Страница 9 из 20
Глава 5. Полночь и потерянная шпилька
Зеленые цифры на часах —
23:53
— показались мне смертным приговором. Восемь минут. У меня оставалось всего восемь минут до того, как цифровая магия Жака и Гаса развеется, превратив меня из таинственной королевы вечера в бесправную нарушительницу частной собственности.
Сладкая нега, окутывавшая тело после оргазма, испарилась в секунду. В кровь хлынул чистый, ледяной адреналин.
Я резко дернулась, пытаясь выбраться из объятий Престона. Его тяжелая ладонь, покоившаяся на моем бедре, инстинктивно сжалась сильнее, не пуская. Мужчина недовольно и сонно заворчал, утыкаясь носом в мое плечо. Его кожа все еще была горячей и влажной.
— Куда ты?.. — хрипло пробормотал он, сильнее прижимая меня к себе. — Останься. Еще слишком рано.
— Престон, пусти, — мой голос сорвался на панический шепот. Я аккуратно, но настойчиво убрала его руку. — Мне правда нужно идти. Прямо сейчас.
Он мгновенно открыл глаза. Сонливость слетела с него в одно мгновение, уступая место привычной жесткости и контролю. Он сел на диване, небрежно откинув волосы назад, и нахмурился, глядя, как я лихорадочно собираю с пола свое белье и полуночно-синее платье.
— В каком смысле «нужно идти»? — в его баритоне прорезались опасные, леденящие нотки. — Раут еще не окончен. Ты ничего мне не объяснила. Я даже не знаю, как тебя зовут и где тебя искать завтра утром.
— Нигде, — я судорожно натянула платье через голову, пальцы дрожали так сильно, что я никак не могла попасть в рукава. — Завтра утром всё это не будет иметь значения. Забудь эту ночь. Пожалуйста.
Престон резко поднялся с дивана. Обнаженный, сильный, с опасно сузившимися глазами, он в два шага преодолел расстояние между нами и перехватил мои запястья, заставляя меня замереть. Его хватка была железной, но не причиняла боли — он просто фиксировал меня, требуя ответов.
— Посмотри на меня, — приказал он, и от его властного тона у меня по спине пробежал холодок. — Ты думаешь, можно просто прийти в мой дом, перевернуть мой мир к чертям, отдать мне себя без остатка, а потом сказать «забудь»? Я не мальчик, с которым можно поиграть в загадки, детка. Ты никуда не уйдешь, пока я не получу твои контакты.
Я умоляюще посмотрела на него. На часах было
23:55
. — Престон, если ты действительно почувствовал между нами что-то настоящее... отпусти меня. Если ты задержишь меня хотя бы на пять минут, случится то, что уничтожит мою жизнь. Мой мир — не такой, как твой. Пожалуйста.
В моих глазах стояли слезы — настоящие, полные страха и отчаяния. Престон вглядывался в мое лицо, и на его суровом фоне промелькнуло замешательство. Моя паника была слишком реальной, чтобы быть игрой. Его пальцы медленно, словно нехотя, разжались.
— Пять минут, — глухо произнес он, делая шаг назад. — У тебя есть пять минут, чтобы уйти. Но учти: я найду тебя. Из-под земли достану.
— Прости меня, — прошептала я.
Я прыгнула в свои прозрачные шпильки от
Louboutin
. Молния на спине осталась наполовину расстегнутой, платье едва держалось, но времени не было. На ходу подхватывая крошечную сумочку, я бросилась к электронной двери.
Экран смартфона в моей руке загорелся уведомлением от Жака:
«Синди, беги! Система Кингов начала предпусковой апдейт. Через две минуты твоя карта превратится в тыкву!»
Я приложила ладонь к сенсору двери пентхауса. Она с тихим щелчком открылась, и я вылетела в длинный коридор.
— Эй! Погоди! — донесся сзади яростный рык Престона, но я уже не оборачивалась.
Я бежала так, словно за мной гнались все гончие ада. Прозрачные каблуки убойных туфель звонко цокали по лакированному паркету закрытого крыла. Я ворвалась на террасу, проскользнула мимо тяжелых бархатных штор и оказалась на широкой мраморной лестнице, ведущей в главный зал.
23:58.
Внизу по-прежнему играла музыка, но гости уже начали стягиваться к выходу. Я увидела, как у подножия лестницы леди Тремейн о чем-то строго беседует с Анастасией и Гризельдой. Если они поднимут головы — они увидят меня. Увидят меня в этом платье, растрепанную, с горящими губами и полуголой спиной. Это будет конец. Мой отец перевернется в гробу, а мачеха сотрет меня в порошок, лишив последних крох наследства.
Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Обувь, созданная для подиумов, совершенно не подходила для спринтерских забегов.
В этот момент на улице, прямо за панорамным остеклением, начался тропический ливень. Потоки воды забарабанили по стеклу.
Я ступила на первую ступеньку парадной лестницы, ведущей на улицу к парковке. Мрамор мгновенно стал скользким от принесенной гостями влаги. Моя правая нога поехала в сторону.
— Черт! — вскрикнула я, едва удержав равновесие, ухватившись за кованые перила.
Эксклюзивная туфля из жесткого прозрачного пластика соскользнула с моей влажной от адреналина стопы. Раздался отчетливый хрустальный стук — шпилька, перевернувшись несколько раз, покатилась вниз по мокрым ступеням, сверкая в лучах прожекторов, и замерла где-то посреди лестничного пролета.
Я замерла на одной ноге, глядя на неё. Поднять? Это займет драгоценные секунды. На часах —
23:59
.
— Стоять! Стой, тебе говорят! — сверху, со стороны пентхауса, послышался властный голос Престона. Он бежал за мной, на ходу застегивая пуговицы на рубашке, его лицо было бледным от ярости и решимости.
Времени не было. Вообще.
Я развернулась и, прихрамывая на одну ногу, бросилась вниз по ступеням, наступая босой ступней на холодный, мокрый мрамор. Шелк платья намок в секунду, тяжелея и липнув к ногам. Я вылетела через стеклянные двери на улицу, прямо под проливной дождь. Вспышки камер репортеров ослепили меня, но я закрыла лицо рукой.
У самого тротуара, мягко урча мотором, стоял шикарный черный седан бизнес-класса. Мой Uber.
Швейцар, увидев бегущую, полураздетую девушку в одной туфле, опешил, но успел открыть заднюю дверь. Я буквально влетела в салон, тяжело дыша и распластавшись на кожаном сиденье.
— Гоните! Пожалуйста, быстрее! — закричала я водителю.
Машина резко сорвалась с места, колеса с визгом прокрутились на мокром асфальте.
Я прильнула к заднему стеклу, вытирая капли дождя изнутри. Там, на верхних ступенях роскошной лестницы, под проливным дождем стоял Престон Кинг. Намокшая белоснежная рубашка облепила его мощный торс. Он тяжело дышал, глядя вслед уезжающему автомобилю. А в его правой руке, ярко поблескивая в свете неоновых вывесок, была зажата моя прозрачная шпилька с кроваво-красной подошвой.