Страница 10 из 116
Глава 5
3
ВСЕ РЫЧАГИ ДАВЛЕНИЯ (ХЭТТИ)
Что. Происходит?
Только эти слова и плавают у меня в голове, пока я оседаю на диван. Марго сидит передо мной на корточках и машет одной из моих старых книг у меня перед носом.
Запах старой книги.
Господи Иисусе.
Лучше нашатыря, если нужно вытряхнуть шок из головы.
Если бы я родилась в одном из тех регентских романов, которые притворяюсь, будто не люблю, я точно была бы одной из тихонь, подпирающих стену с книжкой в руках.
Хотя, может, правда не так уж далека от этого. В те времена договорные браки тоже случались, верно?
Когда кто-то старше, богаче и влиятельнее просто решал все твое будущее, а бедной героине ничего не оставалось, кроме как подчиниться.
Но у меня есть выбор.
Мне нужно это помнить.
Резко вдохнув, я пытаюсь подумать о чем-то более связном, чем о боже, о боже, о боже.
Непросто.
Выйти за Итана?
Предложение выйти замуж за кого угодно по чьей-то прихоти уже само по себе было бы ужасом, но когда речь об Итане чертовом Блэкторне?
— Дыши, — мягко напоминает Марго.
Вообще-то отличный совет.
Я беру одну из книг — старое кожаное издание «Гордости и предубеждения», как уместно — и снова вдыхаю.
По крайней мере, легкие работают.
Теперь осталось хлыстом загнать разум обратно в строй.
Моя лучшая подруга смотрит на меня сверху вниз тревожными голубыми глазами. Касается моей руки.
— Тебе поможет, если ты что-нибудь выпьешь? Воды? Чая? Горячего шоколада?
Я с трудом выпрямляюсь, садясь.
— Это моя квартира, Марго, — напоминаю я. — Я сама могу взять себе напиток.
Ни за что не позволю ей заботиться обо мне, когда это ее дедушка умер. Это я должна ее утешать.
Уф.
Марго закатывает глаза.
— Да, но я бывала здесь достаточно часто. Я знаю, где что лежит.
— Все нормально, я могу... — Перед глазами все расплывается.
Я сгибаюсь пополам.
— Хэтти, сядь! — Она хватает меня за руки и почти силой возвращает на диван. — Ты только что пережила сумасшедший шок.
— Я в порядке, не переживай.
— Хэтти. — Она складывает руки на груди. — Секунду назад ты выглядела безжизненной. Белее бумаги.
— Ну, может, стакан воды. Потом я буду в норме.
Она указывает на меня пальцем и поднимается на ноги.
— Сиди здесь, иначе я на тебя наору. Сейчас вернусь.
Пока она гремит чем-то на кухне, я открываю книгу на коленях и смотрю на первые строки.
Элизабет Беннет не позволила бы заставить себя выйти замуж против воли. В конце концов, был же мистер Коллинз, и ее мать была совершенно уверена, что Элизабет должна за него выйти. Но нет.
К сожалению, я не Элизабет Беннет.
Что, черт возьми, мне делать?
Отказаться. Это было бы логично.
В наше время люди не женятся на незнакомцах из-за странных юридических договоров и денег. По крайней мере, не открыто.
Мы не живем в романе, и меня не должны тащить к алтарю с мужчиной, которого я не люблю.
С другой стороны, если я откажусь, Итан не получит свое наследство.
Какой бы он ни был, это ужасное последствие.
О чем думал Леонидас?
Марго возвращается со стаканом воды, который я выпиваю за несколько секунд. Руки все еще так сильно дрожат, что часть воды проливается мне на подбородок.
Боже, я развалина.
— Мы можем это обсудить, знаешь, — говорит Марго, садясь рядом. — Я знаю, он мой брат. Но он еще и колоссальная заноза в заднице. Я бы тоже не прыгала от радости, если бы мне пришлось за него выйти.
— Ну да. Возможно, это как-то связано с тем, что он твой брат.
— Да, но если бы он им не был, я все равно не захотела бы за него замуж. Он слишком...
— Ужасен, — подсказываю я, пытаясь представить его в голове.
Я не могу вообразить его лицо без хмурого взгляда или той самодовольной ухмылки, которую он всегда носил. Обычно прямо перед тем, как начинал надо мной издеваться в детстве.
Этот человек вообще научился каким-нибудь другим человеческим выражениям?
— Честно, — говорит Марго. — Как ты относишься к этому в целом, если не считать Итана?
— Эм. Будто меня сбил грузовик, а потом для верности еще пару раз переехал задним ходом.
Она серьезно кивает.
— Справедливо. В детстве я иногда называла его самосвалом, и он ужасно бесился.
— Что мне делать, Марго? — Я прячу лицо в ладонях.
Худшее — самое ужасное — в том, что в каком-то странном абстрактном смысле мне не ненавистна идея быть его женой.
Кто не захотел бы выйти замуж за миллиардера?
Кажется, про это даже целые реалити-шоу снимают.
Пусть даже это всего лишь шанс немного пожить богатой жизнью.
Внимание — не совсем мое, но это была бы возможность стать чем-то большим, чем моя обычная тихая книжная версия себя.
Редкая возможность прожить приключение, а не просто читать о нем.
К сожалению, именно в этот момент я снова представляю, за кого мне придется выйти, чтобы эта фантазия сбылась.
Итан в темном костюме, будто явился забрать мою душу, сокрушительно красивый и, как всегда, хмурый.
Хмурый на меня.
Осуждающий и невероятно злой из-за того, что связывает себя узами брака с женщиной, которую никогда по-настоящему не захочет, пока смерть не разлучит нас.
Жуть!
Я моргаю, прогоняя этот образ из головы.
— Ты хочешь, чтобы я за него вышла, — шепчу я, зная, что это не вопрос.
Очевидно, она в команде «адский брак», иначе никогда бы не привела юриста.
Марго морщится, но прежде чем успевает возразить, домофон жужжит, и из динамика доносится голос моей мамы.
— Милая, это я. Я как раз подъезжаю к твоему дому и кое-что тебе привезла! — поет она.
Господи, вот это время выбрала.
Я снова опускаю лицо в ладони.
— Ох, нет. Плохо. Хочешь, я ее отправлю? — спрашивает Марго, золото мое. — Скажу, что тебе нехорошо.
Я отмахиваюсь.
— Не сработает. Если скажешь, что мне нехорошо, она настоит, что должна ворваться и посмотреть на меня.
— Даже если простуда? — Марго моргает.
— Особенно если простуда. Попробуй удержать ее снаружи, и она дверь снесет. — Хотя, может, если упомянуть легкую рвоту фонтаном, мама задумается.
С другой стороны, она, вероятно, просто найдет светлую сторону: наконец-то я сброшу пару фунтов и «перезагружу» организм голоданием.
Я поднимаюсь, пошатываясь, когда домофон жужжит снова, а потом вибрирует телефон. Чего у мамы точно нет, так это терпения.