Страница 39 из 127
Техник предложил Вику кусочек шоколада, но тот жестом отказался. Ничуть не обидевшись, техник сам сунул кусочек себе в рот и продолжил:
— Примерно три месяца назад, где-то в январе, когда все остальное уже исчезло, появились два новых соединения. Во-первых, на протяжении нескольких недель наблюдались пики кортизола.
— Сильный стресс…
— Стресс, напряжение, страх… В любом случае, что-то в её окружении вызывало в её организме чрезмерную выработку этого стероидного гормона. А кроме того, наш аппарат обнаружил празозин. Он присутствует даже у корней волос.
— То есть вплоть до самой смерти. Что это такое?
— Антигипертензивное лекарство. Его используют для лечения артериальной гипертензии, но это не совсем вписывается в профиль жертвы. На самом деле, я скорее склонен думать, что празозин применялся для уменьшения ночных симптомов, часто связанных с посттравматическим стрессом. Он известен своей эффективностью в таких случаях, и это также объясняло бы повышение уровня кортизола.
— Под «ночными симптомами» ты имеешь в виду…?
— Навязчивые воспоминания перед засыпанием и сильные кошмары. У этой женщины не было спокойного сна.
Кошмары, в которых вновь возникали образы ужасающей ситуации… Вик подумал о глазах, вырезанных убийцей. Могла ли быть какая-то связь? Видела ли Меропа что-то, чего ей не следовало видеть? Что же произошло в жизни этой женщины, что привело к такой пластической операции на лице и посттравматическому стрессу? Попала ли она в аварию? Или просто хотела исчезнуть, боясь, что её найдут?
Вадим снова появился с телефоном в руке. Он извинился перед Армандом Буларом и вывел коллегу в коридор.
— Дело касается ДНК-профиля Меропы. В базе FNAEG нашлось совпадение.
— И что?
— Личность остаётся неизвестной. Зато соответствующий профиль в базе был взят с места преступления, произошедшего четыре года назад. Какого-то парня зверски убили недалеко от Валанса…
Глаза Вадима заблестели.
— ДНК Меропы обнаружили по всему его телу.