Страница 34 из 95
Глава 14
Лилиана вела меня по коридорам дворца быстро, уверенно, не оглядываясь и не произнося ни слова. Ее пальцы, унизанные тяжелыми перстнями с темными камнями, крепко сжимали мое запястье, и я чувствовала исходящую от нее силу — ту самую, древнюю, глубинную, почти тектоническую, какую ощущала от Кордэла и Дэррека, но приглушенную, контролируемую, спрятанную за маской светской любезности, как прячут отравленный клинок в расшитых ножнах. Я не пыталась вырываться. После всего, что произошло за эти безумные несколько дней, — после убийства пэров, побега, укрытия в дэаре, стычки с Кордэлом и сцены в его спальне, — у меня просто не осталось сил на сопротивление. К тому же любопытство — мое вечное проклятие — уже начало брать верх над инстинктом самосохранения. Что этой женщине от меня нужно? Зачем она перекупила меня у Домиуса? Почему искала по всему дворцу?
— Зачем вы меня искали? — спросила я, когда мы миновали очередной поворот и углубились в часть дворца, которую я раньше не видела.
— Тсс, — прервала меня Лилиана, даже не обернувшись. — Мальчики могут услышать. У них очень острый слух, особенно у Дэррека. Иногда мне кажется, что он слышит даже мои мысли, хотя я запретила ему это делать еще много веков назад.
«Мальчики». Она говорила о своих тысячелетних сыновьях так, словно они все еще были несносными подростками, за которыми нужен глаз да глаз. Это было настолько абсурдно, что я чуть не рассмеялась вслух.
Наконец мы остановились перед очередной дверью — на этот раз не деревянной, а металлической, с замысловатым механическим замком, и Лилиана, отпустив мою руку, приложила к замку свой диск-ключ. Дверь бесшумно отворилась, и мы вошли в комнату.
Это была не просто комната — это были целые апартаменты. Просторная гостиная с низкими диванами, горой расшитых подушек и столиком, уставленным фруктами, графинами и какими-то закусками. Огромное окно — настоящее, застекленное, а не просто проем, — выходило в Велийский сад. На стенах висели гобелены с изображениями каких-то битв, в которых сражались существа. В углу стоял массивный письменный стол, заваленный свитками и какими-то приборами.
— Вот теперь можно поговорить спокойно, — произнесла Лилиана, закрывая за нами дверь и запирая ее на замок. Она развернулась ко мне и довольно улыбнулась — той самой улыбкой, которая могла бы показаться теплой и дружелюбной, если бы не холодный, оценивающий блеск в ее голубых глазах. — Присаживайся. Выпьешь что-нибудь? У меня есть отличная настойка на местных фруктах. Говорят, на иномирцев она действует особенно... интересно.
— Да, хотелось бы для начала прояснить ситуацию, — ответила я, не двигаясь с места. — Например, узнать, зачем вы меня искали. И откуда вы вообще знаете, кто я такая.
— Ты знаешь, что я тебя искала? — немного удивилась Лилиана, и ее бровь изогнулась в изящном изгибе. — Подслушивала? Похвально. Значит, я не ошиблась в тебе. Уже интересно.
— Слышала ваш разговор с Пихтой в саду, — честно призналась я, решив не ходить вокруг да около. — Вы довольно громко угрожали ей императором. Сложно было не услышать.
Лилиана рассмеялась — мягко, переливчато, словно зазвенели серебряные колокольчики, — и жестом пригласила меня сесть. Я неохотно опустилась на край дивана, но от предложенной настойки пока отказалась.
— Ну хорошо, — сказала она, устраиваясь в кресле напротив. — Не буду ходить вокруг да около, ты явно ценишь прямоту. Мне нужна помощница. Личная помощница, если быть точной. И, просмотрев список всех иномирцев, попавших на Нурани за последние несколько циклов, я не нашла никого более подходящего, чем ты.
— Вы видите эту помощницу в моем лице? — удивленно спросила я. — Боюсь, у меня несколько иная специализация. Я открываю порталы, убиваю тварей с Изнанки и великолепно решаю проблемы. Я не секретарь, не служанка и не компаньонка.
— Именно поэтому ты мне и подходишь, — отрезала Лилиана, и ее улыбка стала чуть более хищной. — Мне не нужна служанка. Мне нужен кто-то, кто умеет выживать, думать и сражаться. Кто-то, на кого можно положиться в действительно опасной ситуации. Кто-то, кто не боится смотреть в глаза моим сыновьям и не падает в обморок от одного их присутствия. Ты даже не представляешь, насколько это редкое качество.
— К сожалению, у меня уже есть работа и обязательства, — начала было я, но Лилиана резко подняла руку, заставив меня прерваться на полуслове.
— Это не обсуждается, — произнесла она, и ее голос в одно мгновение изменился. От бархатной мягкости не осталось и следа — теперь это был голос женщины, которая привыкла повелевать и не принимала отказа. — Я перекупила тебя у Домиуса, а это значит, что формально ты теперь принадлежишь мне — по законам Нурани, которые, смею заметить, в этом дворце соблюдаются весьма строго. Но я не хочу владеть тобой как вещью. Это непродуктивно. Я предлагаю тебе честную сделку. Просто скажи свои условия.
Вот это был совсем другой разговор. Кажущаяся мягкость этой женщины была обманчива, как спокойная гладь болота, под которой прячется смертельная трясина. Ее непосредственность и дружелюбие лишь помогали вводить в заблуждение, а красота отвлекала внимание. Но теперь, когда маска была снята, я увидела перед собой настоящую Лилиану Д'Эрвил: прагматичную, расчетливую, смертельно опасную. И с такой женщиной можно было вести дела.
— Хорошо, — сказала я, принимая решение. — Вначале я хочу узнать полный список обязанностей вашей личной помощницы. Потом мы обсудим мои условия. И только после этого я подпишу что бы то ни было.
— А ты еще умнее, чем показалась вначале, — промурлыкала Лилиана, чуть ли не потирая руки от удовольствия. — Обожаю деловых женщин. С ними так приятно работать.
Она потянулась к графину и налила себе какой-то густой, темно-золотистой жидкости. Затем, поколебавшись мгновение, налила и мне.
— Итак, ничего особенно сложного в обязанности моей личной помощницы не входит...