Страница 104 из 164
Позади раздавались крики, Иван Ярославович отчитывал сына за необдуманный поступок. Благодарить меня за спасение сына‑идиота никто не собирался, но я от них этого особо и не ждал.
Фёдор Алексеевич и Екатерина Васильевна остались с Куракиными, а их дети дружной компанией повели меня к лекарю. Странно, что его не пригласили на этот поединок, видимо никто не ожидал серьёзных травм.
– А ты молодец, Миша! – воскликнул где‑то позади меня Константин. – Здорово ты его поджарил, его же огнём!
– Да это случайно получилось, – усмехнулся я.
– Зато результативно, – добавил Дмитрий.
Мы шли по коридорам единой командой. Костя с Димой вспоминали, как я приставил обрубок клинка к горлу Савелия, как вспыхнула его кираса. Софья чуть отстала и обернувшись к ней, я увидел, как она смахнула слезу, но на лице при этом была довольная улыбка. Я подмигнул девушке и потопал дальше.
* * *
До обеда оставалось не более четверти часа. Я стоял у окна и смотрел вдаль на зелёный простор. Внизу жил своей жизнью Солнцеград, сновали повозки и разношёрстная толпа, люди порой кричали, махали руками, толкались, а за пределами городской черты раскинулась безмятежная благодать.
Ранки на ладонях уже зажили практически бесследно, местная медицина творит чудеса, теперь лишь слегка почёсывались. В напоминание остались лишь едва различимые розовые пятна.
Входная дверь позади тихонько скрипнула и в комнату просочилась София.
– Нам пора, ваше сиятельство, – как‑то по‑особенному сказала девушка, с более выраженным уважением что ли. – Давайте я помогу вам жабо завязать.
– Да я уже и сам справился, – ответил я, поворачиваясь к ней.
– Неплохо, – сказала девушка, придирчиво поправив пару складок. – Идёмте.
Мы вышли из покоев и направились по коридору к ведущей наверх лестнице. Девушка всё это время молчала и о чём‑то напряжённо думала, сдвинув брови.
– Как там у нас обстановка? – спросил я у неё, жуть как захотелось поговорить. – И что там с Савелием?
– Скоро сами всё узнаете, – Сказала София и неожиданно улыбнулась. – Не буду лезть наперёд.
– Ну хорошо, – кивнул я и горестно вздохнул. – Пусть будет сюрприз.
Всё же очень интересно, чем всё закончилось и кто какие сделал выводы, исходя из произошедшего инцидента. Не расценят ли Куракины мои действия, как новую провокацию? С них станется. И абсолютно неважно, что это их сын нарушил правила обговорённого поединка, швырнув в меня пламенем, от которого я его самого в итоге спасал.
Тем временем мы подошли к обеденному залу. Слуга в повседневной (а не в праздничной) ливрее открыл передо мной дверь, я сделал шаг вперёд и на мгновение замер на пороге. За столом сидели пока только три сына и дочь Пожарских, причём на своих местах, для Куракиных даже не накрывали.
– А куда подевались эти прекрасные люди? – спросил я, подходя к своему стулу.
– Сбежали, как крысы, – нараспев произнёс Константин и злобно захихикал.
– Костя! – бросила ему с упрёком Софья.
– Ну а что, не так? – возмутился было Константин.
– Не надо так говорить про наших соседей, – пояснила девушка свою позицию. – Да, они не очень приятные люди, но они наши соседи, и мы с ними не воюем.
– Очень не… – буркнул Дмитрий с ухмылкой, но княжна его поправку проигнорировала.
Развиться теме помешало появление Фёдора Алексеевича и Екатерины Васильевны. С невозмутимыми лицами они, не обронив ни слова, прошли к своим местам и всё так же молча уселись, но за едой никто из них пока не тянулся.
– Михаил, – начал первым князь и сделал паузу, чтобы прокашляться. – Даже не предполагал, что это случится так быстро, но я искренне хочу сказать тебе спасибо за то, что умело постоял за себя и за род Пожарских. Куракины из‑за случившегося спешно уехали домой, пока всё не переросло в настоящую драку, которой они на самом деле не хотят.
– То есть ты хочешь сказать, что то, что произошло сегодня на манеже не было дракой? – с иронией в голосе спросила мужа Екатерина Васильевна.
– Дорогая, видела ли ты когда‑нибудь настоящую дуэль на деревянных мечах? – с некоторым раздражением спросил супругу Фёдор Алексеевич.
– Но дело дошло до боевой магии, дорогой, – тоном недовольной снежной королевы произнесла княгиня. – Это уже ни в какие рамки не лезет. Савелий решил убить Михаила? У Куракиных совсем уже разума не осталось? Или они объявили нам войну?
– Ты слышала что‑нибудь об объявлении войны? – в той же ноте спросил князь. – Иван Ярославович был крайне недоволен поведением сына, и он не скрывал этого. Именно его недовольство и послужило столь быстрому отъезду, ты же знаешь.
– Знаю, – неохотно ответила Екатерина Васильевна. – Но он даже не поинтересовался, что там с Михаилом. Кстати, Миша, как твои руки?
С ума сойти, «Миша», прямо повеяло материнским теплом сквозь годы и межзвёздное пространство.
– Благодаря стараниям вашего лекаря, уже хорошо, – сказал я и продемонстрировал ладони. – Было несколько мелких ожогов.
– А на груди? – продолжила опрос княгиня. – У тебя же загорелась рубашка.
– Всё в порядке, – ответил я, молясь про себя, чтобы закончился сбор анамнеза. – У меня всё хорошо.
– Однако, ты поразил меня своим умением, когда фехтовал, – уже более спокойным тоном добавил Фёдор Алексеевич. – Я был впечатлён. Хоть и было видно, что Савелий намного сильнее, но ты не пропустил почти ни одного удара. И ты повёл себя, как настоящий княжич, истинный аристократ, когда бросился тушить пламя на кирасе Савелия.
– Он‑то не пострадал? – решил я уточнить.
– Совсем немного, лекарь его подлечил, – задумчиво кивнул князь. – Надеюсь, они к нам теперь долго не сунутся. Вопросов у них по поводу родственных связей теперь не осталось, даже не удосужились проверить твой предел. Так что можешь спокойно заниматься и готовиться к поступлению в академию.
– Отлично, – сказал я и начал накладывать себе мясо в тарелку, уж очень хотелось есть после всего пережитого.
– Не уверена, что Куракины на этом успокоятся, – тихо сказала княгиня, словно обращаясь к самой себе.