Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 85 из 95

Глава 23

Я опустил Волкова на землю. Осторожно, чтобы не задеть его раненую голову.

Распрямился.

Плечо горело там, где задел что-то острое, когда тащил друга через проём. Кровь сочилась под курткой, липкая и тёплая, стекая по телу.

Пятеро солдат окружили нас. Чёрная форма, короткие автоматы — пушечное мясо. А вот двое в штатском за их спинами, это уже серьёзно. Ауры плотные, без ряби, устоявшиеся, такие бывают у тех, кто годами тренирует источник на пределе.

Я скользнул взглядом по лицам, оценивая дистанцию, варианты, углы. Волков у ног, без сознания. Павлик за спиной, если начнётся перестрелка, нестрашно: сделает каменную кожу и будет таков, а вот справится ли он хоть с одним из магов? Я чётко слышал его дыхание: частое, но не паническое. Сумка с документами на плече.

Штатский слева шагнул вперёд. Говорить начал он: по-русски, чисто, без акцента.

— Положите всё оружие на землю.

Командный тон без эмоций. Человек, привыкший к тому, что его слушаются. Я опустил сумку на землю, чтобы она не сковывала действия.

— Вы знаете, что мы из Ордена Инквизиции, — спокойно, не повышая голос, начал я. — Мы забираем пострадавшего и уходим. А вы не мешаете, и у нас не будет к вам вопросов.

Враги уже видели чёрные плащи. Это не новость для них. Тени под козырьками солдатских фуражек дёрнулись, когда я говорил. Кто-то из бойцов переступил с ноги на ногу. Молодые.

Маг же напротив не дрогнул.

— Вопросов не будет.. — повторил он конец моей фразы с явным скепсисом. — Оружие на землю, руки вверх.

Тишина.

Маги сделали шаг навстречу. Я почувствовал, как воздух между нами начал уплотняться. Они явно готовились применить заклинания. Солдаты же взяли оружие на изготовку: стволы смотрели в грудь, в голову.

Павлик шагнул ближе. Почти беззвучно, боком, чтобы я слышал, а они — нет.

— Игорь, они не четвёртого. Артефакты им прибавляют два или даже три уровня.

— Вижу.

Пауза.

— Значит, по-хорошему не выйдет, готовься.

Я неспеша потянул руку к кобуре. Кожа под пальцами, застёжка отстёгивается мягко, бесшумно.

Штатский заметил движение. Глаза сузились.

— Не надо, — сказал он.

Я не ответил.

Пальцы сомкнулись на рукояти револьвера.

Они ударили первыми.

Огонь и вода, одна из лучших боевых связок магов противоположных стихий, видно, что парни сработались до автоматизма. Огненный шар полоснул по воздуху, прожигая ночь. Водяной клинок ударил следом, разрезая пространство, где я стоял секунду назад.

Ушёл в сторону перекатом, чувствуя, как горят мышцы. Павлик поднял каменные столбы из земли — глухой удар, и гранитная крошка взметнулась вверх, прикрывая нас с Волковым.

— Тяжело, — выдохнул он. — Источник..

— Знаю.

Бой затягивать было нельзя. Артефактная защита магов держала ментальный удар как гранитная стена. Мои плетения гасились, не доходя до цели. Я тратил источник впустую, а они даже не расходовали силы на удержание моих атак.

А ведь ещё были охранники с автоматами, но они пока предпочли не вмешиваться, неспешно обходили нас, наблюдая за сражением. Три минуты. Не больше. И на это световое представление уже отправится подкрепление врагов с материка.

Я нырнул за каменный столб, на секунду прикрываясь. Открыл барабан, проворачивая его так, чтобы три антимагических патрона были ближайшими.

Закрыл.

Выдохнул.

Высунулся из-за столба, вскидывая руку.

Первый выстрел — в голову ближнему магу.

Сухой щелчок, и пуля вошла в артефактный контур, тот осыпался искрами как битое стекло. Антимагия разорвала защиту артефакта, прекращая его работу. Маг дёрнулся, глаза закатились, и он рухнул лицом вниз, даже не вскрикнув.

Второй успел вскинуть руки.

— У..

Хлоп. Пуля вошла в грудь, пробивая щит насквозь. Не убила. Он мне нужен живым, точнее, полуживым.

Артефакт на шее мага осыпался, и он осел на колени, хватая ртом воздух и глядя на меня мутными от шока глазами.

Живой язык.

Я обернулся к застывшему строю. Солдаты вскинули автоматы, но в их позах не было уверенности. Бледные лица, остекленевшие взгляды. На их глазах два элитных мага, упакованных в дорогущую защиту, легли за две чёртовых секунды. И теперь их ужас был направлен на меня.

Я опустил дымящийся ствол, держа его расслабленно вдоль бедра. Расклад был паршивый: врагов осталось пятеро, а в барабане четыре патрона, и только один из них особый.

— Вы хотите умереть за людей, которые уже проиграли?

Тишина.

— Даю вам последний шанс.

Один из солдат дёрнулся, вскидывая автомат. Грянул выстрел. Моя последняя, третья по счёту антимагическая пуля с лёгкостью прошила надетый на него защитный артефакт. Стражник замертво рухнул на спину. Всё. В барабане остались только три простых патрона, неспособных пробить их щиты.

Если солдаты не дрогнут — я труп.

Но тут раздался металлический лязг: один из бойцов выронил оружие. За ним бросил ствол и второй. Третий просто развернулся и, не оглядываясь, рванул в сторону от меня. Остальные кинулись следом.

Я опустил револьвер.

Павлик выглянул из-за столба. Посмотрел на меня, потом на оружие в моей руке.

— Ты их.. обычным?

— Антимагическим, — я открыл патронташ и тут же зарядил ещё три антимагических патрона.

— А если бы промахнулся?

Я поднял на него глаза.

— Не промахнулся.

Раненый маг лежал на спине, глядя в небо.

Я присел рядом. Артефакт на его шее начал разрушаться, видимо, была привязка к хозяину. Расстегнул ему ворот рубашки. В районе плеча расползлась чернота. Смертельная печать осьминога. Та же, что у мага на Обводном.

Враг дышал тяжело, с присвистом. Глаза блуждали, зрачки расширены — шок. Я влил в него магию жизни, тонкую струйку, ровно столько, чтобы купить время, не больше. Мой источник почти был пуст, каждую каплю нужно беречь.

Маг дёрнулся. Посмотрел на меня.

— Слушай сюда, — я взял его за подбородок, заставляя смотреть. — Ты расскажешь мне всё, что знаешь. Быстро. Понял?

Влил ещё немного магии страха — адреналин, кортизол, сердце колотится, мозг хочет одного: говорить, говорить, говорить, лишь бы это прекратилось.

— Вы опоздали, — обрывисто выдохнул он. — Опоздали..

— Куда?

— Сегодня.. утром.. Хельсинки.. День независимости..

Чернота поползла к ключице. Я влил ещё силы.

— Что в Хельсинки?

— Там.. соберутся все.. — он захрипел, выгнулся дугой. — Все.. кто принимает решения.. А потом.. потом порталы..

— Где порталы?