Страница 114 из 735
Глава 521
Смелая гипотеза
В открытом море у пиратов имелись три неизменные, общие для всех страсти: крепкое пойло, доступные женщины и азартные игры. Элджеру Уилсону хватило лишь одного взгляда на открытую крышку серебряных карманных часов, чтобы безошибочно определить, куда именно ему стоит наведаться за свежими слухами в первую очередь.
На часах было четверть двенадцатого. Бордели и таверны в такую рань еще не распахнули свои двери, а вот игорные дома уже наверняка кишели толпами тех, кто спал и видел, как бы сорвать легкий, баснословный куш.
Портовый город Байам был знаком Элджеру куда лучше, чем его родной городок. Ни на секунду не замешкавшись с выбором направления, он виртуозно, словно по наитию, петлял по лабиринту переулков, пока не оказался перед дверьми безымянного казино, притулившегося в глухой, неприметной улочке.
Как было ведомо моряку, хозяином этого «Казино Золотой Монеты» выступал один весьма влиятельный криминальный босс. За его спиной маячили надежные тылы и туманные, но неразрывные связи с некой высокопоставленной фигурой из самого генерал-губернаторства. Именно поэтому это место служило для корсаров идеальной, излюбленной точкой, где можно было без лишнего шума сбыть награбленное и закупиться всем необходимым.
Именно поэтому пиратская братия слеталась сюда как мухи на мед. Зачастую они успевали с самого утра переплавить свои кровавые трофеи в пухлые пачки золотых фунтов, а уже к вечеру с треском просаживали всё до последнего пенни и вышвыривались за порог.
Элджер поплотнее запахнул плотную коричневую куртку, привычным жестом надвинул на глаза материковую кепку и, толкнув полуприкрытую створку, шагнул внутрь игорного дома под цепкими, настороженными взглядами вышибал.
В самом Королевстве Лоэн казино находились под строгим запретом, ютясь лишь в качестве тайных комнат при заурядных барах. Однако на необъятных просторах заморских колоний этот бизнес не просто процветал в открытую, но и служил главным столпом местной экономики. Здешний Байам на архипелаге Ротсид вкупе с Алесером в Восточном Баламе гремели славой на весь мир — даже многие столичные толстосумы из Баклунда и богачи с побережья Мидси не ленились пересекать океан, лишь бы спустить здесь свои капиталы.
Окинув зал взглядом, Элджер приметил самые разнообразные карточные столы и рулетки, чьи правила так или иначе брали начало от игры в кости.
Поскольку время было еще раннее, игроков набралось не так уж много, и Элджер в мгновение ока просканировал всю публику.
Внезапно его взгляд обострился: моряк безошибочно вычислил, кто именно скрывается под искусной маскировкой одного из посетителей.
Стянув кепку, он неспешно приблизился к столу, где резались в техасский холдем. Похлопав свою мишень по плечу и низко наклонившись, он заговорщицки шепнул прямо на ухо:
— Пылающий.
Даниц, как раз приподнимавший правой рукой уголок своих закрытых карт, от этого внезапного хлопка и имени едва не подскочил до потолка, чудом удержавшись, чтобы не влепить незваному гостю в спину заряд ревущего пламени.
После той вероломной засады «Стального» Маквити он кристально ясно осознал: совать нос на улицы под своей истинной личиной — чистое самоубийство. За его головой тут же открыла бы охоту целая свора алчных корсаров.
И пусть львиная доля этих морских шакалов была ему на один зуб, светить физиономией Даниц совершенно не желал, дабы не спугнуть дичь и не пустить под откос их грандиозный план по устранению «Стального» Маквити.
Вот только он и в страшном сне не мог помыслить, что его скрупулезно выверенная маскировка треснет по швам, не прошло и часа после выхода из укрытия!
Взвинченный до предела Даниц молниеносно скосил глаза, пытаясь краем зрения выхватить лицо этого внезапного «приятеля».
Едва завидев до боли знакомую, напоминающую морские водоросли копну темно-синих волос, пират с облегчением выдохнул. Затем он воровато оглядел партнеров по столу, проверяя, не грел ли кто уши.
Но соседи по игре были всецело поглощены изучением собственных раскладов: кто-то пасовал, кто-то повышал ставки, и до возни Даница им не было ровным счетом никакого дела.
— Какими судьбами? — напустив на себя нарочитую небрежность, поинтересовался Даниц.
Они с Элджером уже пересекались на одной пиратской сходке. Боцман прекрасно помнил, что у этого типа в подчинении есть десяток-другой матросов да свой корабль-призрак. В общем, мужик крепкий, но в океане пока не прославившийся.
Опираясь на суждения «вице-адмирала Айсберг», подобная, не блистающая ни размахом, ни заоблачной мощью команда, умудряющаяся удерживать в своих руках древнее призрачное судно, стопроцентно имела за спиной железобетонный тыл. Вполне вероятно, что они шестерили на Церковь Повелителя Бурь, а то и вовсе прислуживали кому-то из пиратских Королей или тайной ложе. Под маской рядовых корсаров они вынюхивали для своих истинных хозяев нужные зацепки, подготавливая почву для точечных зачисток. А порой брали на себя грязную работу, мараться о которую верхам было не по чину — будь то заказные убийства или перехват диковинных артефактов.
В открытом море подобных шарашек хватало с избытком, и лезть в их дела дураков не находилось.
Элджер пододвинул к себе соседний стул и, вальяжно опустившись на сиденье, чуть склонил голову и приглушенно спросил:
— Птичка напела, что ваша капитан наложила лапы на «Ключ бога Смерти»?
Даниц презрительно фыркнул:
— Я-то грешным делом думал, у тебя котелок варит, но, видать, ошибся.
— Как, во имя Бури, такую вещь можно достать так просто?
— Да будь он у нас, и предложи вы достойную цену, мы бы с радостью его загнали!
— Ну так что? Не желаешь обсудить сделку?
Элджер небрежно парировал:
— Вполне вероятно, что за всем этим кроется какой-то иной умысел. Или кто-то просто вознамерился пустить вашего капитана ко дну.
— Да кто их разберет? Дерьмо! — Даниц, у которого новая раздача оказалась из рук вон скверной, не сдержался и громко, грязно выругался.
Однако тут же, вновь перейдя на шепот, он добавил:
— Эта железяка явно не предназначалась для человеческих рук. Скорее уж для гигантов или демонов.
— Не предназначалась? Твоя капитан всё еще вдалбливает в ваши головы книжные премудрости? — с легкой насмешкой поинтересовался Элджер.