Страница 130 из 735
Разумеется, за подобные чудеса приходилось платить щедрую дань побочными эффектами, иначе бы Каратели уже давно приспособили его для постоянной консервации «2–37», а не прибегали к этому фокусу лишь в моменты вылазок. Самым вопиющим и невыносимым изъяном было то, что любая, даже самая неодушевленная дрянь, пролежав в этом ящике достаточно долго, неизбежно обретала крупицы разума и жизни, превращаясь в неистового, фанатичного прихожанина Вечного Пылающего Солнца. В закромах Уполномоченных Карателей уже успел засветиться письменный стол, денно и нощно распевающий гимны светилу, и свеча, которая каждую секунду своего существования рвалась вспыхнуть, чтобы выжечь и очистить всё сущее вокруг.
К слову, у одного из инквизиторов в конце концов сдали нервы: он в щепки изрубил тот проповедующий стол, а на растопку этих дров пустил ту самую фанатичную свечу.
Заметив, как из мрака одна за другой выныривают тени и стремительно врываются в дом номер пятнадцать по авеню Ароматных Деревьев, Кордова Ройе без малейших колебаний опустил правую руку, подавая знак подчиненному активировать реликвию «2–37».
Кожа на ладони оперативника в тот же миг покрылась зыбкой, иллюзорной рыбьей чешуей. Голой рукой он бесстрашно залез в крутой кипяток и выудил оттуда то самое черное, похожее на сердце нечто.
Тишину тут же разорвал протяжный, мелодичный плач волынки, а саму постройку номер пятнадцать плотно укутало густое, дурманящее марево ночи.
Для Джона Смита и его своры авантюристов картина мира ни на йоту не изменилась. В их глазах всё оставалось по-прежнему: пустая, лишенная мебели гостиная да застывший посреди нее «Пылающий» Даниц, облаченный в свой неизменный черный плащ. Никто из них даже не заподозрил, что уже с головой провалился в чужие грезы.
Они с остервенением бросились в атаку: палили из всех стволов, не жалея свинца, и напропалую пускали в ход свои паранормальные таланты. Вскоре их труды увенчались грандиозным успехом — изрядно потрепав и тяжело ранив дичь, они триумфально скрутили прославленного пирата, за чью голову давали баснословные три тысячи фунтов, да еще и причастного к тайне Ключа бога Смерти.
Вот только в суровой реальности вся эта братия выглядела донельзя комично: они топтались на месте, высоко задирая колени, нелепо барахтались в воздухе, словно пловцы, или же просто целились из воображаемых револьверов, сложив пальцы пистолетиком и губами озвучивая выстрелы: «Пиф-паф, пиф-паф!»
— Пошли! — гаркнул Кордова Ройе, первым выскочив из укрытия и ринувшись прямиком к дому номер пятнадцать. Остальные бойцы из отрядов Уполномоченных Карателей, разбившись на две группы, синхронно ударили с флангов, наглухо захлопывая кольцо окружения.
Еще до того, как дьякон успел добраться до цели, изнутри гостиной ударил ослепительный свет, словно в тесных стенах взошло миниатюрное солнце. А с потолка щедрым, проливным дождем хлынули капли первозданно чистой, святой влаги — это артефакт «2–166» вовсю раскрывал свой потенциал.
А чуть поодаль, надежно скрытый пеленой мрака, бесшумно парил в воздухе ковер-самолет. Стоило лишь «Стальному» Маквити и его головорезам заприметить казенных инквизиторов, как их тут же осенило: вся эта затея действительно была хитроумным капканом, расставленным «Пылающим» Даницем!
— Ах он сукин сын! Продался церковным псам Повелителя Бурь! — с первобытным, диким бешенством во взгляде прорычал Маквити.
«Кровавый Шип» Хантли смерил невозмутимого Сколла уважительным взглядом и от всего сердца похвалил:
— Хвала небесам, что мы не стали терять бдительности.
— Признаться честно, я и сам не ждал, что этот осел «Пылающий» спеется с Церковью Повелителя Бурь, — с ледяным спокойствием отозвался Сколл. — Вполне вероятно, что после ранения он попросту угодил в лапы Уполномоченных Карателей, и у него банально не осталось иного выбора, кроме как плясать под их дудку.
Пираты уже изготовились дать по тапкам, как вдруг их взгляды зацепились за странное шевеление: из густых теней, отбрасываемых пятнадцатым домом, выскользнул некий сгусток тьмы и, плотно прижавшись к брусчатке, змеей скользнул прочь.
«Пылающий!» — в памяти «Стального» Маквити молнией вспыхнула картина недавней, с треском провалившейся засады.
«Даниц!» — Хантли тоже безошибочно опознал беглеца по этому диковинному трюку со скольжением в тени.
Сколл на долю секунды опешил, но тут же всё расставил по полочкам:
— Тут одно из двух: либо «Пылающий» под шумок решил выскользнуть из ошейника Карателей, либо же он готовил силки именно на нас, но каким-то дьяволом приманил казенных ищеек. В таком случае ему оставалось лишь бросить всё и рвать когти.
— Как бы там ни было, это наш шанс! — «Кровавый Шип» Хантли метнул взгляд на врывающихся в дом оперативников и хищно прищурился. — Если мы сумеем выжать максимум из этих жалких десятков секунд, то сможем пустить «Пылающего» в расход или выкрасть прямо из-под носа у инквизиторов!
Услышав это, «Стальной» Маквити заметно взбодрился, а в его глазах полыхнула совершенно неконтролируемая, дикая жажда крови.
Дождавшись одобрительного кивка от Сколла, он обернулся к оставшейся двойке Потусторонних в их рядах:
— Вы двое! Берите моих живых мертвецов и марионеток и держите здесь оборону. Стоит лишь Карателям сунуться следом — спускайте тварей с цепи, пусть наводят шороху, а сами под шумок уносите ноги!
— Сделаем, босс! — в один голос гаркнули корсары. Подхватив зомби и марионеток, они послушно спрыгнули с ковра-самолета.
Артефакт цвета павлиньего пера заложил крутой вираж и пулей помчался наперерез «Пылающему» Даницу.
— Ты на подстраховке. Главное — паси округу, сдается мне, у этого Даница могут быть еще козыри в рукаве, — не теряя ни секунды, скомандовал Сколл «Кровавому Шипу» Хантли.
Бледное, почти бескровное лицо Хантли исказила жутковатая улыбка:
— Идет!
Сколл не стал больше тратить слов и лишь коротко кивнул «Стальному» Маквити.
Пользуясь преимуществом высоты, Маквити без труда вычленил из мешанины теней тот самый едва уловимый, аномальный сгусток мрака, безошибочно рассчитав траекторию его бегства.
Монстр грузно спрыгнул с ковра, обрушившись на брусчатку, словно падающая скала. От его сапог тут же брызнула белесая изморозь, и сковывающая, кристально чистая корка льда стремительно расползлась во все стороны.
Черную тень мигом приморозило к углу здания!