Страница 41 из 102
И Алена вернулась к себе (уже) в спальню. Довязать косыночку, чтобы потом сбежать из этого оглушающе пустого роскошного замка. Девушка сняла с себя все украшения, снова покидав их в ящик. Стала работать.
Чуть позже, вспомнив про обед, спустилась вниз. Все еще надеясь не столкнуться с хозяином замка.
Ее надежды оправдались. Обедала она также единолично, в присутствии служанки.
— А что же Грег Зендо так и не вернулся? — учтиво спросила она у прислуги.
— Нет. Ох… Вы же не знаете? — проговорила в ответ служанка.
По стечению обстоятельств сегодня за обедом прислуживала та самая «болтливая» служаночка, что рассказывала ей больше всего об обитателях замка.
— А что же я должна знать? — поинтересовалась Алена.
И Керри выдала ей последнюю порцию сплетен.
Оказывается, ночью на замок было нападение тварей (ну, или другое магическое воздействие). Какой-то недруг Зендо натравил их. Но им не удалось пробить защиту. Вот поэтому их перенаправили на Грегори. Мальчик пострадал. Сейчас его выхаживают столичные лекари. Благо старший из рода быстро смекнул что к чему и успел защитить племянника.
Хотя, некоторые заверяют, что ночью в замок «ломился» Грегори, но его не впустили. А твари итак на него охотились. Говорят даже, к нему прицепилась хитрая фестихия, и это она была с ним в ресторане. Хотя странно только то, что она смогла пробить защиту ресторана. Видимо сильная, да разумная была.
Но факт остается фактом, Грегори сейчас в столице — лечится, восстанавливается от нападения. А дядя его спас. А что, как и почему — точно не известно. Вот и нет хозяев дома поэтому-то.
— И что же, Грегори сильно пострадал? — испуганно проговорила Алена.
— Ну его хорошо приложило, раз в столице… Но он молод, выкарабкается, — надеждой пробормотала служанка.
— Ужас… — только и пролепетала в ответ девушка.
— Да, уж… ужас. Хорошо хоть хозяин подоспел вовремя.
— Хорошо, — задумчиво повторила Аля, кое-как проглотив кусок жаркого, который вдруг стал таким сухим и безвкусным.
Отчего-то есть сразу расхотелось.
Новости о Грегори сжали в тиски ее сердце. А выводы, что сделал ее мозг, разом заставили плюхнуться в пятки ее сердечный мотор. Грегори не защитит его от поползновений его дядя. Он просто физически (да и магически) не сможет сделать это.
Алена решилась. Надо бежать. И как можно беспечнее постаралась перевести рельсы разговора в другую сторону.
— Как жалко, что Грегори не будет в замке. Без него он так пуст. Огромный, словно лабиринт какой…Признаться честно, я даже немного путаюсь в расположении комнат. Даже выход из замка, порой, найти не могу.
— И не говорите, я тоже месяц здесь осваивалась. Где хозяйские спальни, где гостевые, мастерская, кабинеты, гостиные… 3 входа-выхода для прислуги, два парадных входа.
— Два? — искренне удивилась Алена, — не знала. А где они располагаются?
— Ну парадные — по центру получаются, друг напротив друга, если представить схему замка, а для слуг — соответственно, по бокам, плюс отдельный вход в конюшню, присоединенную к замку, — проговорила Керри и невольно снабдив жестами свой рассказ, указывая места расположения выходов.
— Так что теперь не ошибетесь, спускайтесь с самой роскошной лестнице вниз и выбирайте любое направление. И далее по прямой. Все равно упретесь в выход. Только, главное, никуда не сворачивайте. Это на первый взгляд, расположение комнат, кажется сложным, а на самом деле, — все логично и просто. Через пару дней освоитесь, будете порхать по замку.
«Это уж вряд ли» — подумала Алена, ласково улыбаясь болтушке Керри, — «Сейчас доделаю косынку и все…».
***
Когда я закончила свою подготовку к побегу, день уже склонился к вечеру. Напялив на свои волосы украшения и снова сделав из себя некое подобие новогодней елки, я повязала голову косынкой. Если не приглядываться, то совсем незаметно, что там поблескивают золото и каменья.
Что же, пора. Решительно я спустилась с роскошной лестницы. Так, что там говорила служанка? Любое направление, главное потом прямо и не сворачивать. Спустилась, свернула направо и бодро зашагала.
Иду я такая, иду. И понимаю, что неимоверно хочу свернуть. Вот чудиться, что впереди стена, а рядом сбоку дверь. И надо бы повернуть. Но я упорно шагаю и… стена растворяется перед моим носом.
Что за…
Иду дальше. Прямо, упорно, прямо. Вот же выход. Даже двери чуть приоткрыты. Вижу, что они не заперты.
Осчастливленная пытаюсь бежать. Но ноги, будто ватные, не слушаются.
С трудом подхожу. И чуть ли не чертыхаясь пытаюсь отодвинуть такие тонкие, створки. Не получается. Но! Они не могут быть такими тяжелыми?! До меня туго доходит, что что-то здесь не то.
Ну вот же он! Путь к свободе! За дверьми вход в конюшню. Я вижу ее сквозь приоткрытую щелочку.
Снова собираю волю в кулак. Передвигаю створки. Хотя бы сделать эту щелочку побольше, чтобы я могла протиснуться. Ну вот. У меня получается сделать это. Щель становится шире, достаточной для того, чтобы в нее могла протиснуться худенькая девчушка. Как же хорошо, что я обладаю миниатюрными габаритами.
Дышу через раз, протискиваясь, заступаю.
До меня долетает характерный запах, слышу ржание. И едва я ступаю за порог, едва кончик моего носочка касается земли, я чувствую, как заваливаюсь вперед.
Сворки благополучно распахиваются под моей тяжестью, а я едва не падаю носом вниз. Будто что-то удерживающее грузик в рогатке, натянуло резинку до предела, и наконец-то вышвырнула меня (снаряд) наружу. В последний момент умудрилась каким-то чудом сгруппироваться и не упасть.
Лошади почувствовали присутствие постороннего, заржали. А я счастливая. Мое лицо горит, и я невольно приложила руки к щекам. Вот она моя свобода. Еще чуть-чуть и…
— Кто здесь? — вдруг меня настигает звучный мужской голос.
«Кто, кто, дед Пихто» — мелькнуло у меня в голове, а «шестеренки» со страху никак не хотели выдавать разумный ответ, и я проблеяла слабенькое — «Я…», а после решилась добавить:
— … девушка Грегори. Он хотел покатать меня на ашканах, а сам сбежал. А посмотреть на крылатых ой как хочеться.
Возничий, мужчина в возрасте, вышел на звук моего блеяния.
Я испуганно моргаю, думаю, вот сейчас он меня… обматерит, как гаркнет что-нибудь нелицеприятное.
— А… Вы здесь… — буднично прошептал (Серж) этот человек.