Страница 15 из 86
Глава 13.
Глава 13.
* Оля *
Я прямо подскакиваю на кровати.
Сначала даже не понимаю, что это. Просто какой-то дикий рёв, грохот, мат, что-то падает, и у меня сердце в ту же секунду летит в пятки.
Господи. Всё-таки подействовало. И как подействовало. Через секунду по коридору снова разносится его голос, на весь дом:
— Егор, ты где, блять?!
Пауза. Грохот. Ещё что-то валится.
— Оля!!!
Я замираю.
Сижу на кровати, не дышу.
Он орёт моё имя так, что у меня внутри всё сжимается.
И на долю секунды мне хочется вскочить. Реально хочется. Побежать. Открыть дверь. Спросить, что с ним.?
Дать воды? Вызвать врача? Хоть что-нибудь.
И от этого желания мне становится почти физически мерзко.
Да что со мной не так? После всего… я всё ещё дёргаюсь на его крик.
Снова грохот.
Снова трехэтажный мат и этот рев.
— Егор! Сука, где ты?!
— Если я сейчас не выйду, если не использую этот момент, я потом себе этого не прощу.
Вот оно. Егор сейчас точно будет занят.
Он не контролирует дом, не смотрит камеры и не следит за мной. Егор сейчас либо тащит его в туалет, либо пытается понять, как этого двухметрового кабана вообще сдвинуть с места.
И если я ещё пять минут пролежу здесь… нет.
Я срываюсь с кровати.
Всё сразу становится резким. Хватаю телефон, сдёргиваю провод. Беру сумку.
Пальцы дрожат так, что я чуть не роняю её на пол.
Кроссовки натягиваю в темноте, чуть не путаясь в шнурках.
Сердце колотится как бешеное и в ушах до сих пор его голос.
— Оля!..
Я замираю на секунду, сижу на корточках у кровати и закрываю глаза.
Не оборачивайся.
Не думай.
Не жалей.
Не сейчас.
Нет.
Хватит.
Я поднимаюсь, подхожу к двери и очень медленно, буквально по миллиметру, нажимаю на ручку.
В коридоре полумрак.
Из дальнего крыла доносится возня, приглушённые шаги, мат, потом голос Егора. Слов не разобрать, только тон. Всё. Они там. Отлично.
Я выскальзываю из спальни, аккуратно прикрываю дверь за собой и прижимаюсь спиной к стене, будто меня сейчас кто-то увидит прямо сквозь воздух.
Стою так секунду. Две. Дышу ртом. Ладони ледяные. Сумка режет плечо.
Иду.
Аккуратно, по стенке ползу. Каждый скрип пола как выстрел.
Мне кажется, что сейчас из-за угла вылетит Егор, посмотрит на меня своим каменным лицом и просто скажет:
—Куда?
И всё.
Как я вообще жила здесь полгода и не замечала, что каждый выход из комнаты как через пропускной пункт?
Тишина гробовая.
Только где-то в глубине дома едва слышно еще ругается Нодар.
И от этого мне опять на секунду хочется вернуться. А вдруг с ним правда что-то случится? А вдруг я переборщила?
А вдруг ему реально станет плохо? А вдруг…
Да господи, Оля, да что с тобой?!
С таким здоровым лосем ничего не случится. Не от слабительного. Не от пары часов позора на унитазе.
— Максимум… запомнит этот вечер чуть ярче, чем планировал.
Вместо кисок, сладкие ириски…
Сам виноват. Сам.
И всё равно эта мысль — «а вдруг» — гудит в голове, как назойливая муха.
Я ненавижу себя за это.
За то, что даже сейчас думаю не только о себе. Мое доброе сердце меня и погубит.
Нахожу в себе силы и дохожу до входной двери.
Руки дрожат, когда я берусь за ручку. На секунду мне кажется, что сейчас завоет сигналка. Что дом мигнёт красным. Что где-то вспыхнет датчик и через секунду всё это закончится, не начавшись. Но нет. Дверь открывается.
Видимо, на ночь ещё не поставили.
Я выхожу и медленно закрываю дверь за собой.
Стою на крыльце, смотрю в темноту частного сектора, и у меня на секунду реально подкашиваются ноги, но я иду.
Спускаюсь по ступенькам, выхожу за ворота, быстро вызываю такси.
Пальцы еле попадают по экрану. Адрес дома. Подтверждение. Ожидание.
Ветер в лицо отрезвляет.
После душного дома он кажется ледяным. Меня начинает колотить. То ли от ветра, то ли от нервов.
То ли от того, что я реально это делаю. Реально ухожу.
Реально сбегаю ночью из дома собственного мужа, как какая-то очень дерзкая девчонка. Но я ведь не такая… Как бы грустно не было признавать.
Сердце стучит как бешеное.
В голове только шум.
И сквозь этот шум всё равно лезет одно и то же:
— А вдруг с ним что-то случится?
Я зажмуриваюсь и до боли сжимаю зубы.
Сам виноват.
Сам.
И, если уж совсем честно, с таким бороовом здоровым точно ничего не произойдёт.
Не сахарный. Не развалится.
Переживёт и это, и меня, и мой уход, и мой позор, и свой. А если нет… Нет. Даже думать не хочу. Не сейчас. Не имею права сейчас опять заворачивать мысли к нему.
Только не тогда, когда до свободы осталась одна минута.
Из-за поворота выруливает такси. Вот оно. Последняя секунда, когда ещё можно передумать.
Последняя секунда, когда можно обернуться, открыть калитку, вернуться в этот чёртов дом, снова лечь в нашу постель и утром сделать вид, что ничего не произошло.
Я поднимаю глаза.
Смотрю на дом.
На окна, в которых горит свет. На эти стены, в которых еще несколько минут назад звучало мое имя.
И стою так пару секунд, не двигаясь.
Потом открываю дверь машины и сажусь внутрь.
— Я не могу позволить себе остаться.