Страница 52 из 77
Я буквально, заставила убрать руку и отойти.
Мила на меня смотрит равнодушно.
— Не надумывай там, себе. Он все время колотит. Сил нет уже, достал. Так что, не из-за тебя это.
Но вижу, врет она. Он именно из-за меня, бился мне в ладонь.
Просто, такая она, Мила, если ей херово то и всем вокруг, должно быть не лучше.
Я подошла к ней. Взяла ее за руку, смотрю ей глаза. И взгляд этот мой, сейчас, опасен для нее. Мила знает, что именно о ней мне известно. Давно об этом молчу. О том, что хотела бы забыть, да не выходит. Я наклонилась и тихо говорю ей.
— Мила… Ты меня, хорошо знаешь. Я была очень добрая с тобой. Но теперь, все. Просить тебя я ни о чем не буду. Я сделаю вот что, сейчас. Дам тебе два листа бумаги и ты на них, напишешь то, что я скажу. На первом, ты засвидетельствуешь, что я являюсь генетической матерью этого ребенка. На втором, ты дашь свое письменное согласие признать нас с Сашей его родителями и что отказываешься от прав на этого ребенка в присутствии свидетеля. И обязательно, подпись поставишь.
Я смотрю на Милу, руку ее сжала, не отпускаю. Она в мои глаза смотрит и руку выдернуть пытается слабо, но я не отпускаю.
С каждой секундой, ее взгляд становится все мрачнее и испуганнее. Бросила украдкой взгляд на майоршу, что сидит рядом и «втыкает» в телефон. Затем, снова на меня. Я коротко кивнула, подтверждая ее догадку. Мила, сквозь зубы, едва слышно шепчет мне.
— Ну ты и сука, Тея… Надо было дать Чижу тебя прикончить, как он хотел!
— А ты, типа добрая, да Мила… Не дала ему это сделать… Не потому ли, что я, лохушка, с твоей трехлетней дочкой, тогда сидела. Когда Валерка, ее отец, на нарах парился. А ты с Чижом развлекалась…. Ты мне, даже спасибо не сказала за это. Поэтому, сейчас, рот свой поганый на меня не разевай, даже. Закрой пасть свою и пиши молча, пока я добрая!
Я положила два листа перед ней. Мила медленно берет ручку и пишет. Коротко все изложила, не размазывая. Я дождалась, пока она допишет и забрала листы. Перечитала.
Затем, я подошла к Жене и спросила ее.
— Ты все слышала?
— Пусть повторит.
Мила, цедя сквозь зубы, повторила свое согласие.
— Ну да, вроде, все так же.
Она черкнула свою подпись, там где была фраза «даю свое согласие, в присутствии свидетеля такой-то ». Ручку вернула и головой кивает.
— Пока ребенок не родится, вторая бумажка силы не имеет. Акушерка подписать должна…
Я головой киваю. Мне Саша, еще раньше, всю процедуру уже подробно описал.
— Да, я знаю. Это мне для спокойствия.
— Ясно. А ты, я смотрю, не простая мышка, Тея. Мне ничего знать не нужно? А то смотри, подруга твоя, Мила, уже в тайны доигралась. Если к ней присоединиться не хочешь, лучше не скрывай от меня ничего.
Я головой отрицательно закивала. Обернулась на Милу, подошла к ней и говорю глядя в ее испуганные глаза.
— Нет-нет, Женя, если бы я знала, сказала…
Мила на меня с тревогой смотрит. Затем, тихо так добавляет, уже без спеси:
— Бабки за роды, восемьсот пятьдесят кусков, все до копейки по контракту, он все равно мне выплатит. Ты поняла?
— Твои бабки, Мила, никто не отменял. Более того, Саша заплатит тебе не восемьсот, а полтора ляма, если будешь паинькой.
— С чего вдруг?
Мила недоверчиво смотрит на меня, но вижу она в шоке…
— Я его попросила. Та самая, лохушка… Помнишь? Он это сделает. Так что, все кончено. Сыном моим шантажировать, ты больше нас не будешь. Хоть плюйся ядом, хоть нет. Но моего сына ты мне отдашь. Кивни мне, чтобы я поняла, что ты согласна с моими словами!
Мила смотрит на меня раздраженно, но кивнула.
— Довольна⁈
— Очень.
— Я все равно не сяду! Найму адвоката и выйду еще до родов. Вот увидишь, я фартовая…
— Делай, что хочешь, Мила…
Я посмотрела на нее и поняла, что все уже сказано. Оставаться здесь, мне незачем.
Женя вывела меня. Вижу, Саша взволновано ходит по коридору. Долго я была у Милы, видимо.
Он смотрит на меня настороженно. Я улыбаюсь ему. Он не понимает почему, но тоже, слегка улыбнулся. Подошел ко мне.
Я схватила его за руку и увела за собой. Отвела его в коридор, где никого не было.
Показываю ему, согласие Милы.
Он смотрит на листы с подписью Милы и Жени…
Поднимает офигевшие глаза на меня. Улыбается, но не верит.
— Тея… Как ты ее уговорила на это?
Я молчу, но он и без моих слов понял, что тайна эта, мрачнее ночи и у меня нет сил ее озвучить.
Он не стал допытываться. Обнял, целует меня. Я только сейчас осознала, что за бумажка в моих руках. Снова реву, за него крепко держусь.
Саша на меня смотрит, слезы мои ладонью вытирает. Обхватил меня руками, я прильнула к нему и стоим так с ним, не двигаясь.
— Саша?
— Да, малышка…
— Я его слышала. Нашего сына.
Саша на меня смотрит. Я вложила свою ладонь в его руку, ту самую, которой живота касалась.
— Я слышала нашего сына, говорила с ним. Опустила руку Миле на живот и жду. Первую секунду тишина. Я с ним говорить начала. О тебе, о нас, о том, как мы его ждем. И он, словно услышал меня. Стал в мою ладонь стучаться, так сильно. Саша, как же чудесно это было! Не могу передать.
Саша меня слушает, взволнованно. Руку мою держит и смотрит так, словно все то же почувствовал.
— Он толкался⁈ Пацанчик, наш…
Вижу его улыбка давит и он не может ей сопротивляться. Я и сама улыбаюсь, глядя на него.
— Вот оно…
— Что Саша?
— Вот теперь я чувствую, что мы его родители. Ты и я…Что я его папка, а ты его чудесная мама. Только ты понимаешь это… Понимаешь меня, Тея. Я не смог бы стать счастливым, если бы тебя не было рядом…
Я смущенно киваю и целую его в ответ.
— Я себя так же чувствую, любимый. Увези меня, отсюда. Я очень хочу домой. Поехали, а⁈ Тем более, у нас с тобой одно утреннее дело не закончено…
Саша усмехнулся на этот мой намек и без лишних слов, пошел вперед, утягивая меня за собой.