Тень на странице

Стоило признать, что план вызвать у Ильи чувство вины и как-то этим воспользоваться был провальным с самого начала. Констанция вернула себе прежнее, мрачное выражение лица, выдохнула “ладно” и вознамерилась покинуть кабинет. Но она была вынуждена замереть, когда Илья нетипично мягко погладил ее локоть и спросил:

— Как ты вообще?

Констанция чуть прищурилась. Она могла не слишком успешно изображать травмированную жестоким обращением сотрудницу, но и Илье стоило еще поработать над образом заботливого начальника.

— Илья… — проговорила она с чем-то вроде предупреждения в голосе, — когда ты используешь этот нежный, заботливый тон, я точно знаю, что что-то нечисто.

Он спрятал руки в карманы и скривил губы.

— Объясни свои постоянные подозрения. Когда мы были вместе, я был нежным и заботливым. Ты знаешь, что я могу таким быть. Да, здесь мы на работе, и я не собираюсь сюсюкаться. Но не надо так себя вести, как будто я никогда не был с тобой мягок.

Констанция решила не говорить ему, что и тогда такое его поведение казалось ей странной игрой. Будто он действовал не под влиянием чувств, а просто считал, что именно так должен вести себя влюбленный мужчина. Чисто технически исполнял номера, которые видел когда-то в кино. С мягким Ильей Констанции казалось, что она в психушке.

— Давай ты просто скажешь, чего хочешь? — предложила она достаточно миролюбиво.

Он вдруг издал смешок, а затем сжал губы, явно стараясь не расхохотаться. Констанция изогнула бровь в немом вопросе.

— Всего лишь представил твое лицо, если бы я действительно ответил. — И прежде, чем Констанция смогла что-то сказать, продолжил: — Сегодня твой день рождения, и я справляюсь о твоем состоянии и настроении. Прими это как… заботу от Руководителя Департамента.

Ей ничего не оставалось, кроме как согласиться. Она заверила, что все у нее было замечательно, после чего они вежливо попрощались, и Констанция, совершенно сбитая с толку, пошла обратно в отдел.

Аврелий ждал в Картотеке с ловцом, ее курткой и сумкой, а также с радостной новостью о том, что их ждал разрыв “на Болтах”, то есть в районе Балтийского вокзала.

— Вот это я понимаю, подарок на день рождения, да? Возможность поработать! — иронизировал стажер, пока они ехали в машине. — Разрыв с пылу, с жару.

— Ты, конечно, чрезвычайно остроумен, но я все еще перевариваю ваши поздравления и подарки. Любой захотел бы сделать небольшую паузу в этой веселой праздничной круговерти.

Последние слова прозвучали совсем уж драматично, и Аврелий рассмеялся, а затем хлопнул ее по колену.

— Обожаю твой юмор. Можно я сделаю персонажа, похожего на тебя?

Констанция задумчиво покосилась на стажера. Хотела ли она?

— Часто ты так делаешь? Берешь персонажей из реальной жизни.

— Вообще-то никогда. Это, знаешь ли, чревато. Когда один раз назвал героиню Аленой, моя Аленка потом мне просто все нервы вымотала, типа, почему героиня такая тупая, неужели я считаю ее, мою Аленку, тупой. А мне банально это имя первым в голову пришло, я его и взял. Там персонаж-то проходной.

— М-м, надеюсь, ты так Аленке и сказал? — ухмыльнулась Констанция.

Он тяжело вздохнул и кивнул.

— Естественно, стало еще хуже. Но это уже было под конец, мы постоянно ругались, из-за любой ерунды. Я тогда так разозлился, что пообещал ей написать еще одну Алену и сделать ее очень важным персонажем: она будет постоянно мешать главным героям своей склочностью, истеричностью и нежеланием слушать собеседника.

Даже сейчас, по прошествии немалого времени после расставания, Аврелий говорил зло. Кажется, его это все еще задевало.

— Мда, Аврелий. Вот тебе и Золотце…

— Да, блин, потому что!.. — воскликнул он, затем протяжно выдохнул. — Не важно, короче, я не беру людей из реальной жизни, во-первых, чтобы мне потом не предъявляли претензий, а во-вторых, потому что мало кто подходит, чтобы стать персонажем. Ну, к примеру, мой друг Антоха.

— Это который теперь встречается с Аленкой? — уточнила Констанция, чтобы поддеть Аврелия и еще немного посмотреть на то, как он проявляет какие-то эмоции, помимо радости и восторга.

— Да, — мрачно отозвался он. — Он отличный парень, надежный друг, жуткий зануда. Всегда хорошо учился и меня пытался к этому пристрастить, но я более стойкий, чем кажется. После универа он стал строить карьеру, сейчас уже управляет небольшой командой. Аленка всегда мне его в пример ставила, вот, типа, посмотри, Антон какой молодец, серьезный, перспективный… Понимаешь, да? Родился в благополучной, но не супер богатой семье, весь такой положительный, занимается финансами. Это скука смертная, кому нужен такой персонаж. Как человек он топчик. Во-первых, многие хотели бы быть на него похожими и жить его жизнь. Во-вторых, он реально много работает для всего этого. В-третьих, мне с ним всегда интересно. Было. Пока он не начал встречаться с Аленкой. Но я даже из-за этого на него злиться не могу. Знаешь, как он это все деликатно провернул… В общем, при всем при этом как персонаж он совершенно пресный. Все эти нюансы его личности не достаточно яркие, чтобы нам хотелось за ним наблюдать.

Констанция кивнула: она сказала бы, что и в ее окружении было не слишком много людей, подходящих, чтобы стать героями увлекательной истории.

— Но это ведь может быть история об обычном человеке, попавшем в необычную ситуацию, — предложила она. — Чтобы каждый читатель узнавал в нем себя.

— Да, знаю такие книги, но это как-то не мое. Я могу взять какую-нибудь реальную ситуацию из жизни. Случилось с кем-то что-то прикольное — добро пожаловать в книжку. Но вот так чтобы целиком взять и запихнуть туда соседа дядю Ваню — неа.

— Ну а себя?

Аврелий лукаво посмотрел на нее, оторвавшись на время от дороги.

— Я польщен, Конс, впервые на моей памяти ты задаешь кому-то так много вопросов не ради дела, а просто из любопытства.

Констанция усмехнулась, отвела взгляд в сторону, да так и застыла: она отчетливо видела, что у остановки стояла девушка в алой накидке. Красный капюшон скрывал ее лицо, длинный красный плащ окутывал тело.

— Тормози! — слово царапнуло пересохшее горло.