Игры огня. Искра

Глава седьмая

После того как этап прошла команда магов воздуха, магов земли объявили проигравшими и вывели из залов с загадками, не дожидаясь, когда они решат все головоломки. Капитан выбрал участника, который покинет команду, а затем мы были отпущены на свободу.

Никто не препятствовал остаться на празднике, общаться с гостями, которые этого общения, кстати, жаждали, насладиться фуршетом и шампанским. Но даже изысканные блюда и напитки не смогли заставить меня пробыть еще хоть минуту в этом обществе. Единственное, что заставило нас задержаться, – это короткий разговор с членами команды. Я попросила их не уходить и пообещала, что не отниму много времени.

– У меня будет небольшая просьба, – тихо сказала я. – Никто не должен узнать о том, что произошло сегодня на этапе.

– Думаешь, иллюзион не показал все самые сочные подробности зрителям? – скептически хмыкнула Кейт.

Я думала, что Дашков с его ненавистью к магам огня и с учетом нашей с ним истории не будет заинтересован в том, чтобы придать общественности подробности того, что сегодня случилось. Скорее всего, то, как я сожгла дверь, даже не показали зрителям. И я очень удивлюсь, если ошиблась.

– В любом случае, – сказала я, – есть нюансы и подробности, которые известны только нам с вами. Например, мотивация Михаила и все такое. Мне бы хотелось, чтобы в глазах общественности его поступок остался просто попыткой навредить команде соперников.

Кейт мрачно промолчала – она все еще злилась на Светлова за то, что ее брат чуть не погиб. Воронцов недоуменно перевел взгляд с меня на близнецов. Он явно не понимал, что происходит и о каких подробностях я говорю. Похоже, он даже не заметил, что Светлов запер его в той комнате.

Александр кивнул:

– Все останется между нами. Мы своих не сдаем. И спасибо, что не бросила меня умирать. Я правда польщен, так что можешь не дарить мне новогодний подарок.

На этом мы разошлись. За мной увязался Сергей, и некоторое время мы шли молча. Мне было очень любопытно: случайно наши дороги совпали или он меня провожает?

– Слушай! – сказала я. – Сегодня определенно день неловких вопросов, и я бы даже сказала – нетактичных. Но можно я кое-что спрошу? Это не дает мне покоя.

– Конечно. – Сергей пожал плечами. – Спрашивай.

– Кейт сказала, что когда тебя выбрали… – Я тут же поправилась: – Когда я выбрала тебя в команду, Кейт сказала, что ты очень сильно расстроился.

Я хотела сказать «рыдал в туалете» – так выразилась Кейт, но язык не повернулся в адрес такого парня бросить подобное обвинение. Аронов не выглядел трусом и ни разу за все время испытания не дал заподозрить себя в подобном.

– Прошу, не обижайся на меня и не думай, будто я разношу сплетни. Сегодня ты проявил себя с самой лучшей стороны, и я по-настоящему рада, что ты в команде. Без тебя мы бы не справились. И ты совсем не похож на того, кто проявляет эмоции подобным образом. Скажи, то, о чем говорила Кейт, – это ведь просто слухи, да?

Аронов невесело рассмеялся:

– Ты хочешь спросить, рыдал ли я в туалете, после того как мою фамилию объявили в составе участников Игр? – спросил он.

Я в который раз за день густо покраснела.

– Нет. Я не рыдал, хотя и был расстроен. То, что слышала Кейт, – это моя племянница. Ей нельзя появляться в школе, она еще слишком маленькая. Поэтому она пряталась в туалете. Когда она узнала, что я буду участвовать в Играх, то испугалась за меня. И я ее успокаивал.

– А что твоя племянница делала в школе?

Сергей вздохнул. Мне показалось, он не хочет об этом говорить, но все же парень решил ответить:

– Наши родители давно погибли. И по закону я должен был отдать ее в приют, но не смог. Мне осталось доучиться всего год, а потом я смогу на законных основаниях воспитывать ее и обеспечивать. Поэтому мы решили ото всех скрыть. Обычно Адель сидит дома, но в этот день квартирная хозяйка должна была прийти с проверкой. И мне пришлось взять ее в школу.

– Прости, я не знала, – сказала я.

– Ничего. Я не люблю прибедняться, у меня не такая уж и плохая жизнь, а Адель – это настоящее чудо. Осталось продержаться всего год, и все у нас будет хорошо. Но, Ярина, я очень прошу – никому об этом не рассказывай.

– У всех нас есть свои секреты, и не волнуйся. Твой умрет вместе со мной.

– Хотелось бы, чтобы до такого не дошло. – Сергей рассмеялся.

И затем неожиданно предложил:

– Может, зайдешь к нам? Выпьем?

Я удивленно на него покосилась. Это он что, пытался сейчас пригласить меня на свидание? Или просто по-дружески предложил расслабиться после тяжелого дня?

– Я бы с удовольствием, правда, – улыбнулась я, – но не могу. Меня еще ждет тяжелый разговор с родителями. Они до сих пор не знают… Хотя, наверное, всем уже известно, что я участвую в Играх. И мне надо как-то это объяснить. Ох и взбучку мне задаст мама!

Сергей проводил меня до самого подъезда и ушел. Я несколько минут постояла на лестничной клетке, собираясь с силами, и затем поднялась. Не знаю, чего я больше боялась: встречи с родителями или со Светловым. Но Михаил, похоже, остался на празднике, потому что, когда мы подходили к дому, я нашла взглядом его окно, и оно было темным.

А вот родители не спали. Едва я захлопнула дверь, из комнаты вышел папа. По его виду я сразу поняла, что к маме лучше сейчас вообще не приближаться. Но путей к отступлению не было. Я вошла в комнату, придерживая подол изрядно потрепавшегося платья.

Мама сидела на постели, сложив руки на груди и поджав губы. Она смотрела так холодно, что я невольно поежилась. Пожалуй, в ее взгляде льда было не меньше, чем во взгляде Аспера Дашкова. Вот только на холодность Аспера мне было совершенно плевать, а вот расположение мамы… я пыталась заработать с самого детства. И сейчас чувствовала себя маленьким ребенком, который нарисовал красивый рисунок и пытается подарить его маме.

– Ты вообще собиралась нам сказать? – процедила мама.

И поднялась.

– Собиралась, – вздохнула я. – Все очень сложно, это получилось случайно…

– Первокурсники не участвуют в отборе на Игры, – отрезала мама. – Значит, ты записалась туда сама. Скажи, пожалуйста, чем ты думала?

– Мам, пап! Я должна объяснить, но это так сложно. Я прошу, пожалуйста, выслушайте меня и поверьте. В это сложно поверить, но…

Мама снова меня прервала: