Страница 2277 из 2287
Даррит встал у камина, глядя на нее, его глаза загадочно мерцали. Он был одет точно так же, как когда они путешествовали, его волосы так же непослушно вились, а губы были так же плотно сжаты, как когда он обдумывал, как убедить очередного Патера проголосовать за освобождение Омарейл. И в то же время принцесса видела его совсем другим. Во время разлуки ей казалось, что они охладели друг к другу, а сейчас, наоборот, – она чувствовала, что перед ней родной человек, с которым не разделят ни время, ни расстояние. Когда связаны души, все остальное не властно.
– Как ты? – спросила она, заметив, что пауза затянулась.
Он улыбнулся уголками губ.
– Должен признать, этот месяц был испытанием, – отозвался Норт. – Ничего не делать, просто ждать – думаю, в древние времена был такой метод пыток. Еще неделя, и я намеревался обратиться к Дану с просьбой вновь помочь проникнуть в Орделион. К счастью, госпожа Дольвейн открыла всем наш секрет. Я не представлял, как мог бы объяснить свое появление в замке.
– Как хорошо, что у тебя есть такие связи. – Омарейл ощущала, как ее настроение улучшалось с каждой секундой.
– Это правда. Когда тебя украли с площади Храма Света и Пилигрим сообщил, что ты в замке, мне повезло дважды: я не только нашел среди гостей Дана и заручился его поддержкой, но к тому же обнаружил поблизости госпожу Эдельвейс, которая любезно согласилась подвезти нас к Орделиону на своем автомобиле.
Омарейл рассмеялась, представляя «любезность» Шторм.
– В самом деле? Что она сказала?
– Что она не мой персональный водитель, – иронично отозвался Норт.
– Могу вообразить!
Их общее веселье наполнило комнату невероятно теплой атмосферой. Даррит подошел к дивану и сел рядом с принцессой.
– У меня проблема с Илом, – призналась Омарейл.
Даррит вздохнул.
– Я не могу нарушить слово, но не знаю, как от него избавиться, – пояснила она.
– Позволь я возьму это в свои руки?
Она кивнула, не зная, что он мог сделать, и все же с облегчением делясь этим бременем.
– Что касается Совы, нужно, чтобы она была в замке еще два-три месяца. Важно, чтобы народ Ордора принял тебя, чем, думаю, займется Бериот.
– Он уже взялся за это с большим энтузиазмом, – отозвался Норт. – Сейчас мы как раз обсуждали, что необходимо сделать.
Омарейл кивнула, а затем после паузы мрачно произнесла:
– Потом я избавлюсь от нее.
Норт поинтересовался, каким образом, но план казался Омарейл настолько ненадежным, что она не хотела раньше времени раскрывать его.
Их беседа текла неспешно, они поговорили о многом. Омарейл так не хотела уходить, но время шло, и с каждой минутой становилось все более неподходящим, чтобы быть вне своих комнат.
– Нам не нужны лишние сплетни, – мягко сказал Даррит, когда заметил, как Омарейл в очередной раз бросила взгляд на часы. – Ни к чему баловать местный персонал. Тебе нужно идти.
Она вздохнула и нехотя поднялась. Он проводил ее до двери, но принцесса не спешила уходить, она смотрела в его глаза, пытаясь придумать повод задержаться.
– Я тебя люблю, – сказал он так буднично, будто говорил это тысячу раз, и целомудренно прикоснулся губами к ее губам.
– И я тебя люблю, – ответила Омарейл, глотая слезы счастья, ее лицо запылало.
Оказавшись в круглом холле, она все еще чувствовала румянец, заливший щеки и шею. Мыслями Омарейл была в комнате Даррита, поэтому встреча с Бериотом – он, похоже, выходил из комнат Совы – стала сюрпризом, и не сказать, что приятным. Он посмотрел на нее с усталой снисходительностью.
Убедившись, что от растерянной принцессы не последует никаких попыток оправдаться, он вздохнул и сказал:
– Пойдемте, провожу вас, Ваше Высочество.
Она кивнула – это действительно позволило бы избежать ненужных вопросов и кривотолков. Омарейл подозревала, Бериот жалел, что ее выпустили из башни: когда она постоянно сидела взаперти, было куда проще. Ему только предстояло узнать, что такое быть Советником рядом с деятельной и свободной принцессой. Она ухмыльнулась. Несладко же придется Бериоту.