Попаданец в Великана

Десятник не стал спрашивать, уверен ли я. Послал двух бойцов к проходу, а сам подошёл к повреждённой таре. Один из гильдейских людей увидел движение и попытался закрыть крышку. Вейл упёрся в неё ладонью. Рабочий в коричневом оглянулся. Двое наёмников ещё не успели отрезать выход. Он бросился между пустыми тележками, сшиб женщину с корзиной и рванул в узкий проезд вдоль склада.

Игор возвращался от телеги и оказался ближе всех.

— Закрой проход! Не дай ему уйти! — крикнул Вейл.

Брат шагнул в проезд, и загородил своим могучим торсом выход. Рабочий затормозить не успел, врезался в Игора плечом и отлетел на землю.

— Великан напал! — заорал он, ещё не поднявшись. — Стража!

По порту прокатился шум. На галерее щёлкнули рычаги арбалетов. Один стрелок перевёл оружие на Игора, двое других начали искать цель в толпе. Городские стражники выхватили мечи, но между ними и братом уже бежали люди. Игор не двинулся, за что я был готов его расцеловать прямо тут. Рабочий вскочил, увидел перед собой образину братца и начал отползать назад. Из-под расстёгнутой куртки выпал свёрток, который лопнул, рассыпав белые кристаллы. Резкий запах сразу усилился.

— Стоять на месте! — рявкнул Вейл.

Приказ относился ко всем. Я остался возле груза. Игор убрал руки от стен и поднял их перед собой. Вор догадался метнуться обратно, но с другой стороны его уже встретили два наёмника. Один сбил человека щитом, второй прижал коленом к мостовой. У вскрытого ящика тем временем задержали проверяющего торговой гильдии. Под боковой доской обнаружилась пустота, а под его плащом — короткий ломик и кусок сургуча нужного цвета. Всё заняло несколько минут, после которых стража вывела вора и представителя гильдии с заломанными руками.

Вейл подошёл к брату, посмотрел на рассыпанные кристаллы и на вмятину в грязи, где только что лежал вор.

— Опусти руки, дурень. И иди носить товар.

Вейл приставил двух копейщиков к портовым рабочим, после чего потребовал заменить проверяющих. Повреждённый ящик пересчитали отдельно. Не хватало трёх свёртков; два нашли у беглеца, третий — под настилом возле баржи.

Обратно мы шли рядом с нагруженными телегами. У ворот писарь снова сделал отметку. Вейл передал городской страже короткий рапорт о задержании и отдельно сообщил, что великаны не покидали назначенного места без приказа. После этого колонну пропустили во двор. Брант ждал возле конторы вместе с Гервином и Лотаром. Сначала они приняли документы на груз, проверили печати и выслушали Вейла. Нас позвали только тогда, когда телеги укрыли под навесом и выставили часовых.

— Три дня закончились, — сказал командир.

Лотар разложил на бочке два одинаковых листа. Брант продолжил:

— Предлагаю испытательный договор на месяц. Жильё и еда за счёт компании. Жалованье — половина доли обычного штурмовика каждому до первой боевой задачи. Команды получаете от назначенного десятника. В город выходите только с отрядом или по моему разрешению. Магию без прямого приказа не используете. Оружие выдадим, когда решу, что оно вам потребуется. Нарушите условия — договор заканчивается и дальше вы сами по себе.

— А внесенный нами залог? — спросил я.

Лотар коснулся нижней строки.

— Переходит на срок договора. После месяца либо вернём, либо зачтём в новый договор. Писарь уже понёс продление поручительства. Договор начнёт действовать, когда начальник смены внесёт обновленные документы в управу.

— А если вы решите сами разорвать договор?

— Выведем через грузовые ворота и вернём залог, как договаривались, — ответил Гервин.

Я взял лист. Читать я по-прежнему не умел. Лотар, заметив это, уже открыл рот, но я протянул договор Гервину.

— Прочитай вслух. Полностью.

Казначей недовольно поджал губы. Заместитель прочитал. На этот раз никто не пытался незаметно заменить срок или добавить неучтенное условие. Потом текст повторили для Игоря. Брат слушал, глядя не на бумагу, а на Бранта.

— Если Борг нарушит приказ, меня тоже выгонят? — спросил он.

— Только если поможешь ему или откажешься выполнять свой договор, — ответил командир. — Вы братья, но нанимаю я двоих, а не одно существо с четырьмя руками.

Игор задумался, затем протянул большой палец и воткнул его в чернильницу, забрызгав куртку казначея. Последний ругнулся, но остальных это только позабавило.

Мы оставили отпечатки рядом с печатью Чёрной ладони и на этом официальный найм был завершен. Когда бумаги унесли, Вейл подошёл и встал достаточно близко, чтобы не орать во все горло.

— Ну что бойцы, теперь я займусь вами по полной. — оскалился он.

Кажется он не забыл моей шутки про шлем.

Лараниэль узнала о прибытии выжившего охотника раньше, чем поднялся из лечебницы. Ей не позволяли покидать восточное крыло поместья без сопровождения, но запертые двери не делали слуг безмолвными. От служанки Лараниэль узнала, что Кэлион не вернулся и вместе с ним погибли трое старших охотников.

Она сидела у окна с раскрытой книгой. За пару часов страница так и не перевернулась. Строчки расплывались перед глазами, превращаясь в тонкие чёрные полосы. Стоило моргнуть, и вместо них появлялось багровое пламя на собственной ладони. Оно ползло по ауре, вытягивало силу и оставляло после себя пустоту, в которой не отзывался источник. Борг выбрался. Мысль должна была обрадовать: её трофеи не погибли, а доказали свою ценность. Вместо этого Лараниэль снова и снова считала потери. Мастер Кэлион, трое старших охотников. Серьезные потери для эльфов, которые крайне болезненно относились к смерти сородичей, тем более тех, на обучение которых ушли десятилетия. Если Саэрон узнает, что она видела магию Борга раньше и не предупредила об этом… Ужасные мысли лезли ей в голову. Как она могла так просчитаться? Но ведь Борг просто не мог создать заклинание под болью от метки, это просто невозможно для только начинающего мага!

Дверь открылась без стука. Саэрон вошёл один, даже не произнеся приветствия. Магистр положил поверх книги два почерневших обломка, которые охотник подобрал на стоянке после ухода великанов. В одном ещё угадывалась оправа управляющего камня. Лараниэль убрала задрожавшие руки под стол. Пальцы стиснули ткань платья.

— Кэлион и трое старших охотников мертвы, — сказал магистр. — Их убил один из великанов. Тот самый, которого вы велели не недооценивать.