Страница 47 из 51
40
Крин вернулся и сразу лег к наброскам прямо на пол, заводил карандашиком. Я села рядышком. Голова уже не блестела, торчала щетиной. Было жалко волосы безумно. Такие милые были!
Тронула, погладила. Кололось.
«Зря поддалась на уговоры».
— О, так хорошо, Ни… — Крин потерся об руку.
— Колется, — возмутилась я.
— Сбрей заново, мягко будет.
— Лучше подожду, пока отрастут.
— Я хочу, чтобы ты еще погладила… — попросил Крин.
И я помассировала как было. Не так уж и кололось. А Крин писал все что-то, писал…
Я заглянула.
«Крин, такой Крин. Все по полочкам, все в деталях».
— Как тебе? — спросил Крин и придвинул схемы откуда-то снизу стопки.
— Очень понятно.
— Нир делал. Таяр детали помог разобрать, сейчас опишу и отдам, пусть работают.
— Мне тоже надо бы дописать свое, столько нового узнала, — задумалась я.
Крин придвинул бумагу.
Я материализовала еще старое Учение. То самое, первое. Черновик, начало которого было написано рукой Крина. А в конце лежал рисунок милого Яблочка с наивным письмом.
Я вытащила рисунок.
«Такая наивная была. Ну и ладно, что теперь. Была дурой, стала битой дурой, немногое изменилось. Выжила — и ладно».
Я дописала схемы простых усилений, принятия, подключения без накопителя, вложила по местам, подшила.
Снова тронула руны, выведенные знакомым почерком. Пролистала, и открылось, как назло, на проклятом забытье.
«Я надеюсь, мне оно больше никогда не пригодится. Надеюсь, что больше никто не тронет меня против воли. Надеюсь… ах, толку надеяться? Жить надо. Приспосабливаться как-то».
Черновик показался слишком личным, чтобы отдавать его другим, и я переписала Учение начисто, вложила закладки на новых страницах и отправила.
— Тария, — обратилась я. — Я дописала Учение.
— Что? — вся растрепанная девушка с бессмысленным взглядом явно соображала тяжело, хоть и пила бодролист.
— Учение дописала.
— А. Спасибо, — Тария потерла голову и посмотрела непонимающим взглядом.
Спрашивать у нее про пояс и кристаллы я не решилась.
«Надо будет Таяру передать, все равно секта школами занимается».
— Я в школы передам, пусть размножат, — добавила я и забрала книги.
— Ага.
Тария смотрела даже не на меня, куда-то сквозь.
«Я надеюсь, она восстановится. Что-то сильно плохо выглядит», — с тревогой подумала я и потушила связь.
— Кажется, благословения станут очень редкими и дорогими, — предположил Крин.
— От меня все служители разбегутся, — вздохнула я. — Ну и ладно. Я ж не Карн, никого не удерживаю. А у тебя нет побочных эффектов?
— Есть, — признался Крин. — Я на простых усилениях чар начинаю работать как не в себя, теряю чувство времени и усталости. А высшие чары стараюсь не трогать, тебя прошу.
— Как же так!
— Знаешь, Ни, высшие чары всегда давались непросто и были чем-то исключительным, крайней или разовой мерой. У кого-то ограничение отдача, у твоих служителей — такое. Это нормально. Но мне нравится, что свои высшие заклинания даются легко. Это так приятно — работать без ограничений! Вчера столько зачаровал всего, сколько прежде и не снилось.
— Да, я тоже применяю высшее благословение легко. А Эйр порталы открывает.
— Да. Так, мне надо Учение отправить, а то Эрлин опять начнет…
Крин перелистал чистовик и скинул куда-то, растворив в груди.
— Эрлин, Учение написал, распорядись, чтобы размножили. И Келумирэ передай обязательно в первую очередь.
— Так быстро! — ужаснулся Эрлин и пролистал.
— Все, остальное за вами. Служите усердно.
Крин потушил связь и развалился на ковре.
— Ну что, Ни. Закончили с формальностями, теперь можно и поработать.
— Не выглядишь готовым, — рассмеялась я.
— Работать можно по-разному. Язык что-то затек. Поможешь размять?
Он посмотрел так озорно, что сердце замерло. Я наклонилась, поцеловала.
— Все-таки сильно затек, так не поможет. Ты присядь, — предложил Крин.
В дверь постучали.
— Глава ждет обоих, — донесся голос Варинны из-за двери.
— Да что такое-то! — возмутился Крин, вздохнул, одежду поправил.
Поправила и я. Учение прихватила, чтобы отдать Таяру.
Эйр сидел все там же, непривычно бодрый. На диване сидела Тария, вся мятая и с лохматой гулькой на голове, с ней рядом каонтрастом старичок Найран в безупречном светлом одеянии, рыжий Тан в темной рубахе и штанах, Дилм в темном парадном сидел в кресле, Таяр в багровом лежал в поклоне на ковре, как и обычно.
Крин встал за Дилмом, и я рядышком.
— Ну что, почтенные, завтра на сход. Внутренние дела мы уже обсудили, теперь обсудим повестку на завтра. Самый важный вопрос — это урожаи, конечно. Нам нужно защитить мысль, что это общее дело, нужна слаженная работа, усиления… — Эйр посмотрел на Тарию, и та кивнула, чуть покачнувшись.
— Нам нужно больше элькринов обучить простым усилениям, — ответила Тария. — От них побочные эффекты минимальны, чары не такие сложные, а работы сейчас столько…
— Эти чары требуют выбора Покровителя, — возразил рыжий Тан. — А кому служить — каждый решает сам.
— Учителя проведут работу, — отозвался с пола Таяр.
— Учение дописала, передай заодно, пожалуйста, — я потоком энергии положила перед Таяром чистовик с закладками.
— Будет исполнено, почтенная мать Покровителя.
— Второй вопрос повестки — исцеление. Он тесно связан с первым, и сотрудничеством со знахарями — с другой.
— Сотрудничество и с последователями Нелы, и знахарями налажено, — отчитался Найран.
— Тогда почему его включают в повестку? — нахмурился Эйр.
— Наверное, хотят договориться о месте и времени работы официально. Все чаще работаем совместно, и каждому храму нужны в идеале минимум трое дежурных. Мы готовы предоставить существующие храмы Архи всем, но хотелось бы получить взамен все необходимые лекарства и травы и разделять прибыль пропорционально, — ответил Найран.