Страница 2 из 5
Онанирующий человек
Последней весной, находясь в отпуске, я отправился на местное водохранилище, в первую очередь - за фотографиями, а во вторую уже за тишиной и спокойствием, которые надеялся обрести в сосновом лесу, никому не мешая и спокойно гуляя вдоль воды по тропинкам.
Я планировал задумчиво бродить по его берегам, погруженный в свои мысли, надолго останавливаясь и наблюдая, как самозабвенно играют блики солнца на его зеркальной, безмятежной поверхности.
Однако прогнозы на прохладную и свежую тень как-то прискорбно не оправдались, и прибыл я в достаточно неудобное время - слепящее солнце входило в зенит, мошки и оводы проснулись голодными, а воздух неизбежно обескураживал своей духотой.
Я попробовал скрыться от этих напастей в лесу, но лиственных деревьев почти не встречалось, и солнце проникало сквозь хвою, как нож входит в масло, и вскоре я довольно ожидаемо ощутил дискомфорт.
Но тропинки были безлюдными, я углублялся всё дальше и дальше и был движим надеждой найти что-то вроде маленького укромного уголка.
И хотя большей частью своей личности я в бога не верю, иногда он преподносит мне приятные сюрпризы - и я очутился ровно там, где и хотел, когда моим глазам представилась небольшая ложбинка, прикрытая от солнца парой добрых дубов и раскидистым зелёным полевым клёном.
Представляла собой она крошечный пляж, не больше пары ярдов в длину, укрытая с двух сторон камышами, с набегающими на берег волнами, мутными из-за обилия ила.
Отсюда виден был другой берег, не так далеко и не так близко.
Присев передохнуть на бревно, достаточно старое и иссохшее, меня привлекло вдруг что-то неестественно розовое в этом пейзаже, торчащее среди обломков рогоза и мёртвых веток, и, наклонившись, я достал на свет божий дневник - маленький, какие бывают только у школьниц.
Не без некоторого смятения, я перелистал его, и обнаружил что, несмотря на его кажущийся размер, вмещает он достаточно много, на первый взгляд, записей, и поколебавшись, принялся за чтение.
Оказалось, что это дневник некой студентки, которая, так же, как и я, пришла сюда побыть наедине с собой. Однако у неё это не получилось...
Первая запись.
«Я даже не знаю, как об этом сказать (зачеркнуто), написать...
Когда я в первый раз сюда приехала, потому что считала, что это позволит мне подышать свежим воздухом и отдохнуть от пыльного и безнадёжно шумного города, то я, разумеется, сразу увидела мужика, огромного, голого мужика, стоящего на другом берегу и увлечённо мастурбирующего, глядя прямо на меня.
Он был не больше двух дюймов размером, и нас разделяла большая река, но всё равно я почувствовала себя очень неуютно и поспешила убраться оттуда, и на самом деле, признаюсь, когда я убегала оттуда, меня охватила паника, сродни той, что ты испытываешь, когда у тебя дома ты натыкаешься на паука, и предпочитаешь не выпускать его из поля зрения, цепляясь за эту иллюзию сохранения контроля над ситуацией, ибо стоит тебе отвернуться, и он может исчезнуть и уже быть где угодно, и точно так же я боялась, когда бежала обратно, что он каким-то немыслимым образом выйдет из-за поворота, на тропинку передо мной - и я окажусь в ловушке.
И я не чувствовала себя достаточно спокойно, пока не добралась до дома, а самые тревожные минуты после того, как я выбралась из леса, были те, когда я села в автобус, а он все не отъезжал, и не отъезжал, и мердце моё билось, как бешеное, и я представить себе не могла, что бы сделала, если бы он зашёл в этот автобус - уже одетый, разумеется, но пришедший за мной, и если бы он пошёл за мной по городу, чтобы узнать, где я живу...»
Я поднял глаза и посмотрел на тот берег.
Ветер слабо колыхал ветки деревьев, вода мирно журчала и я огляделся по сторонам, но всё было спокойно, хотя и мне, после этой находки, стало несколько тревожно здесь находиться, но я полностью положился на свои уши в плане неизвестных угроз - ибо мало ли что - и продолжил читать. Это просто дневник.
«Спустя полгода, я сдала сессию, пережитое казалось полузабытым кошмаром, таким, который может оставить отпечаток, после твоего пробуждения, но никогда - повториться.
Но он не давал мне покоя, по какой-то причине, и хотя я достаточно давно успокоилась, казалось необходимым закрыть гештальт, поехать обратно и убедиться, что это место безопасно и мой собственный демон - преследовавший меня, бывало, пару раз в моих снах - всего лишь совпадение, обычный безобидный извращенец, только и всего.
Не хочется думать, что я испытываю судьбу, как, вероятно, сказал бы мой разум мне в ответ на это, по правде, авантюристичное предприятие, но я хотела бы доказать себе, что я не стану бояться и избегать каких-то мест, из-за каких-то впечатлений или неприятного опыта, который я пережила, да и то, преувеличив, наверное, так как у страха - известно - глаза велики»
Из-за того, что долго, по всей видимости, дневник пролежал, мягко говоря, не в секретере, вид его оставлял желать лучшего, и по какой-то причине какие-то страницы - не все, повторюсь, а только некоторые - пережили время гораздо хуже других.
Порой написанное с трудом поддавалось дешифровке, и приходилось долго думать, прежде чем слова с размытыми отдельными буквами складывались в предложения, что требовало от меня ещё большего вовлечения.
«И вот, я снова здесь. Птички поют, небо голубеет, по нему плывут тучки. Всё хорошо.
А теперь пора и обратно. Всё-таки по какой-то причине - может, слишком глубоко впечатался в память мою тот зрительский опыт - но я чувствую тревогу и беспокойство, без явной причины.
Да и гулять здесь одной, смысла никакого нету, верно?
Все леса похожи друг на друга, и этот тоже... Не считая того, что водятся в нём... Извращенцы.
Ну ладно. В принципе, я даже несколько разочарована, ооо, боже...»
Последние слова совсем уползли куда-то вбок длинными линиями, и читались лишь с помощью интуиции. И мне это как-то совсем не понравилось. Как будто предчувствие чего-то плохого.
Вроде того, что посещает животных, прямо перед бурей, ну, знаете. Шестое чувство. Оно.
«Опять он. Стоит там же и смотрит на меня и дрочит. Судя по виду, ему лет 50, во всяком случае, если судить по опавшему животу и седым волосам, не особо густым. Мне даже странно, что я его увидела снова - но только в этот раз я не спешу убегать, ведь отчасти за этим я и приехала - чтобы изучить этого паука, и понять для себя, что он безобиден...
Впрочем, насчёт конкретно этого паука я отнюдь не уверена...
Он меня видит, это я могу сказать точно - я одета достаточно скромно, но он меня видит - и мастурбирует. Мною овладевает отвращение, но какое-то мерзкое для меня самой любопытство не даёт мне уйти или отвернуться, и мне хочется записывать всё, что он делает, и продолжать наблюдение, словно наблюдаю за дикой природой...
Хоть мозг и шепчет, что это опасно и неразумно, пускай..
У меня никогда ещё не было мужчины, и хотя это самый маленький мужчина, что я видела, так как он стоит на другом берегу, я всё равно всё вижу - и меня захватывает это зрелище, признаюсь со стыдом, это гнусное, низкое и непристойное зрелище, но и оторваться я не могу, словно зачарована этим обнаженным актом самоудовлетворения...
А он продолжает своё дело, молча, и бесстрастно смотря на меня, и не издавая ни единого звука.
Мне даже хочется, чтобы он заговорил, или как-то выразил эмоции, а не просто механически, как заведенный, безо всякого удовольствия, тревожно непроницаемо двигал рукой туда и сюда...
Вот, что в нём пугало - его бесстрастная маска... Бесчеловечная...
И ощущение угрозы, от него исходившее, было намного глубже, чем просто страх изнасилования - это была какая-то первобытная тьма, всепоглощающий мрак, который не засосёт тебя, если только ты не приблизишься, но если засосёт - то пощады не жди...