Страница 55 из 126
19
Сара Герц. Так звучало ее полное имя. Выяснить это оказалось сущим пустяком. Саша набрал в Гугле ее имя и ключевое слово «самоубийство» и сразу же попал на страницу, которую создали ее родители для приема соболезнований. Адрес их дома тоже имелся. Речь шла о небольшом городке на окраине Мюнхена, куда ходила одна-единственная электричка. Саша и Джой находились не в лучшем расположении духа, поэтому большую часть пути просидели молча напротив друг друга. И хотя они снова помирились, но недавняя ссора все еще давала о себе знать.
— Брат Алины запал на тебя, — первым нарушил молчание Саша и тут же пожалел о том, что начал разговор с такой дурацкой темы.
— Может быть, — ответила Джой.
— А ты? Он тебе нравится?
Она пожала плечами.
— Он милый.
И они снова надолго замолчали. Саша смотрел на Джой. Как же классно она выглядела! Ярко-красная куртка. Модные рваные джинсы. С другой стороны, симпатичных девушек было хоть пруд пруди. Почему же именно она значила для него так много? Почему в одну влюбляешься, а в другую нет? Самое странное заключалось в том, что даже в том случае, если бы Джой выглядела в два раза менее симпатичной, он бы все равно считал ее не менее классной.
— В чем дело? — спросила она.
— Ни в чем. Почему ты спросила?
— Потому что ты так смотришь на меня.
Он отвернулся и уставился в окно, в хмурую серость ноябрьского дня, и почувствовал, что покраснел. Уж не прочла ли она его мысли? Он должен, наконец, перестать постоянно думать о ней. И ему давно пора обуздать свои чувства. Он сунул руку в карман джинсов и зажал в кулаке сверкающее сердце. Она всего лишь товарищ. И ничего больше. Чем скорее он это осознает, тем лучше будет для всех.
— Как нам это сделать? — спросил Саша, когда они приблизились к многоквартирному дому-башне, который был виден уже с железнодорожной станции. — Что мы должны сказать?
— Обманывать скорбящих родителей только ради того, чтобы что-то выяснить, я считаю отвратительным, — ответила Джой. — Если ты ничего не имеешь против, я могла бы начать разговор. В таких ситуациях нам, девушкам, гораздо проще.
— Конечно, при условии, что у Сары есть старший брат.
Саша тотчас прикусил нижнюю губу. Ну почему у него снова сорвалось с языка это дурацкое замечание?
Джой посмотрела на него с явным раздражением.
— Ты можешь и сам…
— Ерунда! — Он шутливо легонько ткнул ее кулаком в плечо и улыбнулся. — Это была всего лишь неудачная шутка.
Когда они были уже метрах в двадцати от нужного им дома, то заметили у входа небритого мужчину в потертой кожаной куртке, который жадно курил сигарету и при этом не спускал глаз с мальчишек, игравших в футбол на детской площадке напротив дома. Проходя мимо, Саша кивнул мужчине, но тот не прореагировал на это. Панель домофона с кнопками дверных звонков на стене у входной двери оказалась бесконечно длинной, и не на всех табличках стояли фамилии жильцов.
— Кого вы ищете? — Курильщик подошел ближе и, задавая вопрос, стряхнул пепел с сигареты.
— Семью Герц, — ответил Саша.
— И зачем?
— Мы хотели бы задать несколько вопросов.
— Так спрашивайте. Я Рюдигер Герц.
Они повернулись лицом к курильщику, который продолжал недоверчиво смотреть на них. Как и договаривались, Саша предоставил слово Джой.
— Речь идет о Саре, — сказала она. — Точнее говоря, о парне по имени Тристан. Вы не знаете кого-нибудь, кого так зовут?
Немного подумав, Рюдигер Герц покачал головой.
— Это имя мне ничего не говорит.
— Значит, тогда у нее не было нового друга незадолго до ее?..
Тяжело вздохнув, он уставился в землю и начал скрести каблуком по асфальту.
— Обычно Сара забивалась в свою комнату и предавалась мечтаниям. Но последние недели ее часто не было дома. Нам, конечно, хотелось знать, что происходит. Не потому, чтобы что-то запретить ей. Мы были рады, что она начала, наконец, выходить из дома. Но она все отрицала. — Он поднял голову. — Родители сразу чувствуют, когда их родной ребенок врет. А Сара врала. У нее кто-то был. Но этот тип до сих пор так и не объявился.
Он швырнул на асфальт окурок своей выкуренной до самого фильтра сигареты и раздавил его как назойливое насекомое. Не глядя, он вытащил из кармана куртки пачку и взял новую сигарету. При этом он испытующе смотрел на Сашу и Джой.
— Почему это вас так интересует? О чем здесь вообще идет речь? Этот Тристан не вернул вам компакт-диск или что?
Саша подошел на полшага ближе к Рюдигеру Герцу.
— Этим летом умерли и другие девушки, отравились цианистым калием, точно так, как Сара. Одна из них была моей хорошей знакомой. Мы считаем, что этот Тристан снабдил их ядом.
Рюдигер Герц закурил свою сигарету и глубоко затянулся.
— Лучше предоставь это дело полиции, парень. Она и существует для того, чтобы раскрывать подобные дела. Даже если ты и узнаешь, кто достал яд, что это тебе даст? Это не вернет тебе твою подружку. Точно так же, как и нам нашу Сару.
Это верно, подумал Саша, но тем не менее это поможет узнать правду.
— У Сары бывали приступы депрессии. Это и убило ее. Депрессии — это такая болезнь. Болезнь души. Так объяснил нам ее психотерапевт. Действительно добрый человек. Специалист. Он же обязан разбираться в этом, не так ли?
Опустив голову и снова уперев взгляд в землю, он молча вдыхал и выдыхал дым сигареты. Саша слишком хорошо понимал этого беднягу. Депрессия, болезнь — это были слова, за которые можно было держаться, на которых прекращались вопросы. Для вида. Подобные слова не дали ответа и ему. Долг. Самопожертвование. Добро. Благонамеренные утешения там, где не было никакого утешения. Поэтому вопросы никогда не прекращались. Никогда. Почему моя дочь? Почему мой отец? На это не было удовлетворительного ответа. Судьба была слепа. Слепа и глупа.
— Какое-то время Сара чувствовала себя довольно хорошо, — продолжил наконец свой невеселый рассказ Рюдигер Герц. — По ее возможностям, конечно. Доктор Андрош сделал все, что в его силах. Дело было не в нем. Но, видимо, Саре было невозможно помочь на длительный срок.
Саша насторожился.
— Доктор Андрош? Она лечилась у него?
— Да. Но это было некоторое время тому назад. Ты его знаешь.
Саша утвердительно кивнул.
Неожиданно Рюдигер Герц громко крикнул в сторону футбольной площадки:
— Макси! Пойдем же, наконец! Ты еще должен сделать уроки!