Страница 60 из 72
— Честно говоря, меня смущает эта история с пропуском Вивьен, – добавил я, почесав затылок. – Выходит, она достаточно умна, чтобы сделать яд более стабильным и найти способ заставить жертву его вдохнуть, но настолько идиотка, что самолично явилась за цианидом и оставила подпись в журнале.
— Меня тоже, – поддержал Мин и повернулся к Паркер: – Вивьен говорила, что у нее есть доказательства, якобы ее не было в лаборатории в утро перед убийством. Она что-то предоставила?
— Мисс Бернелл утверждала, что завтракала в кофейне, но не смогла предоставить чек из нее. – Эмили ритмично стукнула пальцами по барной стойке, глядя на меня: – Утром я отправила Беззеридес взять показания у персонала, как ты просил, но никто не видел Вивьен в тот день.
— А записи с камер?
— Я бы сказала, что это отныне не твое собачье дело, раз ты отстранен, но поскольку твой напарник и так все знает.. – Паркер махнула рукой. – Записи изъяли, сегодня наши криминалисты отсмотрят и дадут заключение.
Я сдержал порыв, чтобы не кинуться обнимать бывшую. Сегодня Сатаница демонстрировала просто ангельское терпение.
— Ларсен. – Эмили будто услышала мои мысли и подняла тяжелый взгляд, буквально пригвождая к месту. – Если ты ошибся, то прямо сейчас в твоей спальне отдыхает наш убийца. Мы допьем кофе, и я заберу Вивьен в участок на официальный допрос. Ты понял меня?
— Я не стану препятствовать. – У меня действительно нет и не могло быть контраргументов, а сопротивление сделало бы только хуже самой Бернелл. – Просто хочу, чтобы у следствия были все данные и версии. Я тоже хочу найти и посадить за решетку убийцу Ребекки.
— У нас с тобой разные взгляды на то, кто наш преступник, – добавила Паркер.
Хоть в чем-то мы с ней были согласны – прогресс.
— Ладно, расскажите пока, что у вас, – я обратился к притихшим Новак и Мину.
— Не знаю, даст вам это что-то или нет, честно говоря, теория немного безумная, – начала Ким.
— Вообще-то зацепка стоящая, ты молодец, что копнула в эту сторону, – поддержал ее Кэп.
— Господи, да снимите уже номер! – Я сделал нетерпеливый жест.
— Пошел в задницу. – Новак продемонстрировала улыбочку на зависть всем стоматологам. – Вчера я решила еще раз пересмотреть медкарту убитой. На этот раз полезла в более старые записи и запросила выписки из клиник, где она значилась пациентом, и снова наткнулась на запись о неудачных родах миссис Болейн. Мне все не давало покоя, что после происшествия Ребекка практически не посещала врача, лишь пару раз обращалась с ангиной и коклюшем.
— А что здесь подозрительного? – удивился я. – Она могла обращаться к частному врачу и попросить не вносить записи в медкарту. С ее деньгами она могла хоть жечь эти карты каждую неделю в центре города и делать вид, что так и надо.
— Все верно, могла. – Ким кивнула, закинув в рот пару зернышек граната. – Но меня смутила последняя болезнь – коклюш.
На мой немой вопрос ответил уже Мин:
— Дети сейчас практически не болеют коклюшем, обычно всех прививают еще в детстве или тогда же вырабатывается иммунитет.
— Ребекка как раз была привита, как и большинство детей в развитых странах, эти данные сохранились, – добавила просиявшая Новак, не так часто ей удавалось меня удивить.
— А Вивьен? Может, это она болела?
— Нет. – Ким покачала головой. – Медкарта Вивьен в полном порядке, я проверила, она была привита.
— Стойте. – Я прокашлялся, сам не веря в то, что собирался сказать. В спальне послышалась возня, и я понизил голос: – Вы думаете, что ребенок Ребекки выжил?
— Да, – в один голос кивнули Новак и Мин.
Эмили посмотрела на них с выражением нескрываемого скепсиса и даже какой-то жалости.
— Что? Я же предупредила, теория немного сумасшедшая, – оправдалась Новак и взяла пакетик с уликой. – Заберу на анализ. Честно скажу, не понимаю, как связаны ребенок и цветы, но как минимум проверю, есть ли тут действительно синильная кислота. Вдруг даже ДНК обнаружится? – совсем мечтательно добавила она.
— А я, кажется, кое-что нащупал. – Мин оторвался от экрана телефона. – Я просто подумал: что, если ей действительно подарили букет ноготков и выбор именно этих цветов не случаен? Ну, знаете, у аристократов свои причуды.
— Кэп, не томи уже, ради Будды! – поторопил я напарника, чувствуя, что мы подбираемся к истине.
— Флориография! – кратко добавил он, но, видя наши непонимающие лица, пояснил: – Это язык цветов, в викторианской Англии она была особенно популярна. Так вот, согласно флориографии, ноготки обозначают месть и отвергнутую любовь.
У меня буквально закружилась голова, и причина была вовсе не в хуке справа от Мина. Весь поток информации от ребят, мои собственные догадки, странные сны в Торнхилле, история призрака – все обрушилось на сознание как цунами. Кусочки головоломки, пусть и со скрипом, начали соединяться: странные звуки в поместье, тайные ходы, ощущение слежки, отравление Ребекки, кража документов Вивьен – теперь давили всем своим весом на мозг так, что меня затошнило. Кажется, Эмили что-то говорила, но я попросту был уже не способен воспринимать новую информацию, будто пьяный, я, шатаясь, направился в сторону спальни. В истории призрака осталась всего пара белых пятен, и я точно знал, кто мог их заполнить.
— Стой, Ларсен! – Паркер перехватила меня за локоть, выдернув из лавины мыслей. – Допрос Бернелл теперь буду вести только я и только в участке.
Эмили говорила тоном, не подразумевающим возражений, но, к ее досаде, я сам и есть ходячее возражение.
— Это не допрос, а праздная беседа.
— Сядь. – Паркер кивнула на стул позади меня.
— Давай не будем при всех вспоминать наши брачные игры?
— Сядь! – рявкнула Эмили.
Мне пришлось подчиниться, все-таки на ее бедре выразительно маячила кобура со вполне боеспособным «вальтером».
— Адриан, послушай меня очень внимательно, пожалуйста. – Эмили сделала шаг ко мне, отчего расстояние стало почти интимным. Она не столько отчитывала, сколько пыталась быть.. откровенной? – Я много раз наблюдала за тем, как тебя захватывает дело, как ты чувствуешь, что ухватился за ниточку и несешься сломя голову.
«Ты не просто наблюдала, ты была непосредственной участницей. Сколько дел мы раскрыли? Сколько нашли тел и посадили убийц? Ты была рядом каждую ночь моей одержимости».
— Ты зависим, Адриан, ты знаешь это, – тихо добавила Паркер, остановившись между моих расставленных коленей.