Страница 15 из 20
Глава 8. Контракт на владение
В приемной «Тремейн Логистик» можно было услышать, как падает пылинка. Время застыло, превратившись в густой, удушливый сироп.
Анастасия стояла с открытым ртом, переводя дикий взгляд с моей ноги в прозрачном пластике на лицо Престона Кинга. Гризельда шумно и часто дышала, размазывая пальцами свой неоновый маникюр. Но эпичнее всего выглядела Леди Тремейн: на её безупречном, высеченном из мрамора лице впервые в жизни проступили красные пятна ярости и абсолютного, парализующего шока.
— Это... этого не может быть, — хрипло выдавила мачеха, делая шаг вперед, словно собираясь силой содрать с моей ноги эту проклятую туфлю. — Господин Кинг, это какая-то ошибка! Эта девчонка... она обычная серая мышь! Она всю ночь провела в архиве, я лично заперла... то есть, оставила ей ключи и тонну работы! Она физически не могла быть на вашем рауте!
Престон даже не повернул головы в её сторону. Он стоял так близко, что я чувствовала кожей волны исходящего от него жара. Его взгляд, тяжелый, темный и собственнический, медленно поднимался от моей лодыжки, обтянутой простым денимом, выше — к талии, к бешено вздымающейся груди, и наконец остановился на моих губах. На его лице играла торжествующая ухмылка мужчины, который только что сорвал самый крупный джекпот в своей жизни.
— Ошибки исключены, Леди Тремейн, — бархатный, вибрирующий баритон Престона заставил моих сестер вздрогнуть. — Эта туфля создана по индивидуальному лекалу. И она сидит на её ноге так же безупречно, как... — он сделал паузу, наклоняясь ко мне еще на сантиметр, так что его парфюм с нотами кожи и сандала полностью забил мне легкие, — ...как всё то, что происходило между нами этой ночью в моем пентхаусе.
Анастасия тихо пискнула и осела на диван, прямо на спящего Люцифера. Кот дико взвизгнул, выпустил когти ей в бедро и пулей улетел под шкаф. Но этот хаос происходил где-то на периферии моего сознания. Существовали только я, он и убойный Louboutin, удерживающий мое тело на одиннадцатисантиметровой высоте.
— Марк, — не прерывая зрительного контакта со мной, скомандовал Престон.
Начальник охраны тут же шагнул вперед, открывая кожаную папку с золотым тиснением
King & Co
.
— Леди Тремейн, — Престон наконец удостоил мачеху коротким, ледяным взглядом. — Контракт на логистическое обслуживание вашей компании, который мы планировали подписать сегодня, аннулирован. Вместо него моя юридическая служба подготовила другое соглашение.
Элеонора Тремейн судорожно сглотнула, её идеальная укладка слегка растрепалась. — Какое... соглашение, господин Кинг?
— Полный аудит «Тремейн Логистик» силами моего холдинга, — отчеканил Престон, и в его голосе прорезался металл сурового бизнес-хищника. — Мои айтишники уже выяснили, что цифровой след хакеров, взломавших мою систему, вел из этой приемной. Но я готов закрыть глаза на уголовное расследование и не уничтожать вашу репутацию на рынке. При одном условии.
— Каком? — в один голос выдохнули мачеха и Гризельда.
Престон снова повернулся ко мне. Его рука, сильная, с крупными мужскими пальцами, медленно поднялась и легла мне на талию, прямо поверх старого бежевого кардигана. Это прикосновение было настолько собственническим и горячим, что у меня внутри все перевернулось, а по телу прокатилась сладкая, знакомая волна дрожи.
— Синди увольняется из вашей компании. Прямо сейчас, — произнес он, и его пальцы властно прижали меня к его жесткому телу. — Она переходит в мой личный штат. На должность, которую я определю для неё сам. Все её личные вещи, документы и... её законная доля акций, оставшаяся от отца, будут переоформлены на её имя до конца сегодняшнего дня. Мои юристы уже занимаются этим. Если вы пикнете хоть слово или попытаетесь её задержать — завтра ваша компания будет признана банкротом, а вы окажетесь на скамье подсудимых за махинации с наследством. Вопросы есть?
Мачеха открыла было рот, её глаза горели ядовитой ненавистью, но, взглянув на каменные лица двух громил-безопасников за спиной Кинга, она поняла: игра проиграна. Абсолютно и безвозвратно. Она медленно, едва заметно кивнула, сжимая кулаки так, что побелели костяшки.
— Вот и отлично, — хищно улыбнулся Престон.
Он опустил взгляд на мою ногу, всё еще обутую в одну прозрачную шпильку. Вторая моя нога в старой балетке выглядела комично, но Кинга это, похоже, только забавляло. Он легко, одним плавным движением наклонился, подхватил меня под бедра и поднял на руки, словно я ничего не весила. Я инстинктивно вскрикнула и обхватила его крепкую шею руками, утыкаясь носом в воротник его белоснежной рубашки.
— Свои обноски можешь оставить здесь, детка, — негромко сказал он мне на ухо, направляясь к выходу из офиса. — Нам предстоит долгий разговор. И очень долгая примерка остального гардероба.
Из-за приоткрытой двери серверной на нас во все глаза смотрели Жак и Гас. Гас победно поднял вверх большой палец, а Жак подмигнул мне, беззвучно артикулируя губами: «Ты смогла, Золушка».
Мы вошли в лифт, и тяжелые зеркальные двери закрылись, отсекая нас от унылого мира корпоративного рабства и злой мачехи. Мы остались вдвоем в замкнутом пространстве кабины, стремительно падающей вниз, на подземную парковку.
Престон не стал ждать, пока лифт доедет до первого этажа. Он прижал меня спиной к зеркальной стене, не выпуская из рук, и его губы с голодным, накопившимся за утро нетерпением накрыли мои.
Этот поцелуй был еще более требовательным и горячим, чем ночью. Он целовал меня так, словно заявлял права на каждую клеточку моего тела, заставляя меня тихо стонать и сильнее вжиматься в его широкую грудь. Мой пучок окончательно развалился, и светлые волосы рассыпались по его плечам.
— Ты устроила мне адскую ночь, Синди, — хрипло выдохнул он, оторвавшись от моих губ и тяжело дыша мне в шею. Его ладонь уверенно скользнула под мой кардиган, обжигая голую кожу на талии. — Но теперь ты в моей юрисдикции. И поверь... из моего пентхауса ты сбежишь еще очень нескоро.
Лифт с тихим звоном остановился на подземной парковке, где нас уже ждал заведенный черный внедорожник. Наша настоящая, взрослая история только начиналась.