Страница 8 из 142
Он не видит стрелков и арбалетчиков – это его беспокоит. Значит, они переправились с другой колонной у дальнего брода и двигаются сейчас к его лагерю по дороге с востока.
Пруфф неожиданно для него вдруг смеется и говорит:
— Кавалеры перед атакой собираются в плотный строй. – И добавляет, оборачиваясь к Максимилиану: – Лучше нет цели для крупной картечи. В них не промахнешься.
А пехота врага уже приближается к берегу.
— Может, пора заряжать пушку? – спрашивает Волков.
— Я уже думаю о том, просто никак не решу чем.
Волков смотрит на него, не понимая, и артиллерист поясняет:
— Двести шагов.. Думаю, какую картечь класть.
Старый арбалетчик Волков был приятно удивлен, насколько старый артиллерист Пруфф верно угадал расстояние. Да, кавалер и сам посчитал, что до спуска к реке двести шагов. Ни один болт туда не долетит. Он щурится, приглядываясь, и говорит, продолжая разглядывать пехоту противника:
— Мелкую кладите, у мужичья ноги не защищены, лат на ногах почти нет, им и мелкой довольно будет.
— Да, это так, – еще сомневается Пруфф, – но уж больно у мелкой разлет большой, и силу она быстро теряет.
Волков не хочет лезть с советами к нему, Пруфф всю жизнь стреляет, он лучше знает.
— Двести шагов.. Ладно, попробуем мелкую, – наконец заключает капитан артиллеристов, – посмотрим, как пойдет. Фейерверкер!
— Тут, господин, – откликается один из артиллеристов.
— В полукартауну порцию мелкой картечи. Дистанция – двести шагов.
— Да, господин! – И тут же отдает команду: – Полтора совка пороха, пыж, картечь мелкая – заряжай, запал ставь!
— Стойте, – останавливает его Пруфф.
— Да, господин.
— Два совка пороха, – говорит капитан артиллерии. – Толкнем картечь посильнее.
— Два совка пороха, пыж, картечь мелкая – заряжай, запал ставь!
— Кулеврины как обычно, – продолжает командовать Пруфф.
— Кулеврины, полсовка пороха, пыж, ядро – заряжай, запал ставь! – тут же отзывается фейерверкер.
Волков даже любуется этими ловкими солдатами. Как быстро и четко делают все артиллеристы, каждый знает свою работу: кто несет порох, кто отмеривает картечь, кто подает пыж. Ни суеты, ни мельтешения какого, любо-дорого смотреть на них, еще бы стреляли так же метко.
— Дальность – двести, – продолжает Пруфф, – целься.
— Дальность – двести шагов! – перекрикивает его команду старший артиллерист.
— Готов, – наконец отвечает канонир у первой кулеврины.
— Готов! – тут же кричит канонир второй.
С полукартауной возиться дольше всего, но и она уже готова к выстрелу.
— Готов! – кричит канонир у главной пушки.
Волков ждет, когда же будет отдана команда стрелять. Как хорошо сейчас враг сгрудился, начинает спуск, но в воду никто не заходит. Солдаты стоят на песке кучей – прекрасная цель. Приказа, что ли, ждут? Но Пруфф не дает приказа стрелять, идет к полукартауне, сам склоняется к стволу, проверяет прицел. И, видно, только после этого, согласившись с тем, что прицелились хорошо, подходит к Волкову.
— Думаю, что наш гостинец мужичью будет не по душе, разрешите, господин полковник, стрелять?
— Да уж начинайте, – отвечает кавалер, боясь, что враг начнет переправу.
— Полукартауна, пали! – кричит капитан.
— Полукартауна, огонь! – тут же отзывается фейерверкер.
Канонир подносит к запальному отверстию сложенный вчетверо и крепко скрученный тлеющий фитиль на палке. Запал тут же вспыхивает..
Бах-х-х..