Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 76 из 117

В песнях стрелы свистят благородно. В жизни они просто появляются. Из камня, из щели, из куста, из места, куда ты только что не посмотрел. Короткая деревянная дрянь с железом на конце, и вот человек уже не спорит с десятником, не хочет пива, не мечтает о бабе, а хрипит и держится за то место, где у него раньше было будущее.

Одна вошла бойцу под подбородок. Он не закричал. Только захрипел, захлёбываясь. Другая попала в щёку, выбила зубы и прошла дальше. Раненый заорал так, что у меня свело живот.

— Сверху! — крикнул кто-то.

Поздно.

Дротики пошли справа.

Один пробил щит Малого и застрял в дереве в ладони от его глаза. Малой замер, глядя на наконечник.

Я ударил его плечом.

— Щит выше!

Он поднял.

Ряд сжался.

Слишком сильно.

Люди начали мешать друг другу. Копья цеплялись за камни. Щит закрывал голову, но открывал бок. Бок закрывали — прилетало сверху. Кто-то поскользнулся на крови первого убитого, потянул за собой соседа. На них тут же упал ещё один камень — прямо в открытое лицо.

Кровь и зубы брызнули на снег.

Косарь орал, пытаясь развернуть десяток щитами вверх и к правому склону одновременно.

Это было невозможно.

Щит не может закрыть всё. Человек не может смотреть в три стороны. Ряд не может стоять ровно, когда его давят сверху, справа, спереди и сзади.

Потому что сзади тоже закричали.

Значит, закрыли.

Не шайка. Не деревенские падальщики. Засада.

Хорошая.

Продуманная.

За поворотом ударили люди с копьями. Не в лоб сразу — умные, гады. Короткими выпадами, заставляя нас пятиться под камни. С правого склона полезли другие, с ножами и топорами. Не торопились. Им и не надо было. Мы уже стояли внизу, как мясо в корыте.

Передний десяток ломался.

Один боец упал на колени, прижимая руками живот. Кишки вылезли между пальцами, серые, скользкие, сразу испачканные землёй. Он пытался затолкать их обратно и всё повторял:

— Мать... мать... мать...

Никто не мог ему помочь.

Другой, совсем молодой, получил камнем по плечу. Кость вышла наружу белым осколком. Он бросил щит и начал пятиться. Тут же стрела вошла ему в открытый рот.