Страница 42 из 94
Глава 27
Мой муж — совершенно не тот человек, каким я его считала. Начала понимать это вскоре после свадьбы, когда стали появляться первые тревожные звоночки.
Тогда решила, что Теплов просто очень занятой, у него много забот с бизнесом, а я слишком навязчива. Букетно-конфетный период не может длиться вечно, правда же? Но чем дольше мы были женаты, тем более одинокой я чувствовала себя в нашем браке.
Черты его характера, которых незаметно было поначалу, стали проявляться более отчётливо. Высокомерие, заносчивость, холодность по отношению ко мне. А потом и неприкрытая агрессия. Всё очевиднее становилась пропасть между нами. В его семье я стала ощущать себя бедной приживалкой, которую не выгоняют из жалости.
И всё равно мне сейчас сложно поверить в то, что Олег мог поступить со мной так гнусно. В голове не укладывается, что вот так просто можно разрушить жизнь другого человека, который ничего дурного тебе в общем-то не сделал.
Ради чего всё это?
В угоду его маниакальной потребности казаться лучше других? Чтобы задобрить властного отца и не упустить наследство?
Муж буквально принёс меня в жертву своим амбициям. Хотел тихую, послушную жену и ребёнка, которого не мог зачать, — и получил.
Как же он бесился, когда узнал о своём бесплодии! Вспоминать страшно. Ещё тогда мне нужно было бежать от него сломя голову. Но я и предположить не могла, какие демоны сидят у Олега в голове. Думала, такая вот у нас любовь. Мы справимся с кризисом и будем жить долго и счастливо.
Милена — дура. Дура, дура, дура.
Каких усилий мне стоило несколько дней делать вид, что ни о чём не подозреваю!
Едва сдерживалась, чтобы не броситься на мужа с кулаками, такая ненависть кипела у меня внутри.
Олегу доложили о том, что приезжала Машка. Я с трудом убедила его, что не сомневаюсь в его версии событий. Что его измены были плодом моего больного воображения. Я сама в это верила и Машку убедила.
Удивительно, но он купился. Настолько недалёкой меня, видимо, считает. Что нам с дочкой очень на руку.
Я планомерно убеждала его день за днём, что влюблена как кошка. Что он для меня — лучик света в тёмном царстве безумия и ложных воспоминаний. Что только ему я безоговорочно верю и готова исполнять все его прихоти.
А он был так уверен в своём превосходстве надо мной, что и не усомнился. Я чувствовала, что муж мной доволен. И испугалась, что переборщила. Потому что однажды вечером он не уехал в квартиру, как обычно, а решил остаться с нами в доме…
— Вам лучше не встречаться, Мил. — Он обнял меня и потянул на диван, усадил к себе на колени. — Ты слишком взвинченная. От ваших разговоров только больше путаницы в твоей голове.
— Не волнуйся, пожалуйста. Машка — деликатный человек, она не лезет мне в душу. Мы болтаем о всякой ерунде. Я бы хотела чаще с ней видеться.
— Ну ладно, — снисходительно разрешил муж. — Если что-то вспомнишь, сразу говори мне, хорошо?
— Как скажешь! — Я с благодарностью и обожанием заглянула ему в глаза и, пересилив себя, чмокнула в щёку.
Олег вдруг обхватил мой подбородок и впился в губы поцелуем.
Меня едва не вывернуло. Но я собрала волю в кулак и прижалась к нему в ответ.
Он уступил мне, ослабил ошейник и сделал поводок чуть длиннее, разрешив встречи с подругами. Я должна закрепить достигнутый результат. Прикидываться до тех пор, пока не найду способ обезопасить себя и своего ребёнка. Пока у меня на руках не будет документа о том, что я психически здорова.
Как с ним спать после всего, что узнала, представления не имею.
В тот вечер я смогла его выпроводить, наврав про месячные. И он спокойно уехал. К своей подружке, наверное. Фу.
Когда спустя примерно неделю Теплов сообщил, что отправляется по делам в другой город, я просияла. Но виду, конечно, не подала.
Стоило мужу ступить за порог, ко мне примчалась Машка.
— Слушай! — воодушевлённо начинает подруга, когда мы садимся пить чай на террасе. — Ты Дяевых, наверное, не помнишь?
— Нет. Кто это?
Пока я режу тортик, Маня с упоением нянчится с Никой. У неё, конечно, есть свой детский стул, но на руках у весёлой тёти доче нравится куда больше.
— Нина Николаевна и Пётр Алексеевич, фермеры. Ты у них в Рождество рожала. Мы в больнице познакомились ещё зимой. Они так переживали за тебя. С тех пор созваниваемся периодически.
— Ух ты. Нужно поехать познакомиться ещё раз и отблагодарить.
— Угу. Они счастливы, что ты очнулась. Очень хотят вас с Никой повидать.
— Да я хоть сейчас!
— Собирайтесь, и поедем.
— Что, так сразу?
— Звони своему кобелю и отпрашивайся. Тебе новые впечатления на пользу пойдут.
— Пока мужа нет в городе, мне нужно найти адвоката и врача, обследование пройти… Тут не до впечатлений.
— Я побуду там с Никой, а ты можешь заняться делами. Всё проще, чем на виду у свёкров.
— Это точно.
Удивительно, но Олег возражать не стал. Порасспрашивал для порядка и дал своё царское согласие.
Поздним вечером, закинув вещи и коляску в багажник, мы отправляемся в гости.
По пути Никуля уснула, и я перебралась с заднего на переднее пассажирское кресло. Как раз время приёма таблеток, чуть не пропустила.
— Что это? — с подозрением спрашивает Машка, косясь на упаковку.
— Лекарство с мягким успокаивающим эффектом. Нормализует сон, уже вторую неделю пью.
— Ты откуда его взяла?! Оно ж, наверное, рецептурное?
— Выписал мозгоправ, который меня лечит.
— Мы же выяснили, что тебя не от чего лечить и этот психолог, скорее всего, оплаченный Тепловым шарлатан.
— Я потом его ещё в двух аптеках фармацевтам показывала. Оба подтвердили, что в рекомендованной дозировке абсолютно безопасно. Да и на сон благотворно влияет, я нормально спать начала.
— А без них никак? — Маня качает головой. — После того, что с тобой случилось, любой бы спать перестал. Мне кажется, тебе не лекарство нужно. А поскорее разобраться с тем, что происходит в жизни. Избавиться от Олега и защитить дочь. Тогда и покой настанет.
Я достаю таблетку из банки и отправляю в рот, запиваю водой.
— Может, и так. Но Нике нужна не сонная тетеря, а вменяемая мать прямо сейчас. Высыпаясь, я стала лучше соображать.
Машка демонстративно закатывает глаза и шумно выдыхает.