Страница 35 из 67
Светлов запер нас, но как? Подпер дверь постаментом? Он был вмонтирован в пол, я заметила, когда осматривала его в поисках тайника. Думай, Ярина!
Магия? Магия! Почему я все время забываю, что в этом мире существует магия?
Светлов – маг воды. Значит, он использовал воду. Заморозил замок? Накачал дерево водой и дверь разбухла?
Я коснулась ее. Сухая.
Значит, лед. Я думала, только Аспер обладает способностью замораживать воду. Быть может, и Ярина из этой реальности, если она вообще существовала, не так уж хорошо знала своего соседа?
– Поняла! – воскликнула Кейт.
Я вытащила палочку и прицелилась, как учил Аронов.
– Говорим без слов – это все корешки с картинками! Поем без звуков – корешки с нотами, а ведем без линий – книги для слепых, на корешках тиснения! Если выдвинуть все такие книги…
Кейт лихорадочно носилась по залу, вытаскивая нужные томики.
Я закрыла глаза.
Никто не успел обучить меня магии. На занятиях преподы в основном рассказывали теорию, а если и выпадали редкие практические занятия, на них Аронов рассказывал, как держать палочку и не выткнуть глаз соседу, что имело мало отношения к магии.
И я действовала наобум, без какой-либо уверенности, что получится.
Но разве был выбор? Через несколько минут брат Кейт перестанет дышать.
Поэтому я постаралась как можно ярче представить заледеневшую замочную скважину, то, как магия огня охватывает лед и заставляет таять. Возможно, в этом мире подобное было нарушением законов мироздания, но чувство вины заглушало все доводы разума.
Из-за меня Вишневские оказались здесь. Кейт пришлось занять место в команде, чтобы быть рядом с братом. И по моей же вине их разделил Михаил.
Ярость вскипела во мне неожиданно сильно. Янтарь в руке раскалился, с кончика палочки посыпались искры. Дверь вспыхнула и в считаные секунды, пока я хватала ртом воздух от неожиданного прилива энергии, выгорела до углей.
– Ни хрена себе… – Кейт остановилась рядом и открыла рот. – Как ты это сделала?
– Ну… как учил Аронов. Атакующая позиция. И немного злости. Точно будем обсуждать или найдем твоего брата?
Встрепенувшись, Кейт рванула к двери. Оставшиеся от нее угольки разрушили идеальный образ роковой красотки. Вишневская вырвалась в первый зал и кинулась к той двери, в которую вошел Александр.
– Она заперта! Ярина!
Я не была уверена, что смогу повторить фокус с огнем, но бросилась на помощь. Светлов действительно заморозил замки, причем все, чтобы и у парней не было шанса нас вытащить.
– Сожги ее! – взмолилась Кейт.
Но усилитель больше не грелся. И, как я ни старалась вернуть те же эмоции, ничего не получалось.
– Ну же! – Кейт пыталась согреть ладошками замочную скважину. – Откройся, ты!
– Отойди, Кейт, отойди. Я боюсь задеть тебя и не могу сосредоточиться!
Я вплотную подошла к двери и опустилась на колени так, чтобы замочная скважина оказалась перед глазами. Коснулась обжигающего льда ладонью. Внутри что-то шевельнулось, как будто магия заворочалась, коснувшись чужой силы.
«Я знаю, что ты не хотел мне навредить. Но там умирает человек. Пожалуйста, растай!»
Из-под руки закапала вода. Лед медленно, но поддавался.
– А ключ? Чем открыть? Он у них, но замочной скважины нет…
– Помнишь? Подсказки могут быть ложью. Тот ключ, что у нас, должен подойти.
Кейт метнулась в библиотеку за ключом. В моей руке металл почти раскалился и с легкостью вошел в замок. Когда я дернула дверь, Кейт тут же рванула внутрь.
Нас встретил растерянный Сергей, а за его широкой спиной на полу мы увидели Александра. Сестра тут же кинулась к нему, опустилась на колени и всхлипнула:
– Дыши! Дыши, придурок! Дыши, я сказала!
Я с тревогой всматривалась в лицо Вишневского, пока с облегчением не заметила, как дрогнули его ресницы. В присутствии Кейт он ожил.
Накатило такое облегчение, что ноги подкосились и я опустилась на пол. Сил почти не осталось. Янтарная палочка казалась ледяной.
– Кейти… – Александр сфокусировал на сестре взгляд и слабо улыбнулся. Его грудь тяжело вздымалась, он словно не мог надышаться. – Ты чего такая грязная?
– Идиот! – проревела Кейт. – Не смей больше отходить от меня ни на шаг!
– Да, мамочка. Буду твоим хвостиком.
В присутствии Кейт он быстро восстанавливался и через несколько минут уже смог (не без помощи Сергея) выйти. Окинув взглядом угольки, оставшиеся от нашей двери, он присвистнул.
– Как это вы так?
– Это Ярина, – ответила Кейт. – Она вытащила нас и открыла вашу дверь.
– Как первокурсница школы Огня смогла сжечь толстенную деревянную дверь? Даже старшие курсы на это не способны…
– Просто вспомнила, чему нас учил Аронов, – ответила я.
Но это была ложь.
«В выдуманном мире магия может работать как угодно», – вот что подумала я перед тем, как дверь превратилась в угли.
* * *
Зал, в который попали Александр с Сергеем, был кабинетом. Или чем-то напоминающим кабинет. Посередине стоял большой письменный стол, вокруг были разбросаны письма, перья и другие принадлежности. А стены практически полностью состояли из имитации окон – сквозь стекло ничего не было видно.
– Мы ничего не трогали, – сказал Сергей. – Этот бардак здесь был.
На этот раз пергамент не дал нам подсказки. Но на столе Кейт нашла три пустых ниши.
– Мысль, земля, песня, – прочитала Кейт надписи под нишами. – Полагаю, в этом бардаке надо найти нужные предметы и положить сюда. Мысль. Земля. Песня. Идеи?
– Идей нет, есть вопрос, – начал Сергей, но Вишневский его перебил:
– Мыслью может быть что-то на этих листах. Песня… не знаю. А земля – это чернила в чернильнице. Их раньше делали из сажи, она похожа на землю.
– Тогда песня – это перо! – догадалась Кейт. – Птицы поют.
Перо и чернильницу мы нашли довольно быстро. А вот с мыслью пришлось попотеть: все пергаменты оказались пустыми. Мы искали и искали, но меня снова посетило то же ощущение, что и при виде двери с замками и бесконечных рядов книг – перебор не подойдет.
– Может, мысль надо написать самим? – предложила я. – Ведь написанное кем-то – это не мысль, а просто надпись.
– Давай. – Кейт протянула мне перо.
– Я?
– Ты же капитан. И идея твоя.
– А что писать?
Я положила в нишу «земля» чернильницу, обмакнула в нее перо и задумалась. Мысль?