Суженая на замену

У меня появилась собственная лодка-малышка, и я гоняла на ней на скорости не меньшей, чем Розалин. И теперь Дастин напрягался всякий раз, когда ему приходилось лететь со мной, а Бастиан говорил, что однажды я сумею обогнать ветер.

Из меня вышла сомнительная управляющая. Я не присваивала лавры Дастина себе и открыто признавала, что без его участия дела бы у нас ещё долго шли ни шатко ни валко. Как и на вилле, хотя там не обошлось без помощи Сандры. Что поделать, не получилось у меня самостоятельно поднять захиревший бизнес с колен и вознести на вершину успеха, овеянную знаниями и умениями человека из техногенного мира. Но я не жаловалась. Как вышло, так вышло, не всем дано озарять светом прогрессорства тьму нового мира. Будем откровенны, новый мир и без меня не развалится ни ныне, ни впредь.

Порой я нет-нет да задумывалась, что следует рассказать правду Инид. И всякий раз одёргивала себя.

Никому от той правды лучше не станет. За прошедшее время я достаточно хорошо узнала Инид, чтобы понимать, что правда эта ей не нужна. Здорово, что мужья меня понимают и принимают, но не следует забывать, что люди разные и далеко не все встретят этакие откровения так же, как мои супруги.

Иногда они расспрашивали меня о моём мире, и я рассказывала, пыталась объяснить то, что они не понимали, и вместе с ними удивлялась всему, что прежде было для меня привычным, обыденным, а сейчас стало далёким, неважным. И я надеялась, что Ясения будет добра к моим родителям. Её воспоминания отступали в тень, чем больше проходило времени, тем реже я к ним обращалась, и сами они не всплывали в неподходящий момент.

Быть может, однажды вовсе истают, исчезнут, точно не бывало.

Наверное, так и должно быть. У нас обеих копятся собственные воспоминания, окрашенные в цвета новой жизни и нового мира, и нет нужды оглядываться на чужие, принадлежащие чужому же прошлому.

— Я так ему и написала в ответном письме, что иначе быть не может и пусть не воображает себе ничего, — Маргарита говорила громко и я, сидя за соседним столом, слышала прекрасно каждое слово. — А то решил, поди, что раз он кейр благородный, а я невысокого рода, то можно…

— Ты бы всё же осторожнее с ним была, — Саши, сидящий рядом с подругой, неодобрительно покачал головой.

— Тебе он просто не нравится из-за всего, что было между ним и Розалин…

— И из-за этого тоже.

Не выдержав, я отложила каменный шарик, который уже минут несколько пыталась вставить в металлическое кольцо, и повернулась к соседнему столу.

— О ком речь?

Саши смутился и голову ниже опустил, едва ли не уткнувшись носом в заготовку, а Маргарита наоборот, вздёрнула подбородок повыше и небрежно повела плечом.

— О Фабио.

— О каком Фабио? — уточнила я на всякий случай. Всё-таки имя для Вайленсии не самое редкое… и лучше сначала подтвердить либо опровергнуть подозрения и затем уже расспрашивать о частностях.

— Лоиделле, — призналась Маргарита преспокойно.

— Который мой кузен?

— Да.

— И что с ним?

— Мы переписываемся порой…

— И давно ли? — вот уж о чём дорогой кузен не соизволил упомянуть ни разу!

— Полгода уже. Но тебе нечего опасаться — это просто письма. И я написала ему, что не имею намерений вступать в отношения с благородным кейром, зная, что едва ли смогу взять его в мужья. Если б я желала подобных отношений, то давно бы завела и выбрала бы кого-то поближе.

Хотелось спросить, какого ляда Фабио в принципе переписывается с девушкой, которая ему неровня, при каких обстоятельствах этот эпистолярный роман вообще зародился и на что рассчитывают обе стороны…

Но я промолчала.

Это не моё дело. Вот если Фабио попытается обидеть Марго, тогда есть резон вмешаться и провести с кузеном воспитательную беседу, а пока же… Да и вайленские девушки независимо от происхождения хорошо знали, чего хотят от отношений с мужчинами, и не лезли туда, где их что-то не устраивало. Если простая кейра не желала спать с благородным, то принудить её он мог лишь силой, а за такое можно огрести.

Я встала, глянула на остальных работников, сидевших с нами в одном помещении. Те притихли и сделали вид, будто ничего не слышали. Я махнула рукой, занимайтесь своими делами, мол, и вышла. Поднялась на второй этаж, заглянула в кабинет управляющего.

— Не отвлекаю?

— Ты — никогда, — при виде меня Дастин поднял голову от бумаг, улыбнулся так, как умел только он, отчего моё сердце замерло на мгновение.

Я прикрыла дверь, обошла письменный стол и без стеснения уселась на колени мужа. Заодно обняла, поцеловала и рассказала об услышанном.

Дастин лишь усмехнулся.

— Пускай себе, — его руки обнимали меня за талию, пальцы перебирали складки блузки, заправленной в штаны. — Если Маргарите всё по нраву…

— Думаю, она без проблем сможет его окоротить, если вдруг потребуется. И если она даст ему от ворот поворот, то бегать за ней он тем более не станет. Если уж за Розалин не стал… просто странный он. То решил кровь из носу жениться на состоятельной девице на выданье, аж службу бросил ради этого, то уже год как в холостяках ходит и в направлении удачного брака даже не лежит. Ещё и с нашей Марго не один месяц переписывается, оказывается…

— Может, в его сердце вспыхнуло пламя любви? — Дастин хитро прищурился.

— Свежо придание да верится с трудом.

Во взгляде мужа мелькнуло непонимание, и я пояснила:

— Как-то не верится в такой расклад, да?

— Отчего же? Кажется, Леонтий тоже по сей день не вступил в род благородной кейры.

— У Леонтия всё впереди, а у Фабио…

— Всё потеряно?

Я пожала плечами.

Леонтия в любом случае выберет благородная кейра, а Фабио-то увивается за простолюдинкой, партией заведомо неудачной, неподходящей. И он старше Леонтия…

Дверь открылась. Без стука и мне не надо оборачиваться, чтобы понять, кто вломился столь нагло в кабинет управляющего, когда тот с женой.

— Так и знал, что если тебя, любовь моя, нет на рабочем месте, то ты точно с моим братом, — Бастиан бросил куртку, которую нёс в руке, на спинку стула напротив и, обойдя стол, остановился перед нами.

— Что привело тебя сюда в такой час? — спросил Дастин.