Попаданец в Великана

Глава 22 (2 часть)

Я уже собирался уйти, когда заметил Мейра. Целитель стоял у входа в жилой дом с корзиной грязных бинтов и смотрел на медную пластину у меня на груди.

— Мейр, — позвал я. — Ты сможешь прочитать одну книгу?

Целитель поставил корзину на землю и протянул руку.

Я принёс дневник из-под навеса. В его ладони книга выглядела обычной, а в моей — тонкой дощечкой. Мейр раскрыл первые страницы, пролистал несколько листов и нахмурился.

— Книга на эльфийском, я знаю его крайне плохо. — он внимательнее вчитался в текст. — Это похоже на личные записи мага. Здесь расчёты, имена, расходы, несколько схем. Половина сокращений понятна только тому, кто их писал. Вдобавок все на эльфийском.

— Там есть магические схемы?

— Есть и такие. — кивнул целитель.

Я протянул руку за книгой, но Мейр не отдал её сразу.

— Откуда она у тебя?

— Забрал у людей, которые нас везли.

— Кто-то из них был магом?

— Не знаю. — пожал я плечами. — Сообщить они мне это не успели.

Мейр закрыл дневник. Целитель несколько мгновений ждал продолжения, затем вернул книгу.

— Даже если записи полезны, ты их не прочтёшь. Сначала выучи эльфийский, потом магический алфавит и основные обозначения. Только после этого имеет смысл лезть в чужие расчёты.

— Тогда научи меня.

Он поднял корзину.

— У меня двести пятьдесят наёмников, которые режутся, ломают кости, травятся дешёвым вином и приходят ко мне, когда рана уже воняет. Теперь ещё два великана. Свободного времени у меня нет.

Мейр направился к двери. Я не стал повторять просьбу. Просто пошёл рядом, вынуждая его либо остановиться, либо протискиваться между моей ногой и стеной.

Целитель остановился.

— За уроки я могу платить.

— Чем? Своим потом и ругательствами Вейла? — скептически спросил Мейр.

Я не ответил, лишь достал из-за пазухи мешочек с монетами и протянул целителю. Он оценивающе взвесил увесистый кошель, а затем снова перевел взгляд на меня.

— Сегодня после вечернего обхода, — решил Мейр. — Только письмо. Никакой магии без приказа Бранта обучать не буду.

— Договорились. — мои губы расползлись в зубастой улыбке.

Письмо, так письмо. Для начала мне хватит и этого, а потом кто знает, может быть получится так, что Брант вдруг станет заинтересован в моем обучении магии.

Мейр кивнул, поднял корзину и ушёл в дом.

Первый урок состоялся после заката в пустой кладовой возле лечебницы. Мне пришлось сидеть на полу: скамья моего веса не выдержала бы. Мейр поставил передо мной широкую дощечку и масляную лампу.

— Сначала выучишь основные знаки общего языка, — сказал он. — Магическая запись устроена иначе. Пока забудь о ней.

Он написал два с половиной десятка букв и произнёс каждую. Я повторил. Фактически я был грамотен, если говорить о русском и английском, так что обучение письменности на общем не должно быть настолько сложным, как думалось Мейру. Вдобавок к этому письменность языка изучать гораздо легче, если ты его уже освоил на хорошем уровне.

Буквы местного общего диалекта не были похожи ни на один из ранее виденных мною алфавитов, однако общие принципы с земными языками отчетливо прослеживались. Пальцы у меня были немногим меньше запястья Мейра, поэтому тонкое перо быстро сломалось. Я попросил у целителя кусочек прессованного угля, что он использовал для розжига камина и стал писать уже им. Выходило менее красиво, чем пером, но зато надежней.

Через час вся доска была покрыта кривыми значками. Мейр стёр большую часть и написал одно короткое слово.

— Борг.

Я посмотрел на четыре знака. Впервые я осознанно читал собственное имя на всеобщем.

— Повтори десять раз.

— Мейр, я не тупой, понял с первого.

— Тогда приступай к написанию, умник. — сложил руки на груди целитель.

На шестой попытке последний знак снова съехал в сторону. Мейр ткнул в него пальцем и заставил переделать всю строку. У целителя обнаружилась неприятная привычка замечать ошибки, которые можно было бы великодушно пропустить.

Когда с именем было закончено, он раскрыл какую-то книгу и положил рядом. Теперь среди плотных строк я увидел несколько знакомых знаков. Смысла они не давали, но текст впервые перестал выглядеть сплошным узором.

— Завтра выучишь ещё четыре, — сказал Мейр. — у тебя отлично получается и если продолжишь в том же духе, то через неделю начнёшь складывать короткие слова.

— Когда перейдём к магии?

Он забрал у меня дощечку.

— Магия это лишь еще один язык, только гораздо, гораздо сложнее.

— Ну не знаю, я тут думал и пришел к выводу, что можно колдовать и без этого магического языка, достаточно воли и того, что есть энергия.

Мейр посмотрел на меня как на последнего идиота.

— И что ты уже умудрился наколдовать?

— Да много. — уклончиво ответил я. Не рассказывать же ему про багровое пламя? Я до сих пор считал, что это заклинание было уникальным для расы великанов. И столь же перспективным, как и опасным.

— Могу вот светляк наколдовать без структуры. — я действительно отработал создание этого заклинания без какой-либо структуры, лишь на силе воли.

— А ну показывай. — Мейр с каким-то не характерным для него возбуждением впился в меня взглядом. Я лишь пожал плечами, вывел через тело энергию и усилием воли создал светляк. Концентрации такое заклинание пожирало на порядок больше, чем с использованием структуры, зато затраты энергии были минимум раза в два меньше.

— Поразительно. — прошептал Мейр. — Такая сильная воля у неуча.

— Э, попрошу не обзываться.

— Повтори, повтори это еще. — целитель с нетерпением посмотрел на меня.

— Ну…ладно.

Мейр успокоился только после седьмой демонстрации.

— Это просто немыслимо. — мужчина ходил по комнате. — Твоя воля сейчас на уровне мастера, не меньше! Но как?

— Да мне то откуда знать, я таким уродился. — на самом деле у меня была теория, но озвучивать я ее не собирался.

Наконец успокоившись, Мейр опять сел за стол.

— Это конечно крайне полезно для тебя как мага, но на этом ты далеко не пойдешь. — целитель отпил из кружки отвар. — Воля — это один из трех столпов магии, но без знания структур ты не сможешь творить ничего, сложнее простейших заклятий. Даже магистры пользуются структурами, прибегая к чистой Воле лишь в бою, для создания простых атакующих заклятий.

— Но почему?