Страница 82 из 118
А увидел он там.. Ещё въезжая на постоялый двор, заметил дорогую карету. Не слишком большую, но отличную, и с парой очень хороших лошадей. Волков сразу обратил внимание на экипаж. А едва генерал выбрался из своей кареты, так к нему немедля подбежал Леманн:
— Сеньор, вас дожидается госпожа, она назвалась Агнес Фолькоф.
В столовой было людно — обед же. Всюду бегают лакеи, важные постояльцы обедают. Суета. Но за одним большим столом сидела в одиночестве очень привлекательная дева. Великолепно одетая, на ней было изящное платье синего шёлка, весь лиф которого был расшит серебром до самого горла, на голове белоснежная заколка из кружева, на руках, даже в такую жару, перчатки. Перед нею стоял полупустой стакан с вином. Дева была, без всякого сомнения, из фамилии благородной, и то, что она сейчас находилась в подобном заведении без сопровождающего, ровным счетом ничего не значило. Едва Волков появился в обеденной зале, Агнес встала, и приподняв подол платья поспешила к нему, и перед ним присела в книксене, и сама взяв его руку, поцеловала её, генерал поднял деву и троекратно, под взглядами многих обедающих, облобызал в обе щёки в лоб.
— Я вернулась домой, а слуги говорят, что вы были, — сразу заговорила она, пока Волков вёл её обратно к столу. — Пока мылась, пока переодевалась, пока ехала к графине.. Так не успела, графиня сказала, что вы уже уехали. А я и не знала где вас искать. Пришлось ждать, а сегодня снова заехала к Брунхильде, а там ваш человек уже был. И вот я здесь.
Волков же зовёт к себе лакея, чтобы заказать себе и своим людям обед, а сам и говорит ей:
— Был в приёмной. Меня какой-то святоша до архиепископа так и не допустил.
— И хорошо, — вдруг заявляет Агнес. — Вместе пойдём, сегодня, ближе к вечеру, когда у него омовение. Без всяких посторонних он будет. Я вас проведу. И поговорите с ним.
«Неужто проведёт? Вот так вот запросто? И не в приёмные часы, а в личное его время, в личные покои? Кто же она теперь такая?»
Фон Готт, Кляйбер и Леманн уселись на другой края стола, чтобы не мешать генералу и «племяннице» беседовать.
— Как у вас тут дела? Как дела у тебя? — начал он.
— У меня, всё слава Богу, — отвечает Агнес.
«У неё всё "слава Богу!" Действительно, хороша. — Волков глядит на неё и всё ещё никак не может поверить, что сидящая с ним рядом полнокровная молодая женщина, с ярким губами, с красивыми плечами и румянцем на щеках, эта та самая, серая от недоедания, костлявая и косоглазая девочка, которую он подобрал в загаженной таверне где-то в жутком, болотистом захолустье. Генерал в который раз видит её и в который раз удивляется: — Груди вон какие себе отрастила. Рука мужеская так сама и тянется — потрогать.. Неужели это она?»
— В монастырь какой-то на богомолье ездишь?
— Езжу, господин.. Каждую неделю. Настоятельница, мать Изабелла, ко мне благоволит.
Это генерала удивляет, ему, помнится, что девице было нехорошо в храмах, или он путает что-то..
— И в церковь ходишь?
— А как же, — она, судя по всему, даже удивлена его вопросом. — На воскресные службы, сижу в первом ряду. Причащаюсь каждую неделю.
— А с деньгами у тебя как?
— С деньгами? — она отмахивается с небрежностью. — А.. Всё одно их не бывает сколько хочется. Но вот думаю у вас дом ваш откупить. — И так как генерал тут посмотрел на неё с удивлением, она и продолжает: — А что? Тот домишко для вас уже мал. Вы его купили, когда простым рыцарем были, а сейчас вы всем известный генерал, у вас одних оруженосцев, не считая слуг, — она кивает в конец стола, — вон сколько, а если с женой и сыновьями приехать решите? Где из всех поместите? А я дам вам хорошую цену. И вы себе новый дом купите или построите. А я вам в том помогу.
Волков глядит на красивую молодую женщину, и думает о том, что раз так у неё всё просто, то и сама бы могла себе построить дом. Но почему-то хочет помогать ему..
«Видно из моего домишки, что до рези в глазах провонял кошачьей мочой, съезжать она не желает!»
Тут им стали подавать закуски: сельдь потрошёную, солёную с луком, другую солёную рыбу, варёные яйца, хлеба́. Оруженосцы его сразу принялись за еду, а вот генерал не торопился, бросил себе на тарелку целую сельдь, но не ел её, лишь отпил пива. Агнес же не притронулась к еде совсем. Да и вина из своего стакана не пила. Этот его дом.. Странное дело, но почему-то теперь, после вчерашнего посещения.. Волков попросту им брезговал. Словно дом тот неимоверно загажен и зловонен, и отмывать его.. Да легче сжечь и построить новый. Но кто, кто же его дом так загадил? Неужто эта красивая, темноволосая женщина, что сидит рядом с ним и к груди которой хочется прикоснуться? Генерал смотрит на неё и не понимает: неужели она?
⠀⠀