Этот клинок наш

— Возможный механизм, — прохрипела она. — Жертвы, похоже, имели с ним контакт — вероятно, в том же притоне, о котором говорила Юния. Но это всё ещё не объясняет, почему они все бредят о грядущем возмездии. — И почему они винят меня.

Анек побледнели:

— Сарай, тебе нужна свита из магов, если за этим стоит кто-то на севере. Это не та сила, с которой можно столкнуться в одиночку.

— В том-то и дело, — мрачно сказала она. — Я не буду сталкиваться с ними там. Думаю, виновник здесь.

Кассандана хлопнула себя по лбу:

— Две резни за два дня.

— Север мог быть начальным охотничьим угодьем преступника, прежде чем он пришёл сюда. Там будут ответы или, по крайней мере, это поможет нам отсеять теории. Вы нужны здесь — ну, большинство из вас, — поправилась она, бросив угрюмый взгляд на Хариона. — Но не думаю, что Эдесса будет скучать по мне. — Я ускользну без лишнего шума. Если я права и убийца здесь, я не хочу привлекать его внимание раньше времени.

Кадра оставался опасно неподвижен. Бросив осторожный взгляд в его сторону, Кассандана наклонилась над столом. Тени под её глазами никогда не были глубже.

— Это разумное предложение. У нас нет выбора. Отправляйся на север и узнай всё, что сможешь. Я оцеплю город и объявлю его очагом чумы, как, полагаю, сделала и Комис. Никого не будут впускать и выпускать — если мы ничего другого не сможем, то хотя бы сдержим это.

Мехерр кашлянула:

— Если позволите, ваши люди будут винить север. Это может привести к гражданской войне.

Кассандана неожиданно подмигнула:

— Нет, моя позиция будет заключаться в том, что халатная транспортная политика Зерновой Гильдии принесла чуму сюда, когда их фургоны с припасами вернулись с севера. — На вопросительно поднятую бровь Кадры она ответила застенчивой улыбкой. — Могущественные союзники также являются могущественными козлами отпущения. Они припасли зерна столько, что хватило бы прокормить полстраны, а их амбар стал нашей первой кровавой баней. Эта история приживётся.

Харион нахмурился:

— Не вижу необходимости в ложных обвинениях.

— Конечно. Я всегда могу предоставить правду — что вы не расследовали первые несколько изуродованных тел в Квартале Аэлиуса, а теперь у нас общенациональный кризис, — мило пропела Анек.

Покраснев, Харион вылетел из палатки, бормоча что-то о том, что он не всеведущ.

— Я поеду с ней, — тон Кадры не допускал возражений.

Кассандана прижала костяшки пальцев ко лбу.

— Вы же знаете, что это неразумно. Город взбунтуется, если вы оба сбежите, а нам нужно найти притон «белого сна», ставший очагом этой чумы. — Она окинула Мехерр оценивающим взглядом. — Насколько ты хороша?

Мехерр не отступила:

— Я совершала три рейса туда и обратно между Саль Флуменом и Эдессой. За день.

Кассандана присвистнула:

— Тогда ты переправишь нашего Верховного Мага, как только Сарай выдвинет теорию и ей понадобится помощь. — Она встретилась взглядом с Кадрой и поморщилась. — Клинком Гнева, убери этот взгляд. Я и так иду на уступки.

На его виске запульсировала вена.

Краем глаза Сарай заметила, как Кассандана весьма бесцеремонно ткнула Анек локтем в рёбра, после чего они вдвоём попятились к выходу, увлекая за собой Мехерр. В палатке остались только они двое.

Сарай изо всех сил старалась сохранить голос ровным:

— Я уйду прямо сейчас. Будет лучше, если никто не узнает, что я покинула город, пока… — Он оказался перед ней в одно мгновение.

— Разве ты не говорила, — хрипло произнёс он, — что отдашь мне свои тяготы?

Слёзы задрожали на её ресницах:

— Разве я не отдаю? Я оставляю тебя в городе, который сошёл с ума. — Когда он хотел возразить, она вцепилась в его предплечья. — Выжившие твердят, что это моя вина, но я думаю, что преступник охотится за тобой. На кого бы набросились последователи Аэлиуса и Орден, если бы я не выставила себя мишенью? На тебя. Эти кровавые бани, намекающие на неземной конец? Ты вернулся с того света… — Она замолчала, когда его руки опустились вдоль тела, а отстранённый, жестокий бог, которого она видела во время церемонии её облачения, начал медленно возвращаться.

Он тоже догадался.

Мрачные складки залегли на его лице:

— Это не должно быть твоей ответственностью. Кассандана сказала, что я взвалил на тебя тяжесть целой страны и страх того, что ты её сломала. Я прошу тебя терпеть слишком много, Сарай. Скажи мне «нет».

— Я точно знаю, что Орден хочет твоей головы! Я едва сдержала их на Слушании, Кадра. Теперь нам нужно что-то более осязаемое, чем риторика. Ты защищал меня от Аэлиуса и ему подобных. Позволь мне сделать то же самое.

Тревога потемнела в его взгляде. Он взял её лицо в ладони:

— Почему ты на самом деле позволила Ордену затащить тебя на Слушание?

— Мне нужно было отвлечь их. Потому что если бы они «Изучили» или «Прозондировали» меня, они бы ничего не нашли. Но…

— Но? — мягчайший шёпот.

Если бы они «Изучили» тебя… Знание, которое она хранила месяцами, сорвалось с губ:

— Ты — Отмечен Богом.

Он замер, превратившись в статую. Бездонные глаза долго смотрели на неё.

— Как давно ты знаешь?

— Я знаю тебя, — просто ответила она. — Я не хотела вынуждать тебя говорить правду или…

— …навязываться?

— Да.

Он закрыл глаза, издавая тихий вздох. Вина и скрытая гордость смягчили его суровые черты.

— Моя Сарай, как много ты вынесла.

Это стало последней каплей. Она не проронила ни слезинки, несмотря на месяцы хаоса, но теперь слёзы покатились свободно. Кадра стиснул челюсти, прежде чем притянул её в свои объятия.

— В том-то и ад, что я думал, будто защищаю тебя, храня молчание, — пробормотал он, прижимая её к себе. — После твоего Падения моей единственной целью была месть. Я сжёг всё дотла в погоне за ней. Теперь я стремлюсь созидать. С тобой. — Он вытер её мокрые щёки. — Я не знаю, как это делается.

— Позволь мне учиться вместе с тобой, когда всё это закончится. — Она глубоко вздохнула. — Разделишь ли ты тогда со мной свои тяготы?

Сдавленно вскрикнув, он крепко поцеловал её.

— Когда это закончится, я отдам тебе всё, — поклялся он ей в губы. — Береги себя ради меня.

Когда она ушла спустя короткое время, то не обернулась. Она знала, что увидит. Тревогу, тоску и мужчину, которого хотела защитить.

Ворота Квартала Кадры распахнулись. Мехерр и небольшой отряд вигилов ждали там вместе с конями.