Страница 27 из 116
Глава 9
7
ВСЯ ЯРОСТЬ (ХЭТТИ)
Сегодня, возможно, самый длинный день в истории вселенной.
Он ползет, как ленивец, а я двигаюсь, как зомби: расставляю книги по полкам, разбираю заказы и разговариваю с редкими покупателями, которые заходят в поисках новой книги.
Не то чтобы их много в начале недели.
К сожалению, обычные книжные магазины становятся вымирающим видом, и от этого у меня болит сердце.
В книгах столько чудес, столько мгновенных побегов, особенно когда можно вдыхать страницы и гладить их, как домашних любимцев.
К этому моменту я влюблялась уже тысячу раз, путешествовала по разным континентам и далеким галактикам сквозь время и пространство.
Я прожила бесчисленное множество жизней, и все это — не покидая уютного дивана или греясь на пляже.
Сила книг настолько чертовски огромна, что у меня до сих пор сносит голову.
Но, видимо, сейчас людям больше интересна мгновенная доступность.
Вместо того чтобы бродить по книжному магазину, они заходят в интернет и заказывают одним кликом.
Не поймите неправильно. В этом нет ничего плохого. Не у всех есть куча места на полках или деньги, чтобы тратить их на настоящие страницы.
Если свою следующую книжную любовь вы нашли через вирусный TikTok или когда в почту прилетела подборка с последними хитами, в этом нет никакого стыда.
Я просто оплакиваю старомодный процесс.
Где-то по пути, проложенному технологиями, мы потеряли магию, которая рождается, когда тебя окружают настоящие, живые книги.
Вот почему я так люблю эту работу, даже если иногда думаю, почему выбрала карьеру, которая вот-вот уйдет туда же, куда видеопрокаты.
Я в глубине магазина расставляю большую стопку детских книг, когда звякает колокольчик. Натянув профессиональную улыбку «клиент прежде всего», я иду вперед.
Только это не клиент.
— Хэтти! — Мама так звонко выводит мое имя, что у меня болят уши.
Я морщусь, гадая, удастся ли закрыться пораньше, пока она здесь. Скорее всего, нет.
— Привет, мам.
Она отвлекается от того, какая вендетта у нее сегодня на повестке, едва смотрит на мое летнее платье. Когда я накинула его утром, оно показалось мне милым, но ее хмурый взгляд говорит обратное.
— Верх немного перегруженне думаешь, дорогая? — Она поджимает губы. — Я знаю, у тебя прекрасные достоинства, ты унаследовала их от меня, но не обязательно тыкать ими всем в лицо.
О боже.
Я подумываю объяснить, как трудно покупать одежду, которая не показывает хотя бы немного декольте, когда выбор платья моего размера всегда немного непредсказуем, но это будет пустая трата дыхания.
— Мне казалось, оно красивое. — Я пожимаю плечами.
— Ну, дизайн — да, но... ты, наверное, увидела его на какой-нибудь инста-модели, верно? Они просто иначе себя подают. — Она качает головой. — Впрочем, я пришла не болтать о твоем выборе одежды.
Зайдя за стойку, я шевелю мышкой, чтобы разбудить древний компьютер, и тот раздраженно жужжит вентилятором.
— Верно. Так зачем ты пришла?
Она делает глубокий вдох и наклоняется над стойкой, раскручиваясь перед тем, как сбросить бомбу.
— Разве я всегда плохо с тобой обращалась? Кормила, одевала, давала крышу над головой?
Спорно.
Но, зная, что бывают матери и похуже, я просто улыбаюсь и киваю.
— И ты мне доверяешь, Хэтти? Между нами ведь нет никаких тайн, правда?
Я снова киваю, на этот раз медленнее.
— К чему ты ведешь, мам?
— Не к чему. Почему, — драматично произносит она. — Почему, ради всего святого, ты не сказала мне, что помолвлена?
Черт.
Моя рука замирает.
Автоматически я смотрю на дверь, но сбежать невозможно: она загнала меня в угол.
С чего вообще начать?
— Эм, я не...
— И с Итаном Блэкторном. — То, как мама произносит его имя, — чистое благоговение.
Ужас.
Последнее, что мне нужно, — чтобы она обожествляла моего фальшивого мужа.
— Ну, смотри... — Губы отказываются работать.
У меня по-прежнему ничего нет. Правда не вариант, но заявлять, что мы безумно влюблены, тоже кажется дико неуместным.
— Дорогая! — Раскинув руки, она выплывает из-за стойки и идет на меня с медвежьим объятием. Самая широкая улыбка рассекает ее лицо.
Честно говоря, не думаю, что она была так счастлива меня видеть с тех пор, как мне было пять.
Я не успеваю отреагировать, прежде чем она сжимает меня так крепко, что я не могу дышать.
Смейтесь сколько хотите.
До этого момента у меня никогда не было плана, как разбираться с мамой.
Очевидно, рано или поздно она должна была узнать, что я выхожу замуж: такое не скроешь от нее вечно. Особенно когда замешан миллиардер с внешностью принца и характером ядовитой жабы.
Так что, если мыслить логически, то, что она узнала сама, без того чтобы мне пришлось усаживать ее и рассказывать, должно быть хорошо.
Может, и было бы, если бы каждая мышца в моем теле не каменела, пока она счастливо покачивает меня из стороны в сторону.
— Как ты узнала? — шепчу я.
— Об этом везде, милая, — восторженно говорит она, наконец отпуская меня и отмахиваясь от моего потрясения новостью. — Не помню, где прочитала. Сегодня утром минимум три разные статьи в интернете. Какое-то крупное благотворительное мероприятие? Об этом ты мне тоже не могла рассказать?
Прекрасно.
Это кодовое обозначение того, что она читает один из своих кринжовых сплетнических сайтов.
Она делает вид, что не следит за ними, но следит.
Джулия Сейдж не ест сладкое, поэтому поглощает безумное количество сальных слухов.
Стоит кому-то расстаться с партнером, старым друзьям разругаться или всеобщему любимчику-красавчику оказаться жалким изменщиком — она знает.
Портленд — город поменьше, но не настолько крошечный, чтобы в нем не крутилась мельница сплетен. А когда дело касается Блэкторнов, желтая пресса от Бостона до Нью-Йорка бьет первой.
Уф.
Мне просто никогда не приходило в голову, что я стану городской темой после того, как появлюсь на публике с Итаном Блэкторном.
Вот что бывает после целого вечера вместе, когда объявляешь о помолвке богатым людям с сияющими глазами.
А теперь об этом знает весь мир.
Единственный, кто пока не знает, — мистер Снид, мой босс, и только потому, что он не заметил бы городских сплетен, даже если бы они ударили его по голове подарочным изданием «Войны и мира» в твердом переплете.
Я тру глаза, внезапно устав.