Золушка. Наши дни.

Глава 7. Примерка и разоблачение

Утро понедельника встретило меня удушающим запахом хлорки, дешевого офисного парфюма и липкого, первобытного страха.

Я сидела за своим столом в приемной, бездумно глядя в монитор, где рябила база данных входящих грузов «Тремейн Логистик». Мои пальцы, затянутые в простые трикотажные митенки, едва заметно дрожали, промахиваясь мимо клавиш. Мой верный бежевый кардиган сегодня казался мне единственной броней против всего мира, а волосы я затянула в настолько тугой пучок, что кожа на висках неприятно ныла.

— Синди! Кофе! Быстрее, я сейчас умру от этой мигрени! — донесся из глубины коридора визгливый голос Анастасии. Она выползла из своего кабинета, похожая на помятый пион, в своем вчерашнем розовом костюме, от которого до сих пор разило перегаром и дорогим шампанским.

— Уже несу, Анастасия, — тихо ответила я, поднимаясь со стула. Мои ноги в старых, потертых балетках казались свинцовыми. Каждое движение отзывалось тихой, тянущей сладостью внизу живота — напоминанием о том,

что

этот мужчина вытворял со мной на кожаном диване своего пентхауса меньше восьми часов назад.

Я как раз наливала кипяток в чашку, когда мой смартфон, спрятанный в кармане джинсов, коротко и яростно завибрировал. Сообщение от Жака из серверной:

«Синди, это код КРАСНЫЙ. Внизу, у главного входа, припарковались три черных бронированных внедорожника. Из них вышел Престон Кинг со своей службой безопасности. Они идут наверх. Наш прокси-сервер запеленговали, они знают, что цифровой след ведет в "Тремейн"».

Чашка едва не выскочила из моих рук, горячая вода плеснула на ладонь, но я даже не почувствовала боли. Сердце ухнуло куда-то в бездну.

— Он здесь... — одними губами прошептала я, чувствуя, как к горлу подступает ледяной ком паники.

В этот момент из своего кабинета величественно выплыла леди Тремейн. Безупречный серый костюм, холодный взгляд, ни одной лишней детали. Она посмотрела на Анастасию, затем на выползшую из соседней двери Гризельду, которая отчаянно пыталась замазать синяки под глазами толстым слоем тонального крема.

— Приведите себя в порядок, быстро! — приказала мачеха, и её голос прозвучал как удар бича. — Нам только что сообщили с ресепшена первого этажа. К нам поднимается лично Престон Кинг. Его холдинг сегодня должен был подписать с нами контракт на логистическое обслуживание, но он приехал лично, и с ним его безопасники.

— Престон?! Здесь?! — Гризельда едва не подавилась своей жвачкой. — О боже, он приехал искать ту воровку? Или... или он приехал за мной? Мама, может, он запомнил меня на рауте?

— Не мели чуши, — отрезала Элеонора Тремейн, но её глаза лихорадочно блеснули. Власть и деньги Кингов были её главной мечтой. — Синди, вернись за свой стол. И не смей высовываться.

Двери лифта в конце коридора открылись с тихим, зловещим звоном.

Время словно замедлилось. Из лифтового холла в оупенспейс уверенным, размашистым шагом вошел он. Престон Кинг. В темно-сером, безупречно сидящем костюме-тройке, белой рубашке и строгом галстуке. Он выглядел как абсолютный хозяин этого здания, этой компании и всей моей жизни. Его лицо было суровым, высеченным из камня, а темные глаза сканировали пространство вокруг с убийственной точностью.

За ним шли двое крепких мужчин в черных костюмах. Один из них нес в руках ту самую черную бархатную коробку. Мою туфлю. Мой смертный приговор с красной подошвой.

Мачеха тут же шагнула ему навстречу, натянув свою самую профессиональную и чарующую улыбку. — Господин Кинг! Какая честь для нашей компании. Мы ждали вашего вице-президента для подписания бумаг, но ваш личный визит...

— Леди Тремейн, — Престон оборвал её на полуслове. Его глубокий, бархатный баритон заставил меня внутренне сжаться за моей хлипкой стойкой ресепшена. Я опустила голову так низко, как только могла, делая вид, что лихорадочно печатаю что-то в клавиатуру. — Давайте опустим формальности. У меня мало времени. Произошел инцидент. Ночью из моего пентхауса была совершена кража. Конфиденциальные данные. Цифровой след хакеров привел к серверам вашего здания.

Мачеха побледнела. — Кража? Из нашего здания? Господин Кинг, уверяю вас, мои сотрудники...

— Мы проверим всех, — холодно перебил её Престон, и его взгляд медленно скользнул по Анастасии и Гризельде, которые стояли чуть поодаль, глупо улыбаясь и строя ему глазки. — У нас есть неопровержимая улика. Эксклюзивная вещь, принадлежащая преступнице. Марк, показывай.

Начальник охраны шагнул вперед и открыл коробку. На бархате, сверкая под люминесцентными лампами офиса, стояла убойная прозрачная шпилька от

Christian Louboutin

.

— Эта туфля была выпущена в ограниченном количестве, — Престон медленно прохаживался по приемной, и каждый стук его дорогих туфель отзывался ударом пульса в моих висках. Он подходил все ближе к моему столу. — И след покупки ведет к лицам, связанным с вашей фирмой. Я требую, чтобы каждая женщина в этом офисе примерила её. Прямо сейчас.

— Мама, это же мой размер! Я уверена! — вдруг громко прошептала Анастасия, выходя вперед. Её глаза горели алчностью. Стать той самой «женщиной Кинга», пусть даже через скандал с кражей — для неё это был шанс всей жизни. — Господин Кинг, я готова примерить! На рауте было так темно, возможно, мы просто... не поняли друг друга?

Престон брезгливо оглядел её розовый костюм и ядовитый макияж. На его губах промелькнула тень циничной усмешки. — Прошу вас, мисс. Примеряйте.

Анастасия практически подлетела к креслу, содрала свой уродливый туфель и попыталась втиснуть свою массивную, отекшую после ночного алкоголя стопу в изящный прозрачный пластик. В ход пошло всё: она кряхтела, втягивала пальцы, её лицо покраснело от усердия, но туфля даже наполовину не налезла на её широкую ногу. Plastic Louboutin не растягивался.

— Черт... То есть, она просто немного сжалась от дождя! — пропыхтела Анастасия, едва не плача от досады.

— Моя очередь! — оттолкнула её Гризельда. Она заранее наклеила на пятки кучу утягивающих пластырей и обильно смазала ногу кремом для рук, который схватила с моего стола. Она попыталась протиснуть ногу внутрь, но её длинные пальцы с неоновым маникюром уперлись в узкий носок шпильки. Туфля застряла на полпути, угрожающе затрещав.

— Достаточно, — ледяным тоном оборвал этот балаган Престон. Он выглядел разочарованным и злым. Его взгляд снова стал жестким. — Леди Тремейн, это все женщины в вашей приемной?