Титан

Глава 20

Они решили, что сегодня сходят на Танцы за новым жуком. А завтра отправятся за Черту за неугасимым пламенем. В один день сходить в два места сразу было делом слишком утомительным. Любопытный на этот счёт был согласен со Светой.

Когда Света достала из коробочки небольшой кусок фикуса, поймала за шею Саске, которой уже совсем не боялся девочки, и, крепко его держа, не давая ему вырваться, стала смазывать ему глубокую, сочащуюся рану на морде и на голове, Лю проявил себя собачьим неприятелем и сказал:

— Вот и опять я вижу, человек Светлана-Света, что вы напрасно расходуете свой драгоценный ресурс на бессмысленных существ. С какой целью вы это делаете?

— Да это ерунда, я ещё наберу фикуса, там отличный стебель, много листьев, сбегаю и соберу, если кончаться будут, — отвечала девочка, продолжая лечить, как она полагала, собаку. — Я просто вылечить его хочу, у него рана сама почему-то не проходит.

— Я говорю не о растении, а о вашем внимании. Вы расходуете свой личный ресурс, своё личное время на этих нелепых существ. Мне кажется, что подобные траты неразумны. Какой смысл в его лечении?

— Времени-то я потратила всего пару минуток, сейчас уже пойдём.

— Вы в будущем собираетесь его съесть? — уточнил голос.

— Нет, — очень твёрдо отвечала девочка, — есть их нельзя.

— Это табу? Запрет на поедание этих существ лежит в глубине ваших верований и традиций? Это что? Тотемное животное?

— Да нет, — она опять не очень хорошо понимала все эти слова. — Просто они могут быть полезны.

— Полезны? Любопытно, чем?

— С ними можно охотиться, они помогут добывать пищу. У них отличный нюх.

— Всю пищу, которую вы при мне добывали, вы добывали для этих ваших существ, — заметил Любопытный, — это были чёрные жуки, живущие под камнями.

— Они отлично бегают.

— То есть в случае опасности они оставят вас далеко позади? Мне не кажется быстрый бег их убедительным достоинством.

Света уже не знала, что ещё ему сказать, она закончила вытирать рану Саске и отпустила его, прошептав негромко:

— Беги, дуралей, пока тебя не съели.

Лю почти всегда мог её убедить, но на этот раз — нет, нет, собаки ей нравились, просто нравились, и всё, ей было не противно обрабатывать рану Саске, её не раздражало чавканье и хруст, с которыми собаки поедали жуков, ей не было противно от мысли, что они ещё и трупы обгладывают. Нет, она была счастлива, когда Сакура подходила и тянула к ней свою умную морду для ласки. Свете очень, очень нравилось их доверие. Она этим по-настоящему дорожила и немного расстраивалась.. Вот сейчас, например, когда Любопытный принижал их значение, не понимая, что Свете собаки просто нравятся, просто нравятся, и всё. И она уже ничего ему не ответила, а собралась и пошла на восток, туда, куда ходить ей очень не нравилось. Пошла на Танцы. И собаки с радостью побежали за нею, или перед нею, или бегали вокруг неё. С ними было спокойнее и веселее. Вот только, добравшись до насыпи, они расположились на ней. Дальше Сакура и Саске не пошли.

— Вот видите, — Любопытный это сразу заметил, — они не пошли с вами туда, где опасно и неприятно.

— Конечно не пошли, собаки не дуры, — ответила ему Света и начала спускаться к мосту из двух старых труб.

В этот поход ей очень не везло, жуки не хотели ловиться, она уже измучилась бродить от одного тела до другого, уже устала от адских туч назойливых мух и от ещё не умерших людей, которые донимали её одним и тем же вопросом в разных трактовках. Уже и Любопытный собирался её покинуть, прежде чем она нашла одного небольшого жучка. С какой радостью она схватила его, спрятала в банку и побежала к мосту. И как она была рада выйти из полумрака Танцев и найти Саске и Сакуру на насыпи, на том же месте, где они остались её ждать. Как хорошо, что у неё теперь были эти классные собачки.

⠀⠀ ⠀⠀

* * *

⠀⠀ ⠀⠀

К нему приехала миловидная девушка-курьер с документами, и он с её помощью, чтобы не попасть впросак, целых полчаса изучал бумаги, прежде чем подписать их. Фомин убедился, что Мельник действительно готов погасить всю сумму, оставшуюся от требования страховой компании. Это его очень удивило, но что удивило ещё больше, так это то, что, со слов адвоката, Светка ходила к этому упырю. Чувства, признаться, у него были смешанные. С одной стороны, радость, что огромный долг больше его тяготить не будет, а с другой стороны — удивление и настороженность, что его Светка взялась решать этот вопрос. Несомненный плюс: две пенсии, на жену и на себя, и работа! Это почти сто десять тысяч в месяц, на ночную резку овощей можно ходить пару раз в неделю, или.. вообще бросить. Теперь у него денег будет столько, что можно даже откладывать понемногу. «Тысяч по десять в месяц — вполне реально». Как тут не радоваться; но вот причина этой радости, немного его, ну, если не настораживала, то уж удивляла точно.

Светка! Неужели она отважилась сходить к Мельнику?

«Почему? Как осмелилась? Что она ему такое сказала, что он согласился заплатить за меня деньги страховой компании?». Эти вопросы не давали ему покоя, он дважды брал телефон в руки, намеревался позвонить ей, но оба раза его что-то останавливало. Возможно, считал, что это не телефонный разговор. Так и сидел с телефоном в руках, не переставая удивляться своей дочери.

Он еле досидел до утра, до конца смены, и пошёл домой. Пошёл — нет, до дома пять остановок на автобусе, так что Андрей Сергеевич дождался своего автобуса и поехал.

Он всё ещё не мог понять, злится на дочь или гордится ею. На остановке, на пересечении Гагарина и Фрунзе, он последним вышел из автобуса. И сразу увидал её: мерзкая баба пристроилась в углу остановки, пряталась там от моросящего дождика. Она своими слепыми глазами таращилась куда-то вдаль и не смотрела в его сторону, но когда они остались на остановке одни, вдруг заговорила:

— Ну что, права я оказалась? Да?

Фомин ей не ответил, он просто остановился и ждал, что она ему скажет ещё что-нибудь.

— Чего притаился-то? Не бойся, я тебе не зла желаю, просто поговорить приехала. Издалека приехала.

— Издалека? И о чём мне с тобой говорить-то? — достаточно резко отвечал он ей.

— Так о дочурке твоей, о ней, о родимой. Вот знать хочу, права я оказалась, удивляет тебя твоя кровиночка?

И на этот вопрос Андрей Сергеевич не нашёлся, что ответить. Он растерялся. Дочка-то и вправду удивляла, удивляла, и ещё как. «Деньги, золотой браслет, монеты эти все, которые она где-то прячет, этот случай с Мельником. А перчатки! Почему она теперь всё время носит перчатки?». На все эти вопросы отец Светланы, конечно, хотел бы иметь ответы.