Тайны древних

— В смысле пострелять под основания скал с обеих сторон. Обрушатся и завал до небес. У вас тут в плато щель глубиной до четырех-пяти миль. Ширина меньше втрое. И это я про узкие участки не говорю. По всей длине отстреляться, и, считай, закупорили шов намертво. Если хотите, я сделаю. От силы день-два займет.

Охотники, не сговариваясь, повернулись к Анике. Вот оно решение! Никаких больше нашествий орды, никакого страха, никаких ожиданий атаки на стену. Но у советницы императора имелось другое мнение.

— Мысль интересная, но не будем спешить, – покачала головой Вечная. – Мало ли как у нас дальше пойдет. Вдруг понадобится нормальная дорога на юг. Да какое вдруг? Уверена, что понадобится.

В этот момент горы внизу уступили место на экране бескрайним лесам. Долина! Дом! Красота.. Вон, даже Великую видно чуть в стороне. Проследив взгляды родичей, Санчес направил железную птицу к востоку. Вскоре они уже летели на север аккурат над рекой. Петли русла, поросшие осокой и тростником берега, рощи ив. Весна окончательно сдвинула зиму. Все в зелени, только вода голубая, как и небо над ней. Сегодня ни единого облачка. Ясный погожий денек..

— Смотрите! – подскочил со своего кресла Яр, задев плечом сидевшего рядом на корточках Лиса. – Это же наши! Больше некому!

На обширной приречной поляне ползал туда-сюда крохотными букашками многочисленный люд. Шатры, повозки, различная животина – видно, только что прибыли. Но не армия, точно не армия. Баб и детвору с воинами сложно спутать.

— Сажай птицу!

— Подожди, подожди, – зачастила советница императора. – Какой сажать? Я не отпускала тебя. У нас еще куча дел.

— Да меня и не надо. Я только узнать, что там как. Ну и ребят оставим – что им с нами тягаться? Пусть родичам помогают.

— Э, нет, Яр. Так не пойдет. Ты, видимо, не понимаешь, насколько важно сохранить все, что мы узнали, в секрете. Твои охотники, как и ты сам останутся при мне до тех пор, пока мы не решим, что делать со всем этим дальше. Тайны древних – достояние избранных. Такое разглашать нельзя. Летим дальше.

Яр стиснул зубы. Хотелось ответить, где он видел эти зарбаговы тайны. Неужели она не понимает, что в этой жизни по-настоящему важно? Его люди, которых он не видел с момента прихода на север, о судьбе которых не знает почти ничего, находятся на расстоянии вытянутой руки, если брать в расчет возможности железной птицы, а она не дает даже словом перекинуться.

— Хорошо. Я понял, – вздохнул он, сдаваясь. – Тайна, так тайна. Разреши только узнать, как у них что, и сразу летим дальше.

— Нет, Яр. Это не обсуждается.

Сказала, как отрезала. Спорить здесь бесполезно. Ему оставалось только скрипеть зубами от злости. Как бы она теперь его и ребят навсегда при себе ни оставила. Решат император с Эльриком, что простому народу нельзя правду про древних рассказывать, и конец – запрут их в Гайдоре на вечную почетную службу. Теперь вся надежда на компас. Найдется капитанский ключ-камень, прилетит с небес гигантский корабль – такое уже скрыть не выйдет.

— Фернандо, что насчет Бури? Ты говорил, подлетим ближе – сможешь приказать Кэму перестать рушить горы, – быстро сменила тему Вечная.

— Так я уже, – откликнулся древний из своего кресла. – Еще когда над стеной пролетали. У КЭМа определенного центра нет. Достаточно любой части системы принять команду, и она растечется по всему комплексу. С коммуникацией у терраформатора все в порядке, а моего офицерского допуска, – Фернандо поднял руку с прицепленным кожаным ремешком к запястью хэндкомом, – на это хватает.

— Офицерского? – пришла очередь удивляться Монку. – Так у вас все-таки военный корабль?

— Да нет, – отмахнулся древний. – Флотские традиции. У Европейского союза, что нас послал к звездам, на момент нашего отлета армии уже не было. На Земле последняя настоящая война отгремела за две сотни лет до моего рождения.

— Добряки, – иронично протянул Арчибальд. – А огненные мечи, стало быть, нужны, чтобы лес валить.

— Если речь про плазменный резак, то да. Это инструмент, а отнюдь не оружие.

На экране опять появились горы, сменившиеся сплошным белым полем из снега и льда.

— Если уж сразу решили заняться поиском, предлагаю сесть здесь и перекусить, – предложил древний. – Будем шерстить ваш мир с севера на юг, начиная с этого меридиана. Тут, на высоте, и ночевать придется, раз уж хотите держать в тайне наши дела. Как и говорил, в неделю-другую управимся. Запасов на такой срок хватит.

* * *

Но настолько долго им ждать не пришлось. Уже на второй день полетов туда-сюда нужный сигнал был захвачен. Или, вернее, как объяснил Фернандо, посланный ими самими сигнал напитал силой капитанский хэндком, и тот отозвался. Невольное пророчество Яра о том, что за камнем придется нырять, оправдалось – компас ждал их на дне Срединного моря, примерно в десятке миль от южного берега, напротив так называемого короткого княжества Сидского.

Дабы не попасть на глаза каким случайным рыбакам, явились доставать камень ночью. Фернандо подвел атмосферник к нужному месту, и железная птица зависла над волнами на высоте пары человеческих ростов от воды.

Все собрались в грузовом отсеке. Там широкая откидная дверь складывалась в уровень с полом, что создавало удобную ровную площадку, идеально подходящую для их целей. Санчес достал специальный шлем с прозрачным забралом, необходимый для работы под водой, и продолговатый твердый рюкзак с лямками, в котором содержался запас воздуха, каким можно было дышать целый час, не всплывая.

Одному из них предстояло натянуть все это на себя и спрыгнуть вниз. Направлять же ныряльщика Санчес обещал голосом. Мол, что он будет говорить, станет звучать прямо в ушах – очередное волшебство древних.

— Не знаю, как долго он там лежит, но точно очень давно, – рассуждал Фернандо, ковыряясь в сваленном в углу грузового отсека барахле, что они прихватили с острова. – Наверняка придется копать. Судя по показаниям приборов, до хэндкома шестнадцать ярдов. Сколько из них вода, сколько донный грунт – можно только гадать. Предлагаю в одну руку фонарик, в другую лопату. У меня и то, и то есть. Кто ныряет, решили?

Яр хотел было сказать, что в воду полезет он – ну ни Анике же туда сигать, право слово, – как вдруг вперед шагнул Монк.

— Давайте я искупаюсь. Нужно же отрабатывать вложения в свою проклятость.

Никто против не был, и вскоре Арчибальд, облаченный в громоздкий шлем и с баллоном за спиной стоял на краю двери-мостика.