Титан

— Это он устроил так, что твои близкие получили увечья, это ему было нужно, чтобы ты страдала, только по-настоящему страдающий сможет пройти в Истоки, это он отправил тебя за Черту, заставив нарушить один из главных законов мироздания. И отправлял снова и снова, вызывая возмущение СУЩЕГО и не позволяя с тобой расправиться. Скорее всего, это он приставил тебе в охрану Хозяйку могил, больше и некому, и, возможно, он натравил на тебя тех, кого мог, чтобы ты становилась сильнее, сильнее и жёстче, он знал, что когда придёт время, тебе придётся выдержать главное испытание, тебе придётся убить титана. И, как видишь, он оказался прав, ты справилась.

— А рука? — Светлана не стала говорить ей, что титан для неё оказался едва ли не самым лёгким испытанием, она подняла свою чёрную руку и показала её Привратнице. — Рука.. это тоже он.. устроил? Рука спасала меня много раз, и сегодня тоже, когда он напал на меня, после того как титан загорелся.

— Нет, — ответила Бледная Госпожа, — Чернорукая, это не он. Это.., — Привратница взяла руку девочки и опять её рассмотрела, — это подарок твоей матери. Последний подарок, прощальный её поцелуй.

— Как последний? — опешила девочка. — У неё ещё бьётся сердце.

— Твоя мать могла найти тебя, только перейдя Черту. По своей воле. Она перешла Черту добровольно, нашла тебя и прикоснулась к тебе. Иначе это, — Привратница погладила кожу на руке девочки, — не получилось бы.

— А она вернётся оттуда? — Света уже позабыла об опасности для себя, и теперь от слов Высшей у неё холодело сердце. — Ну, мама.. или.. не вернётся?

— Я надеюсь, что твоя мать не такая ловкая, как ты, чтобы выйти из-за Черты обратно, — без намёка на какое-либо сострадание отвечала Бледная Госпожа. И добавила едко: — Вернуться из мира, где заканчивается Время, знаешь ли, не всякому под силу. Не у всякого есть такие друзья, — она явно имела в виду Любопытного, который с брезгливой усмешкой смотрел на них.

Измазанный в чёрную жижу, Лю Цинь Фэо сидел в луже, в которой копошилась огромные опарыши, сидел с почти отрубленными руками и распоротым брюхом, Света не на шутку его разделала, но он всё равно не собирался умирать, глядел на Светлану и Привратницу с надменной усмешкой, с вызовом и, кажется, ничего не боялся.

— Но зачем он всё это сделал? — удивленно спросила Светлана. В её голосе послышались слезы, она не понимала, зачем Лю, этот милый и заботливый Любопытный, устроил всё это.

— Он был слишком горд и никого не хотел уважать, кроме себя; и ДЕМИУРГ забрал у него власть над Временем. Поганый был заносчив, он полагал, что сам найдёт путь и сумеет контролировать Время. А ещё он был слишком горд, чтобы просить СУЩЕЕ о чём-то, и от глупой свой гордости издох, — всё это Привратница говорила с усмешкой, Лю Цинь Фэо слышал её речи, и его явно от них коробило.

— Я не буду ползать на карачках перед кем либо, даже перед Временем, — зло выкрикнул он, — я найду способ обуздать его.

— И с тех пор он мёртв, — с улыбкой продолжала Бледная Госпожа, — он и есть то, что сейчас из него вытекает, то есть гной и падаль. А ему так хочется быть живым. Быть живым — разве может что-то сравнится с этим.

— Но причём здесь я? — воскликнула девочка.

— Ты? А ты должна была добыть ему Частицу Мироздания, Каплю Жизни. Вот для этого он всё и устроил. И начал издалека, с твоих родителей, — Привратница повернулась к Любопытному и спросила. — Ведь я права, поганый?

— Ладно-ладно, ты на этот раз, победила, можешь исходить спесью, — Лю даже поднял полуотрубленную руку и махнул ею на Бледную Госпожу. — Я всё равно что-нибудь придумаю. У меня впереди вечность, а ещё я ни перед кем не пресмыкаюсь, как ты. Я плевал на твоё СУЩЕЕ! Плева-ал..

Любопытный стал кривляться, мерзко, как кривляются школьники младших классов, он совсем не напоминал того умного и вежливого Лю, которого знала девочка. И тут же псы Высшей синхронно встали и пошли к нему; они урчали низко, утробно, из их оскаленных пастей капала слюна.

— Ну ладно, Рогатая, я пошутил! — крикнул Бледной Госпоже Лю Цинь Фэо. — Отзови их, отзови.. И вообще, давай поговорим.

— Но как я могла добыть ему эту Частицу Мироздания? — не обращая внимания на него и его выходки, спросила Светлана.

— Пойдём со мной, — сказала Привратница и стала легко спускаться вниз по куче битого кирпича.

Света тут же побежала за нею, а за Светой и Сакура, а вот огромные псы Бледной Госпожи так и остались около Любопытного, даже ещё ближе подошли к нему.

Привратница остановилась около кучи дымящихся углей, которые остались от Синекожего. Она встала рядом с ними на колени. И провела по углям рукой, как будто гладила кого-то живого.

— Сын мой, покойся с миром, — первый раз за весь разговор Свете в голосе Высшей почудилось мягкие нотки. — Ты прошёл свой путь и выполнил своё предназначение. Червь изловлен. СУЩЕЕ больше не будет тревожиться.

Она вдруг запустила руку в чёрный, ещё горячий пепел и сразу вытащила её обратно. Сдув мелкие чёрные частицы с ладони, она показала Светлане небольшой округлый камень. Это был удивительный, светящийся изнутри кусочек янтаря.

— Часть Души Создателя, Частица Мироздания, Сердце Титана, — произнесла Бледная Госпожа.

У Светланы не было слов, этот чуть угловатый камень, величиной с большой грецкий орех, был прекрасен, просто прекрасен. Он излучал тепло, и от него невозможно было оторвать глаз.

— Из-за него поганый затеял всё это дело, втянув в него тебя и всю твою семью, эта Частица позволила бы ему даже ту гниль, которой он сейчас является, сделать живой, оживить его гниль на сотни лет.

И тут уже девочка оторвала взгляд от прекрасной янтарной частицы и взглянула в лицо Привратницы.

— Госпожа.. а можно.. его убью я? Я понимаю, что он всё равно останется, но вот ту кучу.. что сидит там.. можно?

Её голос был твёрд, а на кулаке, всё ещё сжимавшем тесак, побелели костяшки пальцев.

Привратница ей ничего не ответила. На словах не ответила, но поглядела на Свету так, что та всё поняла. Девочка быстро встала и пошла к Лю Цинь Фэо, а он, увидев, что она весьма решительно направляется к нему, стал морщиться:

— Ну, не надо этого, не надо..

Но девочка уже была рядом. Она остановилась и занесла над ним тесак.

— Светлана-Света, не надо, мы же были друзьями..

— Друзья друг другу не врут, и ещё.. Друзья не устраивают родителям друзей автокатастрофы, — зло произнесла девочка.

— Да что ты её слушаешь, она же брешет не меньше своих псов! — он опять усмехался. — Она наговорила тебе всякого, а ты ей веришь, как дура.