Охотник

Было жарко, а два огромных урода так и не уходили от моста, торчали на берегу вонючей реки, пытаясь поймать еще одного крокодила. А Света о тошноте уже позабыла, она вдруг поняла, что хочет не только пить, но и есть. Это, кажется, был первый случай, когда она тут, в Истоках, захотела есть. Ну да, Светлана просыпалась после этих снов голодной, но вот чтобы испытать голод тут..

Она опять взглянула на берег. Один из фероксов-великанов улегся и лежал, а другой все еще бродил по берегу и сейчас дошел почти до самого моста.

— Лю, – позвала девочка.

— Я здесь, – отозвался тот.

— А вы скоро исчезнете?

— Да, мое время истекает.

— Тогда я возвращаюсь, я одна на Танцы не пойду. – Светлана была расстроена. Она не любила, когда происходило подобное. Уж лучше закончили бы все сегодня. Это как поход к зубному. Готовишься неделю, собираешься с духом, и в последний момент тебе говорят, что врач перенес прием на завтра. Отвратительно! Опять ждать.

— Это взвешенное решение. Думаю, что вы поступаете правильно, – спокойно продолжал голос. – Без меня поход туда будет чрезмерно рискованным.

Она спустилась с насыпи и побежала к перекрестку, думая о том, что завтра придется возвращаться сюда. Но не пробежала девочка и пары километров, как Лю сказал:

— Думаю, что скоро вас покину, будьте осторожны, тот призванный все еще прячется в развалинах. Не думаю, что контакт с ним будет вам полезен. Держитесь от развалин подальше.

— Призванный? Еще прячется? – Тут Светлана вспомнила про него.

— Да, сейчас он наблюдает за вами из укрытия.

— Хорошо, Лю, я буду осторожна.

У нее было еще много сил, она могла бежать и бежать, но девочка перешла на шаг. Света не стала слушать Лю. Она ждала, пока он уйдет, и, кажется, дождалась. Пройдя метров сто – сто двадцать, она позвала его:

— Лю.

И, с удовлетворением поняв, что он уже не рядом с ней, изменила направление и не спеша отправилась к развалинам блочной многоэтажки.

В сломанных панелях разрушенного дома укрытий намного больше, чем в развалинах кирпичного. Она даже и представить не могла, где в этой небольшой горе обломков когда-то бывшей девятиэтажки может прятаться человек. Девочка подняла голову и поглядела вверх, вправо, влево, она немного волновалась, не знала, как этот человек отнесется к ней и к ее желанию пообщаться; тем не менее ей очень хотелось ну хотя бы поговорить с ним, и Светлана крикнула:

— Эй.. Я знаю, что вы тут! Не бойтесь меня!

И неожиданно для себя почти сразу получила ответ, это был женский голос, молодая женщина крикнула сверху:

— А что вам надо?

— Ничего особенного, просто хочу поговорить хоть с кем-нибудь. Тут даже поговорить не с кем.

— Да, – донеслось сверху, – тут одни уроды, психи и убийцы.

Света улыбнулась – это были очень правильные слова.

— Точно, поэтому я и хотела поговорить с вами.

— А откуда вы знаете, что я тут, как вы меня увидели? Я ведь не высовывалась?

Вопрос был непростой. Светлана даже опешила на секунду: если сказать про Любопытного, эта девушка может принять ее за психа, поэтому пришлось придумать ответ:

— Я иногда чувствую людей. Ну, когда они рядом..

— Когда смотрят на вас сзади?

— Да, когда смотрят сзади, – соврала Света.

— Я тоже это иногда чувствую. – Девушка в развалинах, кажется, даже обрадовалась.

За спиной девочки раздался визг. Светлана обернулась и увидала, как пара кошек на другой стороне улицы догнала и уже рвет на куски зазевавшуюся крысу. Света огляделась: совсем позабыла про осторожность, стоять вот так и орать здесь было опасно. Район незнакомый, мало ли кто тут может обитать, и кошки вон какие крупные.

— Можно мне подняться к вам? А то мы внимание криками привлечем.

И тут девушка, кричавшая сверху, вдруг перешла на «ты»:

— А ты всегда с палкой ходишь?

— Да, мне так спокойнее, – отвечала Светлана. «Хорошо, что она еще Кровопийцу не разглядела». – Она меня не раз выручала, а то нападают всякие..

— С палкой как-то стремно, – кричала девушка, – может, ты без палки поднимешься?

— Вы не волнуйтесь. – Светлане очень не хотелось оставлять палку без присмотра, но она не знала, как убедить девушку, и поэтому заверила: – Я не нападаю на хороших людей.

— Ну ладно, – донеслось сверху. – Поднимайся.

«Ура!» Девочка еще сама не понимала, чему радуется – наверное, тому, что удастся с кем-то поговорить. Она быстро принялась карабкаться по обломкам бетонных панелей и увидела на самом верху, приблизительно на уровне третьего этажа, девушку.

— Сюда! – Девушка махала ей рукой.

Света наконец забралась наверх, и девушка пригласила ее в уютное помещение. Две стены углом с куском окна, полплиты вместо крыши. Почти комната, в которой, правда, нельзя встать во весь рост. Зато прекрасный обзор. Отсюда был хорошо виден весь проспект до самой железнодорожной насыпи.

Девушка оказалась немного старше Светланы, наверное, на пару лет, сейчас у нее были черные волосы с синими концами, видимо, совсем недавно ее голова была синей, а в носу поблескивало кольцо.

Одета она была в изрядно поношенную пижаму с Микки-Маусом.

— Тебя как звать? – спросила девушка.

— Светлана.

— Кринжовое имя, – заявила девица. – Меня башмаки тоже назвали кринжово, но когда я получала паспорт, я себе крутое имя сделала. Меня зовут Анна-Луиза.

— Анна-Луиза? – переспросила Света. Да, имя звучало классно. – А кто такие башмаки?

— Башмаки? Это я так предков называю, они у меня конченые. Имеют меня все время за всю фигню и чуть что – сразу отправляют меня в дурку Павлова на Васильевский. А там уколы, – пояснила Анна-Луиза. – А тебя предки тоже чморят?

— Предки? Меня нет. – Света и сама не поняла зачем, тем не менее произнесла: – У меня мама в коме, а папа инвалид.

— Круто! – почему-то обрадовалась Анна-Луиза.

— Да нет, это не круто, – не согласилась с ней Светлана. Она вообще-то даже удивилась этому заявлению новой знакомой.

— Ну, я в том смысле, что они тебя, наверное, не сильно достают, – пояснила девушка.

Светлана могла бы сказать о том, что уж лучше мама доставала бы, чем видеть, как на приборе ее жизнеобеспечения индикатор давления опускается ниже нормы. Или замечать, как папа морщится от боли, когда после отдыха встает на костыли. Но всего этого она сказать не успела, Анна-Луиза протянула руку к ее палке.

— Крутая палка.

Света едва успела отдернуть свое оружие, иначе новая знакомая прикоснулась бы к темному жгучему его концу.

— Да ты не бойся, я же не отниму, – сказала Анна-Луиза.