Страница 6 из 84
— Это кто не умеет смотреть? Может, ты? Я вот умею! Я даже знаю, что такое экстраполяция, а вы не знаете и никогда не узнаете!
— Димка! — укоризненно сказала Любка. — Ты снова за свое, снова отделяешься? Договорились же вместе держаться!
— Он не отделяется, — криво улыбнулся Колька. — Просто у него норов, без споров не может. Говори, Димка, смело.
— Я и говорю! Что не так мы делаем? Сеть длинную связали? Связали. Корыто у концовских утащили? Теперь на корыте плаваем, сеть ночами ставим, не надо в воду лезть. Отъелись на рыбе, и Левку отпоили юшкой! А корыто на день притапливаем! В военный склад тропку наладили? Любка четыре раза уже лазила, и не споймали! Мы на нитки и хлеба наменяли, и крупички немножко! И еще один склад присмотрели! Продовольственные склады хорошо охраняются, так мы их и обходим стороной, только вещевые присматриваем! Слазим на другой склад — обувку себе справим, одежку получше. И вот — пещерку роем, обживаемся понемножку! Едим почти что досыта — что не так? Не ндравится, что пропитание добываем?
— Нравится, — спокойно сказал Колька. — А потом? Рыба скоро на глубину отойдет из Грязнушки.
— Придумаем! — уверенно заявил Димка. — Мы сейчас взрослые, умные — и знаем много!
— Придумаем. А потом?
— Да что ты заладил одно да потому⁈
— А я, кажется, поняла, — вмешалась Любка. — Димка, ты не злись. Ты говорил, мы же тебя слушали? Теперь ты послушай: зимой что будет? И через два года? Так и будем по складам воровать?
— Да кто ж знает, что через два года будет? — пробурчал Димка. — Эва ты хватанула!
— Вот. А говорил, на два шага вперед умеешь смотреть.
— Я думал, на два шага — это на два дня вперед, а вон как хватанули!
— Я знаю, что потом будет, — вдруг сказал обычно немногословный Марат. — Пропажи на складах заметят. Часовых накажут, а у складов посадят засаду. Да не военных посадят, а Чека. Они нас и порешают по темноте. А живыми поймают — В Богодуховскую колонию загонят, хищения у армии отдельным разрядом идут, как особо опасные.
На Марата уставились с огромным удивлением. Молчун, но уж выдал, так хоть падай!
— Маратик, ты никак в полную память пришел? — восхитился Димка. — И как, и что⁈ Что знаешь, скажи!
Марат только плечами повел.
— Что, ты и взрослым молчать будешь да отнекиваться? — рассердился Димка. — Без коммуникации нет взаимопонимания! И не делай мне тупое лицо, все ты понимаешь! Брякнул про Чека, напугал, и в сторону?
— Ну, знаю, как клапана менять, — буркнул Марат.
— Чаво⁈
— Тово!
— Вижу, осознали, что помалкивать надо о наших особенных знаниях, — улыбнулся одними глазами Колька. — Спасибо, Марат, так и дальше держи. Ну, думайте пока, а я пойду, вокруг складов погуляю. Посмотрю, что там и как.
— Вместе пойдем! — тут же подскочила Любка. — Я приметливая!
— Нет, Люба, договорились же. Разведывает один, лезет другой, чтоб глаза часовому не мозолить.
Колька легко поднялся, раздвинул ветки, огляделся и ускользнул. Друзья проводили его озадаченными взглядами, а Димка еще и завистливым.
— Интересно, кто он взрослый? — задумчиво сказала Любка. — Кто-нибудь догадался? Я вот запуталась. Он доктор, но и командир, вон как распоряжается. И инженер, и рыбак, и следить умеет… Какая профессия всего этого требует, не пойму.
— Ты себя хоть поняла? — буркнул Димка. — Плетешь корзинки, молчишь, только улыбаешься. Хотя бы нам скажи, чего сейчас знаешь да умеешь, все полегче будет соображать, как еды добыть!
— Да много чего, Митя, очень много, — так же задумчиво пробормотала Любка. — Но оно кусками и непонятно. Одно с новыми знаниями уяснила твердо: чем меньше о себе болтаешь, тем лучше. Это нас всех касается: меж собой знаем, другим ни к чему. Дети мы, и чавокать не забывать, а про интегралы помалкивать.
— Пользы с тех интегралов! — досадливо сказал Димка. — Формулы, формулы в голове! А как к хлебным местам подобраться, не соображу! Один Колька у нас понимает! Удачлив, благородный!
— Он сказал о будущем подумать, — напомнил Марат.
— Вот думаем, и что⁈ На работу детей не возьмут, это без формул понятно! А жрать хочется! И остается только воровать, как и сейчас воруем, потому что кормить нас некому! Концовских семьи плохонько, но кормят, «котловые» к блатным крепко прибились, дальше по тюрьмам пойдут — а мы? Кому мы нужны? Тут взрослые не знают, как выкрутиться.
— В деревню, на землю, — неуверенно сказала Любка.
— Ага, а кто нам ту землю даст, детям? А обрабатывать? И не знаем как, и сил не хватит. Вон сидишь ты с бабкой на земле, и как оно, сытно? Босиком, и платье драное! А худая — ребра под кофтой видны!
— То прежде, когда дурой была! А теперь огород посажу, глядишь, что и вырастет!
— А знания агрономические есть? — поддел Димка. — А семена? А местные огород не обнесут?
Любка надулась и замолчала.
— Я знаю, как с железом работать, — вздохнул Марат. — Теперь. Но там силы нужны. И инструмент. Если только года через три.
— И только тебе, — въедливо заметил Димка. — А я медь от бронзы не отличу, а чугун от стали. Слова только знаю. И руки у меня… не очень ловкие.
— А Колька наказал подумать! — упрямо напомнила Любка. — Значит, что-то он увидел!
— Вот придет и расскажет!
— А самим? Или мы глупые?
— Я не глупый! — нахохлился Димка. — Но выхода не вижу!
— А ты порассуждай вслух, а мы поддержим, — тихонько посоветовала Любка.
— Ну если только порассуждать… Родителей у нас нет, чтоб кормили, это очевидно. И сил нет, чтоб как взрослым работать, это тоже очевидно.
— И знания наши взрослые нам не в помощь, — пробормотала Любка. — Или в помощь? Димка, ты же в математике теперь силен? Если прийти к профессорам университетским…
— Ага! — едко сказал Димка. — Так они и послушают. В профессорской среде тоже конкуренция. Они друг дружку поедом едят, что им ребенок? Будь я хоть гением, и слушать не станут, а я не гений! Они свои теплые места защищать будут изо всех сил!
— А то ты знаешь, как оно там!
— Я — знаю!
— А кто еще нас может кормить, кроме родителей? — вдруг спросил Марат.
Друзья замолчали. Переглянулись.
— Приют? — неуверенно сказал Димка. — Вы серьезно? Там же голодуха! И болезни! И вши! Вон Серафимовский приют на прошлом годе почти весь вымер — тиф!