Игра в невидимку

Глава 1. Исчезновение Бубенчика

С пожара в Торнхилле прошло почти два года, за это время Вивьен Бернелл успела окончить Имперский колледж экстерном и стать моей напарницей вместо Мина, решившего строить карьеру в полиции.

Признаться, я порой тосковал по Кэпу – мне не хватало прежней тишины и его апатичного взгляда, которым он так умело демонстрировал презрение к моему тонкому норвежскому юмору. Да, юное рыжеволосое очарование в лице мисс Бернелл было незаменимо в расследовании, но, когда дело доходило до скрупулезного оформления документов или изучения материалов дела, Зеленоглазка.. Что же, она оставалась Зеленоглазкой.

Например, сейчас окруженная стопками бумаг Вивьен подпевала вокалисту, кричащему в ее наушниках с такой силой, что я слышал каждый аккорд.

— Вивьен, – с легким раздражением позвал я.

Ноль реакции.

Бернелл продолжала раскачиваться в скрипучем кресле, не попадая и в половину нот песни одной из моих любимых групп (еще одна причина моей тоски по Мину: он – превосходный баритон).

— Вивьен! – Я потянулся и для пущей убедительности ткнул ластиком в худую коленку.

— Чего тебе? – Огненная голова все же соизволила избавиться от наушников и теперь глядела на меня с неодобрением.

— Мне – перестать срывать рабочий процесс своим пением.

— Какой рабочий процесс, Адриан? – взвыла Вивьен. Безделье она переносила даже хуже меня. – Весь день только звонки от миссис Каннингем.

— Вот и фиксируй их.

Я прекрасно знал, что в этом нет никакого смысла.

— Вот и зафиксировала! – фыркнула Бернелл, приближаясь к моему столу. – А ты чем занят?

— У меня тут важный отчет. – Я быстро щелкнул крестик над пасьянсом, но зеленые глаза оказались проворнее.

Вивьен выпрямилась по стойке смирно и выдала с совершенно серьезным лицом:

— Разрешите доложить, господин начальник!

Вторая стадия скуки Вивьен – игра в бравого солдата.

— Докладывайте, младший детектив Бернелл.

Ладно.. Кажется, ее задор начал передаваться и мне.

— Скандал, сэр! – с деланым возмущением отрапортовала она. – Начальство впустую тратит время на рабочем месте, сэр!

Вивьен продолжала стоять с занесенной к виску ладонью, слишком важно глядя вперед, мимо меня. Не знаю отчего, но даже без маскарада она выглядела комично. Возможно, виной тому яркие веснушки, усыпавшие все тело Бернелл и особенно пригнездившиеся в районе носа. А может, я просто не мог серьезно смотреть на девушку в строгом офисном костюме, которая провела все выходные, лежа в моей футболке и жуя чипсы под «Губку Боба».

Я притянул солдата Бернелл за руку, усаживая к себе на колени, – внезапно ужасно захотелось сосчитать, сколько же там солнечных отметин на ее лице.

— Ваше начальство никуда не годится.

Признаться, когда Вивьен оказывалась на мне, мысли как-то сами собой разлетались в разные стороны, заставляя забыть, о чем я вообще говорил. И я знал, что с ней сейчас происходило то же самое.

— Снова скандал на рабочем месте, детектив Ларсен, – уже совсем иным тоном выдохнула она мне в губы. – Ваш работник..

В ее глазах блеснул тот самый дикий огонек, что я приметил еще в первый день нашего знакомства. В который тогда же и влюбился, который любил и сейчас. Я решил не слушать, что именно, по ее словам, «мой работник», а увидеть собственными глазами. В идеале – ощутить всеми доступными органами чувств.

— Боги, опять твоя кобура! – возмутилась Бернелл, расстегивая ремень.

Однако в следующую секунду взывать к богам ей уже перехотелось. Захотелось слать проклятья. Ведь тишина офиса «так вовремя» взорвалась телефонной трелью.

— Сука! – выкрикнул я прямо в трубку, нервно откинувшись в кресле.

— Алло, детектив Ларсен? – послышался шероховатый голос миссис Каннингем.

Хвала Небесам (а скорее Люциферу, ведь эта леди явно являлась его послушницей), что старая кошелка не расслышала мое приветствие.

— Да, детектив Ларсен.. – Вивьен не сдавалась и дублировала слова женщины мне в другое ухо, слегка прикусывая мочку.

— Черт.. – Я с трудом сдержал остаток фразы, когда Бернелл прибавила ко всему еще и движение бедрами на моих.

— Не поминай нечистого всуе, голубчик! – взвизгнула миссис Каннингем мне в ухо.

«Ну конечно, а теперь ты все услышала! Старая.. Сука!»

Вивьен уже расправилась с молнией на моих брюках, и я понял, что буквально стою с занесенной над пропастью богохульства ногой.

— Что случилось, миссис Каннингем?

Поверьте, мне дорогого стоило собрать из слов «Вивьен, пожалуйста, сделай так еще раз» то, что я сказал в итоге.

— Дело в том, голубчик, что не далее как сегодня утром мой Джорджи..

Сил слушать, что там ее Джорджи, больше не было, ибо Бернелл применила запрещенный прием: расстегнула блузку. Трубка телефона легла на стол. Ткань соскользнула с плеча, открывая линию ключиц с россыпью крошечных родинок. Она не двигалась – ее пальцы будто в нерешительности замерли у лямки белья, предоставляя мне выбор: стоит ли идти дальше.

Взяв под бедра, я ссадил англичанку на стол. Она тут же откинулась назад, сохраняя дистанцию между нами, пока ее нога дразняще следовала вверх по моей.

«Ты играешь с огнем, Бернелл».

Я навис над ней, не переходя проведенную черту, – наш маленький поединок под названием «кто сдастся первым». Продолжая наблюдать за реакцией, я наклонился к ее груди и очертил губами контур, как бы случайно задев языком напряженную горошину. Взгляд Вивьен – эта совершеннейшая помесь дерзости, голода, мольбы и чистой уязвимости – взметнулся ко мне.

— Ну же, детектив Ларсен.. – Она шумно выдохнула и потянулась, притянув ближе.

«Уже лучше».

Пока миссис Каннингем продолжала никому не нужный рассказ, я вел витиеватую дорожку по солоноватой коже. Когда мой язык дошел до ее живота, Вивьен еле заметно вздрогнула. Как и всегда. Именно здесь начинался ее шрам – «подарок» от Торнхилла, который, видимо, хотел оставить хоть какое-то напоминание о себе у несостоявшейся хозяйки.

Некогда молочно-белая кожа теперь, начиная от самых ребер и заканчивая правым бедром, больше напоминала старую бумагу. Прошел не один месяц после пожара, прежде чем Вивьен смогла снова смотреть на эту часть своего тела, и почти столько же, чтобы позволила сделать это мне. Но не касаться.

Бернелл считала шрам уродством, я – следом истории, нашей с ней истории. Не более того.