Страница 177 из 735
Глава 542
Байам на военном положении
Увидев, как Герман Воробей надевает сюртук, водружает на голову шляпу и берет в руки трость, Даниц внезапно осознал, что о нем, похоже, попросту забыли.
Он неловко кашлянул и, оказавшись под прицелом двух пристальных взглядов, проговорил:
— М-мне тоже нужно идти с вами?
«Уж лучше бы нет… Одному богу известно, какая еще чертовщина может стрястись! Во время короткой стоянки в порту Банси мы уже вляпались в пугающую, необъяснимую историю. Минувшим вечером я всего-то отвел Германа Воробья на встречу со связным Сопротивления, а в итоге мы нарвались на проклятие самого „Морского бога“! Если я и сегодня увяжусь за этим психопатом выслеживать археолога Летисию с ее компашкой, кто поручится, что мы снова не окажемся на краю гибели⁈» Даниц опустил взгляд на свою зажатую в лубок левую руку, с горькой ясностью понимая, что за эти несколько несчастных дней он натерпелся больше, чем за прошедшие месяцы, а то и за полгода.
— Вы вполне вольны остаться здесь, однако с минуты на минуту нагрянет патруль с проверкой, — с усмешкой бросил Элланд.
«Патруль с проверкой? Чтобы великий пират „Пылающий“ вот так нелепо угодил в сети и превратился в кучку золотых фунтов?» Даниц нахмурился и выдавил из себя сухой смешок:
— Если не считать охоты за головами, шансов стрясти с военных звонкую монету выпадает не так уж и много. С превеликим удовольствием попытаю счастья.
— Загвоздка лишь одна: вам придется обождать пару минут, пока я нанесу грим. Капитан, мне бы совершенно не хотелось ставить вас в щекотливое положение, спровоцировав ненужные недоразумения.
«Если я, прославленный корсар, сунусь на улицу без маскировки и примкну к военным да церковникам, меня же мигом скрутят и бросят за решетку…» — Даниц живо представил себе эту унизительную картину: как его валят лицом в брусчатку, придавливают спину тяжелым коленом, а ему остается лишь беспомощно биться, словно выброшенной на берег рыбе.
Элланд на пару секунд задумался, после чего выудил из внутреннего кармана сюртука железно-черную маску и небрежно бросил ее пирату:
— Просто наденьте это, остальное я беру на себя.
«Действительно, к чему тратить время на дешевую, бесполезную маскировку…» — мысленно согласился Клейн.
Не проронив ни звука, он повернул ручку и шагнул за порог.
Элланд последовал за ним. Даниц, на ходу натягивая железную маску и путаясь в рукавах куртки, торопливо бросился вдогонку.
Оказавшись на совершенно безлюдной, усеянной грязными лужами улице, Клейн поправил шляпу и спросил:
— Как будем искать?
Элланд улыбнулся:
— Разобьем город на квадраты и будем прочесывать методично.
— Моя Потусторонняя профессия дарует кое-какие полезные таланты: достаточно лишь раз взглянуть на живого человека, его фотографию или набросок, чтобы намертво впечатать образ в память и обрести своего рода сверхъестественное чутье на этого субъекта. Вдобавок я способен подмечать малейшие аномалии и выхватывать даже самые неочевидные следы. Сплетая эти два навыка воедино, можно проводить поиски с пугающей эффективностью.
«„Шериф“ восьмой Последовательности из Пути „Арбитра“…» — Клейн задумчиво кивнул и, продолжая идти, поинтересовался:
— У вас имеются какие-нибудь их личные вещи?
Как-никак, к тем самым листовкам, что минувшей ночью расклеивал Даниц, прилагались портреты Летисии — сыщик лично набросал их, прибегнув к ритуальной магии и вознеся мольбы самому себе.
— Ни одной, — покачал головой Элланд. — Нам пока не удалось нащупать их прежние маршруты. Достоверно известно лишь то, что вчера они вернулись с острова Симим около трех часов пополудни. А после двух часов ни одно пассажирское судно гавань не покидало. Нынче утром из-за скверной погоды порт и вовсе закрыли на выход.
«Иными словами, Летисия со своей свитой еще не успела улизнуть по морю…» — Клейн кристально ясно уловил суть.
Даниц внезапно пренебрежительно фыркнул:
— Это ровным счетом ничего не доказывает. Вполне вероятно, что еще вчера после обеда они благополучно покинули Байам, взяв курс на любой другой городок этого острова.
Остров Синей Горы, будучи величайшим куском суши во всем архипелаге Ротсид, славился поистине необъятными просторами. Дремучие леса и баснословные залежи полезных ископаемых послужили фундаментом для целой россыпи городов, выросших вокруг щедрых пажитей и богатых рудников.
Алча этих богатств, Королевство Лоэн действовало методично: сперва они покупали лояльность местных вождей золотом, затем пустили в ход грубую силу, а под занавес просто учредили резиденцию генерал-губернатора. Колонизаторы с пугающей эффективностью прорубили широкие тракты, связавшие города воедино, и даже проложили несколько стратегических железнодорожных веток — всё это щедро финансировалось за счет выпуска акций специальных компаний на Баклундской фондовой бирже.
Разумеется, подобные грандиозные стройки возводились на костях аборигенов. Каторжные условия труда, непосильные смены, скотское обращение, граничащее с рабством, и жалкие гроши вместо жалованья — всё это привело к тому, что под каждой насыпью и каждой шпалой покоился чей-то безымянный труп.
И по сей день львиная доля местных жителей питала к железной дороге жгучую, первобытную ненависть, свято веря, что этот стальной левиафан, пожирающий человеческие жизни и сеющий неисчислимые беды, есть не что иное, как порождение злых богов и демонов.
Элланд скосил глаза на Даница и произнес:
— Если они предпочли сухопутный маршрут, то тревожиться нам совершенно не о чем.
— Это еще почему? — искренне недоумевая, переспросил Даниц.
«Ответ до смешного прост: эти тракты пролегают прямиком сквозь джунгли, а значит, наглухо контролируются Сопротивлением. Учитывая, что костяк повстанцев — фанатичные последователи „Морского бога“, как, скажите на милость, Летисия со своей свитой, чьими стараниями Кавитува оказался на грани гибели, рискнули бы сунуться в эти дебри под покровом ночи? А если и рискнули, то это говорит лишь об одном: они ни сном ни духом не ведают, какую чудовищную катастрофу спровоцировали в святилище на острове Симим. А это, в свою очередь, в пух и прах разбивает теорию о далеко идущих планах „Ордена Аскетов Моисея“ или „Зари Стихий“…» — Клейн титаническим усилием воли подавил порыв сокрушенно покачать головой, послушно свернув вслед за Элландом на соседнюю улицу.