Плесень

Снова щелчок, снова шорох, а следом мычание, буквально секунду, и вновь тишина. Ангела, не отводя взгляда, нащупала покрывало Сонву рядом и накрыла мальчика с головой. Сердцебиение усилилось, дыхание участилось. Она одним движением схватила винтовку и легла с ней на землю, заглянув в прицел. Лишь ей видимые тени появились за перекрестием линзы. Снова шорох. А следом за ним — громкий выстрел. А затем еще и еще, один за одним. Солдаты начали вскакивать с мест, паника охватила лес. Кто-то чиркал спичками, кто-то лёг на землю, закрыв голову. Крики и ругань, вопли и суета. Даже в такой обстановке Ангела продолжала нажимать на курок раз за разом, успевая вставлять патроны другой рукой. Последний хлопок, и она встала на ноги, оставив оружие у дерева. Кому-то рядом, наконец, удалось выбить искру из зажигалки и зажечь факел из палки и тряпки. Желтый свет разогнал густую тьму леса.

— Ты что тут устроила?! — закричали со всех сторон.

Ангела лишь молчала и с прищуром смотрела вдаль. Семь тел лежали в мокрой траве.

Старший поднял ладонь к небу, все замолчали. Он подошёл к мертвым, один из них оказался из его отряда: Плащу перерезали горло. Остальные шестеро — неизвестные в масках и чёрных одеждах, с кинжалами в руках и пистолетами под накидками. Тут же из леса, с тяжелой отдышкой, выбежал «патруль», что должен был сторожить лагерь.

Ангела шмыгнула носом и села на мешок. Сонву рядом проснулся и вскочил с места.

Старший пнул одно из тел на земле, наклонился к ним чуть ближе, осветив их лица огнём факела. У каждого из них была дыра в голове. Он сглотнул, выпрямился и обернулся к Ангеле. Она лишь слегка покосилась на него, а затем опустила глаза в пол.

— Молодец, — сказал он сухо.

Она кивнула и прикрыла глаза.

Утром путь продолжился. Старший нашёл для Ангелы более удобную обувь и забрал тяжёлые мешки. Теперь она шла, относительно, налегке. В желудке плескался горячий чай и лепёшки с мясом. Больше оскорблений в ее сторону она не слышала, но по опыту знала, что долго держать язык за зубами эти люди вряд ли смогут. Хоть они и были ей благодарны, но все же: по большей части, их оскорблял факт того, что их спасла — она.

Сонву по-прежнему шёл рядом и иногда даже скакал галопом.

— А как ты разбойников в темноте увидела?

— По звёздам.

— Бандиты ходят согласно звёздным картам?

— Бандиты ходят и загораживают своими головами звезды, — усмехнулась она.

— А если бы это кто-то из наших ходил?

— Зачем же нашим красться на цыпочках?

Мальчик задумался на пару мгновений и кивнул.

— А меня стрелять научишь? — улыбнулся он.

— Если только ты не собираешься стрелять в меня, — она рассмеялась.

— А зачем мне стрелять в тебя?

— Не знаю… Я в числе тех, кто напал на твой город.

Сонву нахмурил брови и опустил глаза. Под ногами хрустела мокрая от росы трава, а сверху подпекало утреннее Солнце.

— Нет, в тебя не буду.

Ангела неоднозначно усмехнулась.

До рынка оставалось совсем немного: крыши домов и городских башен уже выглядывали из-за горизонта. Сонву не замолкал ни на минуту и рассказывал Ангеле невероятные истории, которые выдумывал на ходу. Она лишь улыбалась и иногда косилась на него, изображая удивление.

Наконец, под ногами оказалась не грязь, а твердая брусчатка. Идти по камню было не только приятнее, но и не так болезненно. Пахло морем и рыбой, солью, специями, жареным мясом, сладкими напитками из ягод.

Отряд вошел в город уверенным шагом. Плащи цокали каблуками по дороге, как табун лошадей копытами. На плечах они тащили дорогие ковры и меха, намеренно достав их из мешков, чтобы сразу показать свой товар местным. Еще даже не дойдя до места, где можно было сбыть все награбленное, некоторые фанатики кричали в сторону лавок, привлекая внимания торговцев к своей добыче.

Солнце было уже в зените и жарило изо всех сил. Ни одного облачка, как назло, на небе не находилось. Где-то вдали шумел прибой, кричали чайки. Торговцы зазывали в свои лавки и сразу отворачивались, когда солдаты начинали предлагать им свой товар в ответ. У одного маленького магазинчика, на узкой лавочке, сидели два старика. Один из них задумчиво смотрел в небо и почесывал длинную седую бороду, а второй курил трубку, прикрыв веки. Солнце светило прямо на них, делая смуглую кожу еще темнее. Между стариками стоял вытянутый заварник из стекла, с черным, почти как тушь, чаем. Из носика шел пар, как и из маленьких пиалок рядом.

Ангела с Сонву шли позади, держась в нескольких метрах от остальных. Она зачесала слипшиеся волосы назад и вздохнула. Жара в прямом смысле вытягивала из нее все соки. За спиной раздался свист, а за ним еще один. Ангела невольно обернулась: небольшая группа молодых мужчин стояла у одного из магазинов с фруктами, почесывала бороды и улыбалась. Самый высокий из них свистнул вновь и крикнул что-то невнятное, смотря ей в глаза. Ангела остановилась, кулаки сжались сами собой. Сонву рядом замер и крутил головой по сторонам, смотря то на группу местных торгашей, то на свой отряд.

— Ди сюды, — невнятно крикнул высокий мужчина.

Он громко рассмеялся и поманил Ангелу пальцем. Остальные расхохотались следом за ним.

Один из Плащей остановился, окликнул остальных. Несколько мужчин бросили мешки на землю, задрали рукава и двинулись к Ангеле. Сонву встал перед ней, расставив руки в стороны. Фанатики прошли мимо, направившись к магазинчику с фруктами. Заметив это, группа продавцов сначала выпрямилась и, вроде как, тоже приготовилась к драке, но чем ближе к ним подходили Плащи, тем меньше людей оставалось у лавки. Мужчины разбегались по сторонам по одному, пригнувшись и стыдливо прячась за другими лавками. Как только Плащи дошли до ларька, там остался лишь один — тот, что свистел. Он выставил грудь вперед и вытянул шею, словно гусь, упер руки в бока.

Самый крепкий из Плащей подошел к нему впритык и, ничего не сказав, ударил в живот кулаком. Продавец согнулся пополам, вмиг растеряв свою смелость. Фанатик схватил его за шиворот и наклонил к земле еще ниже.

— Еще раз сестру мою свиснешь, зубов лишишься, — шикнул он и покосился на Ангелу.

Продавец кивнул, боясь даже поднять взгляд. Сонву прижался к Ангеле:

— Я думал, они тебя поколотят…— шепнул он.

— С чего вдруг? — ответила Ангела так же тихо. — Они хоть и… Дикие, но справедливые. В меру своего понятия справедливости, конечно.

Мужчины закончили разборки и торопились вернуться обратно к остальным Плащам. Последний из них, что проходил мимо Ангелы, шикнул ей на ухо: