Страница 50 из 78
«по-взрослому» понимает прекрасно. В этот раз метод тоже сработал.
— Ла-адно, — разочарованно протянул мальчик. — Пойду на чердак, буду снова в
трубу смотреть.
— Спасибо! Это очень зрелое решение, папа будет тобой гордиться, и я горжусь.
Мальчик расправил плечи и гордо улыбнулся, а потом степенно поднялся по
лестнице. Правда, на втором этаже выдержка ему изменила, и он помчался
дальше, топоча как слон, и горланя:
— Папочка! Папа летит!
— Вот, развела тут грязь, а хозяин летит, сейчас мне достанется за всё, –
окрысился на меня Ганн, и повернулся к Айде, с неохотой намывавшей окна. –
Убери тазы и тряпки, быстро!
— Нет, Айда. Закончите то, что начали, — твёрдо велела я.
Мы с управляющим буравили друг друга взглядами, служанка, до этого выполнявшая
его распоряжения, подрастеряла борзость, и явно не знала, как быть. Из
глубины дома раздались возбуждённые голоса слуг, уже все видели приближение
хозяина.
— Ох, побегу, спрошу у поварихи, готова ли еда! — Санда, помогавшая нам
намывать стёкла, убежала на кухню, а я, отвернувшись от Ганна, принялась
снимать фартук. Занять себя было нечем, так что я решила поучаствовать в
общем развлечении в виде уборки.
— Вон он! — Айда ткнула пальцем в окно. — Что делать-то? — она растерянно
посмотрела на управляющего, но я его опередила с ответом.
— Мойте окно, пожалуйста. Вам было сказано, что делать, — не хотелось повышать
голос, но я нервничала, и получилось резковато.
Так, дыши спокойно. Он вернулся, жив, это главное, в остальном у вас брак
фиктивный... Но уговоры не помогали, с каждой секундой дышать становилось
труднее. Я выглянула в окно, Киприан подходил к дому, и... Раздался звенящий
звук пощёчины, Айда вскрикнула!
Я резко повернулась, и вовремя! Девица с рычанием и воем кинулась на меня,
размахивая тряпкой и кулаком. От неожиданности я не успела отскочить и
попала под град ударов, девица будто с ума сошла!
— Не смей меня бить! Не смей! Ты нищенка! Ты тут никто! — визжала она, и пару
раз увесисто достала меня кулаком, пока не вмешался Ганн.
— Прекрати, Айда! Оставь госпожу! — старик пытался оттащить от меня девицу, а
та брыкалась.
Сбежались другие слуги, в дом вошёл Киприан.
Рывком он отшвырнул от меня эту чокнутую и рявкнул так, что стёкла звякнули:
— Как ты посмела поднять руку на госпожу?
— Она меня ударила! Выскочка нос задрала! — заорала Айда, побледнела,
пошатнулась и стала заваливаться на пол, глаза закатились.
— Так и было, хозяин, — выпалил Ганн, подхватив служанку.
У меня пропал дар речи, от ощущения дежавю стало не по себе. Эти двое
сговорились против меня, и снова никаких свидетелей, чтобы подтвердить мои
слова.
— Яна, что случилось? — Киприан подошёл вплотную ко мне, пока Ганн и ещё пара
человек приводили в чувства Айду. — Ты слугам приказать-то не умеешь, не то,
что руку поднять.
У меня отлегло от сердца, а то в какой-то момент показалось, что муж в ярости,
что он поверил этой парочке.
— Хотя даже дракона можно довести, что уж говорить о человеке? Если ты это всё
же сделала, я постараюсь понять...
— Вот только подумала, что ты нормальный, и на тебе! — прошипела я. — Сам-то
веришь, что меня можно настолько вывести глупыми выходками, чтобы драться
полезла?
Тор-брахс рухнул в моих глазах, будто его с высокой горы столкнули. Постарается
он... Я потёрла места ушибов, на скуле наливался синяк.
— Не верю, но всё в жизни бывает. Может, она как-то тебя оскорбила, и ты
ответила...
— Я. Не трогала. Её! Так доходчиво? Я стояла спиной к ней и Ганну, услышала
звук пощёчины, повернулась, и эта ненормальная на меня накинулась. Понятия
не имею, сама ли она себе отвесила оплеуху, или это сделал Ганн, но кроме
них никого позади меня не было. И всё это очень напоминает мне историю с
вилкой, и то, как Ганн поддержал враньё Каролы, когда она едва не убила
Пушка. Эта парочка меня терпеть не может, хотя понятия не имею, чем я им
насолила, и похоже всё просто на сговор, на попытку меня подставить. Твой
управляющий и девица нагло врут. А до этого Ганн пустил в дом Каролу,
которая уже узнала о том, что ты овдовел, и рванула сюда, утешать и
мириться. Ты сказал, не пускать посторонних, а он пустил, и когда я её
выставила вон, ещё устроил мне взбучку. Он спорит со мной во всех делах,
грубит, настраивает против меня слуг, и теперь они спелись с Айдой. И мне
вот интересно, как долго ты будешь это терпеть? Столько красивых слов, что я
хозяйка дома, а на деле?
Меня прорвало, и чем больше претензий я высказывала, тем больше мрачнел дракон.
А ничего, слушай, я больше молчать не стану!
Однако ответить Киприан не успел.
— Да пусти меня, Санда! — в холл ворвался Вико, и я поняла, что старушка,
удерживала мальчика, давая нам возможность разобраться в проблеме. — Папа! –
сын врезался в дракона, и тот подхватил его на руки.
— Привет, парень. Ну, ты держал дом под контролем? Всё хорошо?
— Да! — гордо кивнул Вико, повернулся ко мне, будто прося подтвердить это, и
охнул. — Ой... Яна, а что это у тебя лицо опухло с одной стороны?.. Это...
Синяк? Не было же совсем недавно!
— А теперь есть. Хотя ты прав, ещё недавно у нас всё было хорошо, — хмуро
ответила я и ушла к себе, предоставив мужу дальше разбираться самому.
Хотелось рвать и метать, но, к счастью, в комнате меня ждал доморощенный
психолог и лысая жилетка в одном лице, вернее, в одной крысьей морде.
Я вышагивала по комнате, выпуская пара и словесно, и пиная ножки мебели.
— Постарается он, а! Как тебе поворот? Я думала, мы уже на стадии доверия, но
не тут-то было! — Я пнула ножку кровати, но перестаралась и взвыла от боли.
— Янка, вообще, не всё так плохо. В этот раз он не обвинял, да и спросил тебя
первую. Чего ты так разошлась? Если бы ты и правда этой дуре леща отвесила,
так, ой, как пригодилось бы его понимание, между прочим!
Вообще, тут он был прав, но рассудительность мне изменила под натиском обиды и
боли в пылающей скуле. А ещё болело плечо, кисть и ключица. Мерзавка здорово
меня поколотила, да ещё отхлестала грязной тряпкой, отчего болела уже
раненая гордость. Если Киприан её не выставит, я больше не стану с ним