Выбор мудрых

Раскрыв мешок, также в свое время позаимствованный у своих первых преследователей, Гвар вытащил из него несколько больших мясистых листьев и маленькую кожаную скрутку. Внутри последней обнаружился серый дурно-пахнущий порошок, которым нелюдь немедля засыпал рану. Та неожиданно зашипела, и кровь почти сразу перестала сочиться. Теперь пришел черед листьев. Чернюк собрал их в аккуратную стопочку и наложил сверху на образовавшееся к тому времени у него на бедре пузырящееся розовым пятно. Затем примотал все к ноге широким ремнем из мягкой тягучей кожи и опять разразился руганью.

— Тхепхеррь долго нхе смхогу бегхать, – слегка успокоившись, заявил он. – И хоррожшо дрратьсся. Дрружг ссильнхый фоин. Дрружг убить Джаррх. Один узже, – ткнул Гвар когтистым пальцем в сторону застывшего на склоне черного трупа. – Осстхатьсся тхрри.

— В темноте не особо-то постреляешь, – покачал головой Кабаз.

Несмотря на смертельную опасность сложившейся ситуации Кабан не ощущал страха. И даже наоборот радовался предстоящему бою. Недавно осознав, что Зарбага ему убить не судьба, он почувствовал настоящее опустошение. Его великая цель, двигавшая всеми его поступками в последнее время, только и дающая силы жить и бороться внезапно исчезла. Он еле заставил себя продолжать прежний путь в компании нелюдя, пообещав себе, что займется поиском смысла собственного существования позже. Последнему человеку нельзя сдаваться. Перед смертью он перебьет проклятых демонов столько, сколько позволит Ярад. Начал бы с Гвара, но этого жалкого обрезанного Босха ненавидеть не получалось. Зато теперь он пополнит счет отправленных к Зарбагу ублюдков. Уже пополнил.

— Хорошо, что копье не выбросил, – пробормотал он вполголоса, вспоминая, как Гвар пытался его убедить избавиться от мешающей бежать палки.

— Гварр пхомочщь, – пропыхтел рядом нелюдь, показывая снятый со спины костяной нож длиной с ногу Кабаза.

— Очень на то надеюсь, – с сомнением в голосе бросил охотник, покосившись на еле дышащего демона. Тот совсем ослабел от потери крови. Рассчитывать на его помощь особо не приходилось. Разве что.. – Будешь моими глазами. Нельзя, чтобы они незаметно прокрались сюда во тьме. Справишься?

— Я их уфидеть, – подтвердил Гвар.

— До заката есть время. Поспи. Я пока послежу за склоном.

И Кабаз, подложив мешок под живот, растянулся на горячем камне. Скала, как на ладони – по-светлому гады не высунутся. Нужно передохнуть, пока дают.

* * *

Когда последние всполохи света пропали с небосвода на западе, на глыбу рядом с Кабаном завалился Гвар.

— Мхоя очщерредь.

— Заметишь, толкни меня, – предупредил Кабаз, сползая в дыру между камней, где до этого дремал чернюк. – Только молча. Они не должны знать, что мы знаем.

Внизу он перво-наперво убрал в подходящую щель лук со стрелами – в ближнем бою только мешаться будут. Затем проверил крепко ли сидит нож за поясом, осмотрел наконечник копья – ни расшатался ли, не отбит ли край. Кремневый лепесток, несмотря на мелкие сколы по кромке, оставался довольно острым. На сегодняшнюю драку хватит, а там можно и новый сладить.

Закончив, Кабаз привалился к камню спиной, стиснул древко покрепче и стал ждать. Ночь наступила – глаз выколи. Облака второй день закрывали сплошным пологом небо. Без звезд мрак такой, что собственных пальцев на вытянутой руке не видно.

А они все не шли. Время тянулось рыбьей кишкой. Приближалась середина ночи. Хорошо, хоть сна ни в одном глазу. Гвар сверху держится тоже, бдит, смотрит в оба. Молчит, но то и дело поглядывает на Кабаза – отчего-то его желтые зыркалки словно светятся в темноте, их одних и видать.

Наконец-то! Черная лапа нелюдя осторожно тронула его за плечо. Кабаз быстро поднялся и, стараясь не шуметь, осторожно подполз к чернюку. Тот тихо, насколько мог прошипел:

— Идхут. Фон. От кхуссты.

Охотник перевел взгляд туда, куда указывал когтистый палец. Ничего – только тьма. Тьма и тишина. Не слышно ни единого шороха.

— Ррассходятсся. Сс тррех сстхоррон пхолежзут.

— Я назад, – прошептал Кабаз. – Встречай здесь.

И парень медленно попятился обратно в расщелину. Здесь он уже присмотрел себе подходящее место для засады. Две глыбы прижимались друг к другу, оставляя между собой лишь узкую щель – протиснуться можно, но только поодиночке. Второй и он же последний проход в их укрытие шел мимо засевшего наверху Гвара. Беглый Босх их хотя бы задержит. Но почему-то Кабаз был уверен, что хоть один из Джархов сунется в узкий лаз.

Так и вышло. В какой-то момент притаившийся сбоку от входа в щель парень услышал тихое, едва различимое шуршание. Кто-то крался, легонько цепляясь чем-то о край скалы. Кабаз весь напрягся. Еще шаг, еще. Ну давай еще чуточку. К шороху прибавился звук дыхания – он уже совсем близко. Вот из-за камня показался кончик направленного вперед костяного ножа..

Они прыгнули одновременно. Демон внутрь укрытия, человек ему под ноги. Копье снизу вверх ударило в черный живот, костяной нож рубанул в то место, где только что был Кабаз – парень уже отскочил в сторону. Размахнуться тут негде. Первый удар, самый важный достиг своей цели – теперь нужно сваливать.

В три прыжка Кабан залетел наверх. Гвар уже тоже дрался. В черном клубке, прокатившемся мимо него к дну расщелины, распознать своего союзника шансов не было никаких. Где же третий урод?

Глаза! Желтые точки зажглись на вершине самой высокой глыбы – и как только забрался туда?

Демон прыгнул. Черная тень в темноте. Кабаз бросился вниз, но не внутрь «гнезда», где и без него стало тесно, а сразу на склон. Под ногами поехали мелкие камушки – устоять шансов нет. Шлепнулся на пятую точку. Вскочил. Нож в руке. В другой одолженный у Гвара шип-рог. Где он?

Рядом с шумом ударилось о щебенку тяжелое тело. Бежать? Хрен тебе! Кабаз кинулся на шевелящееся во мраке пятно. Пока не встал, пока принимает его за добычу..

Ярость, сравнимая с той, что позволила в свое время рвать Чажанов руками, овладела последним из Кабанов. В одно мгновение он вспомнил поселок Орлов, пшеничное поле Райхов, остров, Лисека, Ингу, родных.

Нож и шип одновременно вошли в шею демона. Тот даже не успел клацнуть пастью. Вся нечеловеческая сила Джарха ничего не стоила против скорости маленького мягкотелого воина. Кабаз дико захохотал.

— Съел, урод!

Со смертью демона кровавая пелена разом схлынула. В голове прояснилось. Парень выдернул оружие из мгновенно издохшего нелюдя и бросился обратно на камни. Нужно помочь Гвару!