Страница 5 из 79
Впрочем, независимо от наименований, нам требовалось на другую сторону. Первый и самый простой вариант — пройти по гребню пересекающей озёра дамбы — отметался сразу. Причина была во множестве заграждений, утыкивающих узкую полосу земли, выступающую из воды. Их было так много, что казалось, от берега до берега протянулась мохнатая железная гусеница.
Мы сидели над холмом повыше городка Дольни Вестонице и любовались на это чудо военно-инженерной мысли.
— В принципе, мне никакой сложности не составляет и проплыть… — задумчиво предложил вслух я. — Коля, слетай. Глянь там, как обстановка. А мы пока вон туда сместимся, — я ткнул когтем, — видишь, два дерева приметные рядом на берегу?
— Понял, ваш-сият-ство.
Призрак исчез в тонком утреннем тумане, поднимающемся от воды, а я потрусил западнее в обход городка, рассуждая сам с собой, что будь мы в Сибири, спокойно бы по льду перешёл. А тут — не наблюдалось его совсем. Так, чуть забереги застыли да и всё. Что за зима?..
Берега запруды за номером два были тихи и безлюдны. Едва мы достигли оговорённого места, явился Коля:
— Не получится по воде, ваш-сият-ство. Там вдоль берега тоже всякого понатыкано, да ещё и заминировано.
— Хм. Не хотят господа из Страховицы незванных гостей видеть.
— Из Страхотина же, — поправил Коля.
— Да один хрен. Что думаете? Может, подвзорвать им тут всё к ядрёне матери? Зайти, так сказать, с ноги?
— Эх, такое хорошо бы на концовочку оставить, — мечтательно сказал Коля.
— Зато если ты перекинешься в человека, я тебя спокойно перенести смогу, — предложила Хотару. — А юрей и сам перелететь может!
— Точно сможешь?
— Смогу, смогу! Сколько тут? Километра два — два с половиной? Фигня вопрос! Грузоподъёмность трёххвостой волшебной лисы — до двух тонн, — хихикнула она. — Так что даже гранаты выбрасывать не придётся. Ну, в крайнем случае, если я вдруг внезапно устану — ну искупаешься немного… Да шучу, шучу я! Полетели! Всё равно по этой дамбе незамеченными не пройти!
— Это да, тут ты права.
Я снял облик. Хотару обхватила меня лапами под мышками, приподняла, и я полетел над водой. Забавное ощущение, скажу. Как в детство вернулся. Раньше-то мы так с ней часто играли. Она даже и медвежонком меня таскала. Я ж мелкий был.
Именно что был, сейчас-то мы выросли!
Интересно, насколько?
А ты у Хотару и спроси.
И спрошу, но не сейчас же! Выронит ещё, с неё станется!
Ага.
Мы пролетели над маленькими, заросшими ивняком островками, миновали берег, утыканный всяким железным и колючим, и вскоре лиса высадила меня на левом берегу. Ну, здравствуй Страхотин! Пора оправдывать своё название! Только вот не нравится мне мёртвая тишина ближних улочек. И туманные рукава сирени меж домишками.
— Коля! По дворам пронесись — есть кто живой?
Двориков было две которусеньких улочки, быстро управится.
Коля умчался, а Хотару начала осторожно:
— Я так и не спросила тебя, Аригатаси…
При чужих она, между прочим, меня так не называет, стесняется.
— Чего не спросила?
— Как мы будем воевать? То, что ты повелеваешь мёртвыми, я поняла, но так и не удосужилась выяснить…
— Как я воюю? — усмехнулся я.
— Да, и пока не началось, — о! знакомая с детства фраза! — расскажи, чего ожидать?
— Да крови и грязи, если честно. На войне без этого, как я понял, не обойтись. Для начала прикрой нас с Колей, смотри по сторонам, а сама пока не лезь, ладно? Я знаю, что кицунэ — зверь знатный! — успокоил я вскинувшуюся Хотару. — Но тут за нас другие воевать будут. Обещаю, тебе понравится.
— Допустим, — с сомнением протянула лиса. — Я посмотрю вначале, — уточнила она, — а вот потом…
— А потом полное тебе поле…
— Дайзёби![4]
Из тумана вынырнул Коля:
— Пустая деревня, ваш-сият-ство! Ни души. Даже скотины по сараям нет.
— По-нят-но. Значит, наша цель, по-любому, вон там, где фонари горят и что-то вроде ангаров понастроено. Оттуда и железной дорогой тянет, и техникой.
— План какой? — деловито спросил Коля. — Как обычно?
— Ага, щас находим какой-нибудь караул, быстренько кончаем его — и дальше по нарастающей.
Смысл велосипед изобретать? Система уже, считай, наработанная.
Хотару смотрела на нас немного ревниво.
— А ты меня пока не трогаешь! — строго сказал я ей. — Мне придётся много с сиренью оперировать. Шарахнет — будь здоров!
— Поняла! — сказала она слегка испуганно, глядя, как я быстро стягиваю в плотный концентрат текущие по улицам шлейфы смертной маны. Дальше мне осталось только накинуть шкуру, и мы пошли в обход мёртвой деревушки.
Ангары оказались обнесены бетонным сборным забором. А вот и постовые около караулки! Всё как положено: полосатый шлагбаум, такая же будочка. Всегда меня это смешило. Ну кого это остановит? Этот хоть в заборе, а то бывает — стоит такой шлагбаум посреди поля, дорогу блокирует. Типа объехать не судьба?
Ладно, сейчас в будочке рацио может быть. А может и нет, кстати. А если ты на броневике каком? Раздавил её — звони, обзвонись, ага!
Ещё у часовых был вариант стрельбой тревогу поднять. Но эти даже выстрелить не успели. Погреться фляжечкой решили, козлы полосатые. Пока один вытащил да прикладывался, а второй, чмокая губами, считал его глыканье, я выскочил и одел на когти обоих.
— Это ты удачно, — прокомментировал Николай. — Только маловато их.
— Щас ещё будут!
Я привычно поднял кадавров и уже стандартной скороговоркой приказал им напасть на Страхотин. Как всегда, «только солдат и офицеров коалиции, гражданских не трогать» — мало ли, вдруг кто-то всё же жив остался.
Мёртвые чистильщики деревянно повернулись и живенько побежали внутрь охраняемой территории. Понеслась!
АККУРАТНЕНЬКО ЗАХОДИМ…
Хотару проводила их задумчивым взглядом.
— Это страшно. Ты заставляешь врагов убивать друг друга?
— Да.
— Это страшно и… и немного по-шулерски. Но мне нравится!
Ну ещё бы! Кицунэ — те ещё хитрюги и обманщицы. Шулерши божественного уровня, можно сказать. Это нам крайне повезло, вообще-то, что они на нашей стороне, спасибо бате.
Мы не особо торопясь пошли вслед за кадаврами. Сейчас первая парочка стопудово ещё «материала» подкинет. И действительно, где-то впереди уже разгоралась перестрелка. И как бы не пулемёт?.. Полосатые таким макаром мне грохнут кадавров без толку! Я невольно прибавил шагу. Меж тем пулемёт затих.