Страница 63 из 81
Глава 38. Ксюша
День подготовки пролетел как мгновение. Кто бы мог подумать, что мы с Кириллом — идеальная пара. Упс. Идеально сложенная команда. Хотя… идеальная пара звучит куда лучше. И куда опаснее для моего спокойствия.
Вечером Кирилл обещал мне «многое».
Я, конечно, решила, что речь о свидании. Ну а как иначе? После всего, через что мы прошли, после его касаний, его молчаливого пожирающего взгляда — я ждала чего-то… нормального. Тёплого. Человеческого. Может, кафе или же ресторан. Почему бы нет?! Мы ведь никогда не сидели вот так вот друг напротив друга. Улыбаясь и не подбирая слов. Потому что это куда сильнее, чем ударить словами.
Платье я не надела, но всё равно накрасилась чуть ярче обычного. Даже волосы распустила. Глупо? Возможно. Но мне хотелось чувствовать себя девушкой, а не вечной задирой и врединой в его глазах.
Мы едем молча.
Тихо играет музыка.
Кирилл сосредоточен. Спокоен. Сдержан. И это как бы не удивительно — он ведь и раньше таким был. Просто это такой контраст по сравнению с тем, какой он со мной во время близости. Или когда ревнует и злится. Это будто два разных человека.
Когда машина останавливается, я сначала даже не понимаю, где мы. Район так себе. И это точно не кафе и не ресторан. Тогда где мы?!
Кирилл покидает машину первым и, открыв мне дверь, протягивает руку и ждёт, пока я выйду.
Я ещё не научилась доверять ему слепо, но первые порывы есть. Он ведь уже доказал, что ему можно верить.
Мы заходим в помещение, и только тогда я понимаю, что это спортзал.
Он пустой. Тёмный. Огромный.
— Ты серьёзно?.. — вырывается у меня, прежде чем я успеваю себя остановить. Меня почему-то это так сильно задевает, что я даже резко останавливаюсь.
— Серьёзно, — спокойно говорит он. — Пойдём, — и берёт меня за руку, тянет в сторону ринга.
— Кирилл, я не… — злюсь. Реально злюсь. — Я думала, ты…
— Я знаю, что ты думала, — перебивает без злости, но твёрдо. — Но сегодня не про романтику.
Внутри всё опускается. Глупая. Наивная. Опять чего-то ждала.
Зал пустой. Только мы. Свет включён частично — ринг освещён, остальное тонет в полумраке. Запах резины, железа и чего-то знакомого. Так пахнет сила. Больше мужская чем женская. Потому что она более жестокая, чем наша.
— Переоденься, — он протягивает мне сумку. — И надень перчатки.
— Ты издеваешься? — я смотрю на него с вызовом. — Я не боксёр.
— А я не собираюсь делать из тебя боксёра.
— Тогда зачем всё это?!
Он смотрит прямо. Не отводит взгляд. И от этого становится не по себе.
— Потому что ты носишь в себе слишком много, Ксюша.
— Это не твоё дело, — резко вырывается. Защитная реакция срабатывает.
— Уже моё.
Я отворачиваюсь, сжимаю челюсть.
— Я не хочу это трогать, — говорю тише. — Не хочу туда лезть. Там больно.
— Я знаю, — отвечает он. — Но ты либо выпустишь это здесь, либо оно сожрёт тебя изнутри.
Я переодеваюсь молча. Каждое движение — злое. Резкое. Вроде и понимаю, что он прав, но признать это сразу не удаётся.
Когда возвращаюсь, он уже ждёт. В перчатках. Спокойный. Собранный. Тренер, а не парень, который мне нравится. И это почему-то бесит ещё сильнее.
— Бей, — говорит он, подставляя лапу.
— Я не хочу.
— Бей, — кричит и делает выпад в мою сторону.
Я бью. Неохотно. Слабо. Лишь бы отстал от меня и не требовал больше, чем я могу сейчас вынести. Я не готова принять эту боль. Эту сторону медали. Не готова снова поднять эти страхи наверх. Они только смирились и отправились на дно души.
— Ещё, — рычит он и снова делает шаг ко мне. Замахивается и попадает в плечо. Мне не больно. Мне некомфортно просто.
— Кирилл, хватит! — кричу.
— Не хватит. Бей так, будто тебе больше нечего терять. Будто от этого удара зависит твоя жизнь и свобода.
И вот тут что-то щёлкает. Я бью сильнее. Ещё. И ещё.
С каждым ударом внутри будто трескается лёд. Сначала тонко, потом громче. Руки начинают дрожать. Дыхание сбивается. Но внутри… Внутри странная огненная вспышка. Обида, которая набирает обороты, и я злюсь ещё сильнее.
— Думай о том, что злит, — говорит он. — О том, что пугает.
— Я не хочу! — почти кричу, ударяя снова.
— А надо!
Я вижу перед собой не Кирилла. Я вижу лица. Слышу голоса. Запахи. Вкус. Чувствую ту самую беспомощность.
И тогда я бью по-настоящему.
Зло. Яростно. До боли в плечах. С той самой агрессией, что душила меня по ночам.
Гнев вырывается наружу вместе с дыханием, потом, криком. Я рычу, когда бью. Слёзы текут, но я не останавливаюсь.
— Вот так, — глухо говорит Кирилл. — Не держи. Всё здесь. Оставь это здесь.
И, чёрт возьми… мне правда становится легче.
Не сразу, но эффект есть.
С каждым ударом грудь сжимает меньше. Страх отступает. Я снова чувствую тело. Силу. Контроль.
Когда я останавливаюсь, меня трясёт. Руки опускаются. Ноги ватные.
Кирилл подходит ближе и обнимает. Его руки в перчатках опускаются на мои плечи. Мокрые, тяжёлые. Но даже этот груз — он кажется как никогда кстати. Его дыхание где-то в области моего уха. Такое тёплое и родное, что меня накрывают рыдания.
— Ты не обязана быть всегда сильной, — говорит тихо. — Но ты имеешь право быть злой.
Я смотрю на него сквозь слёзы и ненавижу за то, что он оказался прав. За то, что у него вышло вытянуть это с дна души. Я не хотела, чтобы он видел меня слабой.
— Ты испортил мне свидание, — хрипло говорю я и поднимаю на него свои заполненные слезами глаза.
Он улыбается уголком губ.
— Зато научил тебя давать сдачу. Надеюсь, меня бить не будешь?
Я фыркаю. И вдруг смеюсь. Сквозь слёзы.
Потому что впервые за долгое время внутри не пустота. А тишина. Спокойствие. Будто только что всё стало на свои места.
— Ксюша, — стягивает он свои перчатки и бросает на ринг, а потом ловит мой подбородок, — я люблю тебя. Ты хочешь свидание?
— Хочу, — бурчу.
— А ты полчасика ещё подождёшь? У нас просто ещё одно дело.
— Какое?
Его руки опускаются на мою талию и резко поднимают вверх. Автоматом расставляю ноги и фиксирую за спиной Кирилла.
— Знаешь, ты когда злая такая, меня нереально заводишь.
— Хм, даже не знаю. У нас ведь первое свидание. А у меня там: принципы, правила. Я вообще на первом свидании не сплю с парнями.
— Это же хорошо. Ты такая умница у меня. Но есть одно но.
— Какое ещё но?
— У нас будет секс перед свиданием.
— Это всё меняет ситуацию, — смеюсь я.