Страница 45 из 125
Эпизод 4. Глава 4
Они молча преодолели секретные коридоры и вскоре оказались в кабинете Руководителя Департамента.
— Констанция все прочитала, а у меня есть разговор, — сообщил Артур первым делом.
Илья в очень раздражающей царской манере взмахнул рукой, мол, она могла быть свободна.
— Пока к тебе поручений нет, — добавил он.
— Я хочу присутствовать при разговоре, меня это тоже касается, — возразила Констанция.
На это Илья вопросительно взглянул на Артура, как бы уточняя, действительно ли она имела к этому отношение.
— Нет, вас не касается, — сказал ей Кинг. — Речь не о Калиостро, а о Нелидове, — пояснил он уже для обоих.
— Но вы же сами втянули меня в эту историю, когда сказали ему, что у вас с Ильей конфликт из-за женщины.
— Я не назвал ваше имя. Я мог говорить о ком угодно.
Она уперла руки в бока и с вызовом спросила:
— И о ком же?
Его взгляд несколько растерянно прошелся по интерьеру, вернулся к ее лицу:
— That’s not the point. Ему неважно, кто. Теоретически, это может быть кто угодно.
— Ну и кто же это теоретически?
Кинг несколько мгновений смотрел на нее, затем на Илью. Сдался.
— Ты был прав, Нелидов хочет закопать тебя, — сообщил Артур. — Я дал понять, что готов сотрудничать.
— Он не такой дурак, — покачал головой Илья, проходя к кофеварке, где начал делать себе напиток.
Артур пересказал состоявшийся в его кабинете разговор, не забыв добавить, что Констанция все это время сидела под столом — в этот момент Илья бросил на нее ироничный взгляд.
Она неторопливо прошлась по кабинету и села на диван.
— Он как голодный пес ждет, когда со стола упадет кусок ветчины, — проговорил Илья, продолжая возиться с кофемашиной. — Но пока не является большой проблемой.
— Он же дал вам две недели, — заметила Констанция.
— Получил немного власти и возомнил себя царем и богом. Быстро пройдет после первого же поручения от Анатолиев.
— Что ж ты ему не сказал это, когда он вас размазывал на собрании?
Илья в несколько шагов преодолел расстояние между ними и с громким стуком поставил на журнальный столик два кофе: один, с молоком, себе, один, черный, очевидно, для Констанции.
— Я, в отличие от тебя, не лезу в пекло при первой возможности. И не провоцирую всех по поводу и без. И особенно стараюсь не наступать в такие субстанции, как Нелидов.
— То есть, вам не нужно поймать Калиостро за две недели?
Вопрос прозвучал с явным вызовом, и Илья указал на нее пальцем:
— Вот об этом я и говорю. Ты считаешь, что свое отношение нужно демонстрировать сразу. Если не напрямую, то какой-нибудь мелкой издевкой…
— Это неправда…
Он одарил ее очень многозначительным взглядом.
— Я спросила серьезно: дело Калиостро срочное или нет?
Вранье, конечно, она подначивала его, но теперь решила сделать вид, что лишь вела профессиональный диалог.
— Естественно, почему ты вообще спрашиваешь? Книги — их дом, реальность — их тень. Что касается срока, который дал Нелидов: у него нет власти ставить мне такие условия. Он может попробовать, но быстро прикусит хвост. Больше того, я настаиваю на том, чтобы мы не выполняли его указание…
Констанция фыркнула: и этот человек осуждает демонстративное проявление неуважения?
— Но он постарается, чтобы на дело обратили внимание наверху, а этого нам не нужно. Поэтому затягивать с решением проблемы нельзя.
— Другими словами…
— Другими словами, работайте. Маловероятно, что вы действительно уложитесь в две недели, поэтому вас не должно волновать ничего, кроме того, чтобы закрыть эту охоту как можно скорее.
Все это звучало как-то слишком сложно: ей были совершенно неинтересны эти подковерные игры. Сделав глоток кофе, Констанция поинтересовалась, был ли уже разработан план.
— Сейчас коллеги выясняют новую личность Калиостро, — ответил ей Артур. — Они ищут всех, кто зарабатывает или возможно зарабатывает деньги мошенническим способом в интернете. Мы ожидаем результат в ближайшие дни. Здесь подключитесь вы.
— Надо было держать мое участие в тайне, — задумчиво заметила Констанция. — Если Калиостро каким-то образом удается узнавать о действиях Библиотеки, он узнает и обо мне.
— К сожалению, это невозможно, — покачал головой Илья. — Я не имею права допускать сотрудника Отдела по работе с читателями к материалам Основного Фонда без разрешения руководства и без соответствующих бумаг и поручений. Если бы всплыла такая операция, никого не волновало бы успешное ее завершение.
— Но мы держим в уме то, что кто-то может передавать информацию, — сказал Артур. — Поэтому предпримем меры.
— Хорошо, тогда сейчас…
— Сейчас продолжай заниматься обычными делами, — велел Илья и, забрав с собой свой кофе, сел за письменный стол. — Как только придет время, я сообщу. Это может случиться в любой момент.
Вот так погрузили ее в увлекательнейшее дело — и вытурили. Сообщит он… она могла бы быть полезна уже сейчас. Но, конечно, не стоило раздражать Илью лишними требованиями и плохим поведением. Передумает еще.
Тем более, у нее у самой было дельце: найти Валеру и выкрутить ему ухо. Констанция не смогла бы нанести серьезных увечий, но все же причинить хотя бы какую-то боль хотела. Вопрос был лишь в том, стоило ли сделать это на глазах у других или тайно, чтобы избежать неприятностей?
— Минулов временно отстранен от работы, он не в Библиотеке, — заметил вдруг Илья, отчего Констанция вздрогнула.
Разве она сказала о Валере хоть слово вслух?
Артур засмеялся, а затем пояснил:
— У вас было такое злодейское лицо. Нетрудно было догадаться, о чем вы думали.
Зазвонил сотовый Констанции. Это была Мила, не дождавшись ответа, она скинула, но тут же прислала сообщение: «ты где???»
— Ладно, — кивнула Констанция, вставая, — мне еще ловец надо сдать.
Она вышла в коридор и, прикрыв за собой дверь, внимательно посмотрела на секретаря. Та подняла голову, и во взгляде выразительных глаз мелькнуло злорадство.
Лена окинула Констанцию взглядом с ног до головы, а затем, так ничего и не сказав, ехидно улыбнулась.
Как ни странно, именно ее реакция на видео волновала мало. Ни желчная радость Леночки, ни ее ехидство не трогали Констанцию. Она больше переживала об остальных книжниках. И даже не о ком-то в частности, а о таком общем коллективном разуме.
— Что такое? — участливо спросила Констанция у Лены. — Что тебя так обрадовало? Соскучилась по мне? Неужели я пробыла у Ильи так долго?