Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 29 из 86

Глава 23.

Глава 23.

* Зоя *

Сижу напротив Лолиты и кручу в пальцах бокал с виски.

Лёд давно растаял, напиток уже тёплый, противный, а я всё равно пью.

Потому что внутри какая-то мерзкая пустота. И злость. И паника. И это тупое чувство, будто всё пошло не так.

А что-то пошло не по…

Лолита сидит напротив, закинув ногу на ногу, листает что-то в телефоне и выглядит так, будто вообще не понимает масштаба катастрофы.

— Новое имя у тебя отменное, — усмехаюсь, не отрываясь от экрана.

— Ну еще бы.

Да, имя у неё и правда как у женщины, которая родилась сразу с бокалом шампанского в руке и чужим мужем в кровати.

Лолита.

Ей подходит.

Она поднимает на меня взгляд, щурится.

— Что делать будем?

Я нервно усмехаюсь.

— Он попросил меня уйти. Я хрен знает.

Даже сейчас внутри всё неприятно сжимается от воспоминания.

Нодар тогда смотрел на меня так холодно, будто я вообще пустое место. Будто вчерашней ночи не было. Будто я не старалась для него. Не лезла из кожи вон. Не слушала его. Не смеялась над его шутками. Не смотрела на него так, как Оля смотрела.

Я ведь хорошая актриса, да и он ничего. Мне… мне хорошо было и если бы Оля не ворвалась я бы не раз билась в оргазме.

Оля…

Меня аж передёргивает.

— Я ему итак и сяк, а он… я даже не знаю, что сказать.

Лолита резко оживляется.

— Придумаем тебе беременность.

Я аж давлюсь виски.

— Чего?!

Она закатывает глаза так, будто я последняя идиотка.

— Господи, Зоя, ну не тупи. Пока твоя дура-подруга не залетела — надо брать его в оборот.

У меня внутри всё неприятно холодеет.

— Ну не до такой степени…

— Да до такой, — перебивает она и подаётся ко мне через стол. — Ты вообще понимаешь, какой мужик тебе подвернулся? Такие не валяются. Дом, бабки, связи, охрана, машины. Перед ним только и стоять на коленях работать ротиком, высасывать все соки, во всех смыслах. Он тебя вышвырнул сегодня, а завтра вообще забудет как зовут.

Я отвожу взгляд.

Потому что боюсь, что она права.

Это самое мерзкое.

Я ведь и правда чувствую, как меня трясёт от мысли, что Нодар сейчас с Олей... Что выбрал её.

Опять её все выбирают.

У нас всегда так в дружбе было. Она типо хорошая, тьфу на нее.

Лолита продолжает:

— Через месяц объявишься. Скажешь: “Нодар, так и так, беременна”.

Я нервно смеюсь.

— Ты ненормальная.

— Нет, я умная. А ты нет. Потому что сидишь и строишь из себя совестливую.

Она делает глоток мартини и смотрит на меня с прищуром.

— Мы для чего всё это делали?

Я молчу.

И вот тут внутри реально становится не по себе.

Потому что… а правда для чего?

Когда всё начиналось, мне казалось, что это просто игра. Что Оля слишком правильная, слишком домашняя, слишком “жена”. А я живая. Яркая. Интересная. Я была уверена, что стоит Нодару посмотреть на меня чуть иначе — и всё.

Но он посмотрел.

И что дальше?

Я думала, станет легче. Думала, почувствую победу. А по итогу сижу сейчас в чужой квартире, пью виски и слушаю, как Лолита предлагает мне залететь.

— А где ребёнка мне взять? — вырывается у меня.

— Ну пусть Данил тебе заделает.

— Что?!

Она смотрит с прищуром.

— Вы что? Не знаете, как детей делают?

— Я боюсь рожать, — выдыхаю я. — И вообще не хочу.

— Да господи, Зоя, не рожай. Сделай беременность, потом избавишься— и всё.

Я смотрю на неё и понимаю, что меня реально пугают её слова.

Не потому что она предлагает какую-то дичь.

А потому что часть меня… уже начинает думать.

А вдруг это и правда сработает?

И от этой мысли мне самой становится противно.

Я вспоминаю лицо Оли. Её глаза. То, как она доверяла мне. Как рассказывала про него. Как улыбалась, когда говорила “мой муж”.

А я сидела и слушала.

Слушала и завидовала.

Потому что у неё было то, чего у меня никогда не было.

Мужчина, который смотрел только на неё.

Даже если сейчас мне уже кажется, что это было не совсем так. Всё равно. Он возвращался к ней. Бесился из-за неё.

А не из-за меня.

— Давай не гони, — продолжает Лолита. — Тебе надо его охомутать. Иначе для чего мы это всё делали?

Я снова беру бокал и смотрю в тёмное окно.

И впервые за всё это время мне становится страшно.

Потому что, кажется, я заигралась намного сильнее, чем думала сначала.