрала молчать. А вы тем временем едва не пострадали.
Она снова опустила голову.
— Я трусиха, барышня Сяо. И я пришла сказать вам это в лицо.
Я смотрела на нее и чувствовала, как к горлу подступает ком.
Она, точнее я, была такой. Наивной, зависимой от чужого мнения, отчаянно ищущей одобрения. Она не была плохой, она просто боялась остаться одна.
— Барышня Син, — сказала я мягко, — поднимите голову.
Она послушалась. В ее глазах блестели слезы, которые она отчаянно пыталась сдержать.
— Вы пришли. — Я улыбнулась. — Вы могли бы не приходить, могли бы сделать вид, что ничего не случилось. Но вы пришли и сказали правду. Это дорогого стоит.
— Но я...
— Ничего не имеет значения, — перебила я. — Тот день закончился. Все здоровы, все целы, никто не пострадал. А Цао Юйсю получила урок, и, думаю, теперь будет осторожнее. А вы... — я помедлила, подбирая слова, — вы поступили правильно. Прийти и извиниться — это требует мужества.
Она смотрела на меня с таким удивлением, словно я заговорила на иностранном языке.
— Вы не сердитесь?
— Нет.
— И не презираете меня?
— Нет.
— Но почему? — вырвалось у нее. — Я вела себя отвратительно. Я бросила вас на растерзание этим шакалам. А если бы вы не справились...
— Но я справилась, — улыбнулась я. — И вы здесь. Давайте просто... начнем сначала?
В этот момент вернулась Чуньтао с чайным подносом. Запахло жасмином и свежезаваренным чаем. Я разлила напиток по чашкам, наблюдая за Син Юэ краем глаза.
Она рассматривала гостиную, мои вещи, книги на полке, цинь в углу. И вдруг спросила:
— Вы играете?
Я проследила за ее взглядом.
— Немного. Матушка учила.
Это было правдой. Настоящая мать Сяо Фэн когда-то учила дочь музыке. Мне об этом Чуньтао рассказала. Еще я знала, что Син Юэ достаточно вежлива, чтобы не просить меня продемонстрировать навыки.
— Я тоже училась, — оживилась Син Юэ. — Отец говорит, что у меня неплохо получается. Но Шаохэн — брат, он говорит, что я слишком тороплюсь, не чувствую мелодию.
— Братья часто строги, — заметила я, пряча улыбку. Любое упоминание про родных доставляло мне удовольствие. — Они хотят, чтобы мы были лучшими.
— У вас тоже есть брат? — спросила она и тут же прикусила язык. — Ох, простите. Я знаю, что у вас есть названый брат, господин Гуань. Он тоже был на моем празднике.
— Верно, — кивнула я. — Гуань Фэн. Мы редко видимся из-за его работы.
И слава небесам. Я уже молилась богам, чтобы Гуань Фэн вернулся в Запретный город к своим обязанностям, но тот упорно оставался в поместье.
— Шаохэн такой же, — вздохнула она. — Вечно занят то на службе, то с друзьями. А мне так хочется... — она запнулась, покраснела.
— Хочется? — мягко подтолкнула я.
— Хочется, чтобы кто-то был рядом. — Она сказала это почти шепотом и тут же замахала руками. — Ох, что я несу? Вы простите мою болтовню. Я вовсе не за тем пришла, чтобы жаловаться на жизнь.
Я смотрела на нее и вспоминала. Да, именно так я и чувствовала себя в те дни. Я была окружена людьми, но чувствовала себя бесконечно одинокой. Отец и брат — мужчины, у них свои заботы. Чжан Чэн — жених, но до свадьбы еще было далеко, и видеться с ним можно только тайком. А подруги... те, кого я считала подругами, только и ждали момента, чтобы ужалить побольнее.
— Барышня Син, — сказала я, глядя ей прямо в глаза, — если вам когда-нибудь понадобится подруга, с которой можно просто поговорить, я всегда рада видеть вас.
Она застыла с чашкой в руке. В ее глазах мелькнуло недоверие, надежда, страх снова ошибиться — все сразу.
— Вы правда... — начала она и осеклась.
— Правда.
— Но мы почти не знакомы. И потом, я слышала... — она прикусила язык.
— Что вы слышали? — я улыбнулась, уже зная ответ.
— Что вы... ну... — она покраснела до корней волос. — Что вы не совсем здорова. То есть, что раньше вы...
— Раньше я молчала, — закончила я за нее. — И не отвечала, когда ко мне обращались. Это правда. Но теперь, как видите, я вполне здорова и говорю складно. Может, это ненадолго, но пока я разумна, вы можете рассчитывать на меня.
А я все сделаю, чтобы сохранить подольше это состояние. Да, меня доставала головная боль и некоторые недомогания, но я почти свыклась с ними.
— Я не то хотела сказать! — всполошилась Син Юэ. — Я не хотела вас обидеть!