Страница 46 из 121
Глава 26. Несчастная незнакомка...
Я уже собралась возвратиться на своё место, когда окружающие развернулись и стали смотреть
в сторону.
Я тоже повернулась — и с изумлением увидела спешащего к нам Игоря Степановича, на лице
которого можно было рассмотреть пугающее выражение. Преподавательница привстала и шагнула ко
мне. Молодой человек, развалившийся на стуле, с любопытством уставился на нового участника
наших занятий.
Игорь Степанович остановился в паре шагов от нас, сделал лёгкий поклон и тут же направился
к незнакомцу на стуле.
— Думаю, я могу вместо вас… послужить дамам. Пришло время вам идти по своим делам, — сухо
заявил муж, совершенно невежливо указывая шатену, чтобы тот убирался.
Молодой человек вопросительно изогнул бровь.
— С чего вы взяли? Я никуда не спешу, — ответил он дерзко, смотря на Игоря Степановича
насмешливо.
По сжатым челюстям я поняла, что муж сейчас на взводе. Чего это он? Совсем с ума сошёл?
— Молодые люди, нам не нужны ссоры. Вы срываете нам занятия, — попыталась вмешаться Дарина
Святковская.
Но Игорь Степанович посмотрел на неё так жёстко, что она тут же в растерянности замолчала.
И тогда я сделала то, на что раньше никогда бы не решилась. Подошла к Игорю, подхватила его
под руку и произнесла:
— Пойдём, дорогой. Я уже получила на сегодня свою оценку, думаю, могу отлучиться.
Скосила взгляд на преподавательницу. Та поспешно закивала — мол, поняла мой манёвр. А муж
неожиданно покорился, и мы начали удаляться от места занятий под удивлённые шепотки
благородных девиц.
Прикосновение к плечу Игоря Степановича жгло мне руку, но я всеми силами отыгрывала свою
роль, пытаясь утихомирить непонятную вспышку его гнева.
Наконец, когда мы вышли на тропинку и оказались скрыты от окружающих растениями, Игорь
Степанович вырвался и посмотрел на меня крайне строго.
— Что это было вообще? Ты так бесстыдно прикасалась к этому мужчине, что я просто не смог
на это смотреть! Я буду подавать жалобу директору Академии. Как он смеет позволять
благородным жёнам прикасаться к оголённым телам незнакомых мужчин???
Я смотрела на него с изумлением и понимала, что начинаю видеть перед собой совершенно
другого Игоря Степановича. Да, по-прежнему какого-то неадекватного, вспыльчивого — но в
другую сторону. Он начал слишком много думать о своей репутации. Раньше она волновала его
меньше.
Откуда эти приступы некой подозрительности? Бред какой-то. Но отвечать пришлось кротко и
спокойно:
— Конечно, вы можете подать жалобу — это ваше право. Но, думаю, нет ничего плохого в том,
чтобы девушки получали медицинские познания на практике в таких условиях. Если сюда начнут
поступать настоящие раненые, и нас допустят к работе, нам придётся видеть немало
полуобнажённых мужских тел. И это нормально.
— Тогда это будут раненые! — рявкнул Игорь Степанович, блеснув глазами. — А этот хлыщ ни
капельки не больной. Ему очень нравилось, как ты к нему прикасалась!!!
У меня отвисла челюсть. Это что, действительно сцена ревности? Да не может этого быть.
Когда ненавидят — не ревнуют.
Хотя… нет. Я не права. Бывает так называемая ревность не от любви, а от глубокого чувства
собственничества и уязвлённой гордыни. Сколько случаев, когда из-за такой ревности своих
половинок даже убивали. Любовью в этих случаях вообще не пахнет. Просто кое-кому отчаянно
хотелось сохранить своё лицо.
Я почувствовала разочарование. Голос мой прозвучал более сурово:
— Думаю, вам нужно наконец понять, что все мы здесь собраны для важной цели — научиться
помогать ближним. Если вам уж так это интересно — тот молодой человек был в моих глазах
всего лишь манекеном, на котором я тренировалась.
— Я не могу тебе доверять, — выплюнул Игорь Степанович, развернулся и пошёл прочь.
Я же осталась стоять на месте, ошеломлённо глядя ему в спину. И вдруг что-то в его походке
и во всей этой атмосфере, клубящейся вокруг него, заставило меня увидеть его беззащитность.
Так иногда бывает, когда начинаешь видеть больше, чем транслирует твоё зрение. Что-то
мучило его. Что-то точило его изнутри. Отчего Игорь Степанович был не в себе почти всё
время. И я догадываюсь, в чём дело. Та самая история с пострадавшей сестрой…
Сразу же вспомнился отвратительный тип, угрожавший мне ранее. Эта мутная история, так или
иначе всплывала в моей жизни, угрожая уничтожить, раздавить, причинить боль…
Я приуныла. Находясь здесь, ходя на занятия, просыпаясь в чужих объятиях, я пыталась
сбежать от пугающей реальности, в которой всё может стать ещё хуже в любой момент.
Поплелась вслед за мужем, не пытаясь его догнать, и испытывая глубокое сокрушение духа.
Не знаю… Кажется, я потерялась, но в итоге забрела в какой-то незнакомый уголок сада.
Здесь было настолько красиво, ухоженно и чисто, что мне даже стало легче. Огляделась,
любуюсь прекрасными клумбами роз, лилий, хризантем. Вдохнула чарующий аромат — и в голове
прояснилось.
Прошлась по аллеям, понимая, что хладнокровие — это залог победы и успеха. Всегда. А люди
нервные, подверженные панике или депрессии, чаще всего запутываются и погибают. Мне такой
исход не нужен.
Я почти полностью восстановила душевное равновесие, как вдруг заметила ещё кое-кого,
находящегося в саду. Я бы обязательно прошла мимо, потому что не люблю докучать своим
присутствием незнакомцам, как вдруг поняла, что под огромным дубом в инвалидном кресле сидит
та самая девушка, которую я как-то видела в коридоре.
Её отрешённый взгляд, обезличенное лицо, впалые щёки — всё это произвело неизгладимое
впечатление. Я будто вдруг почувствовала её боль, её муку… муку человека, запертого внутри
неподвижного тела. Не знаю, что это было — эмпатия какая-то или что, — но меня потянуло к
ней как магнитом.
Когда я приблизилась, поняла, что по подбородку у неё течёт слюна, потому что она не может
удержать её. Заметила прикрепленную к креслу корзинку, а в ней — несколько носовых платков.
Огляделась, но провожатого девушки не нашла, поэтому позволила себе взять носовой платочек и
протереть лицо незнакомки. Присела около неё, пытаясь заглянуть в глаза, но она смотрела
исключительно в землю.