Страница 84 из 117
Глава 26
Кэл
Следующим утром солнце ещё не взошло, и в открытые окна доносится тихий шепчущий звук океана. Сильви свернулась калачиком у меня на груди, одна её нога перекинута через мою, волосы раскинулись по моему плечу, и я вдыхаю её запах. Я только что дважды довел её до оргазма, а после у нас был лучший секс в моей жизни с кем бы то ни было. Связь, которая возникла между нами с Сильви, осязаема.
Я вожу большим пальцем кругами по её плечу — туда-сюда. Её пальцы лениво скользят по моей груди, очерчивая линии, которые я знаю наизусть. У меня столько татуировок и они уже так давно, что иногда я просто забываю об их существовании. Она прослеживает контуры рисунка на моей руке, и у меня перехватывает дыхание. От её прикосновений по коже пробегают мурашки.
Она улыбается.
— Ты нормально выспался?
— Да, — говорю я, вздрагивая, когда её кончики пальцев опускаются ниже. — С тобой рядом я всегда сплю отлично.
Она опускается ниже и целует мои татуировки, а затем смотрит на меня с любопытством.
— Расскажи о них.
— О моих татуировках?
Она кивает.
— У тебя их много. И кажется, будто каждая рассказывает какую-то историю.
Я медленно выдыхаю.
— Сначала они не задумывались как история. Они мне просто нравились.
Её пальцы медленно очерчивают знакомый изгиб.
— Но теперь?
— Теперь они стали чем-то вроде личного дневника, — признаюсь я. — Кажется, я начал наносить на тело карту своих жизненных этапов, даже не осознавая этого.
Она изучает мою руку, следя за линиями.
— Это Нью-Йорк.
Я замираю на секунду, пока до неё доходит.
— Теперь я вижу, — тихо говорит она. — Очертания горизонта.
— Да, — говорю я. — Целая глава.
Она наклоняется и оставляет лёгкий поцелуй прямо поверх рисунка.
— А это? — спрашивает она, переходя к волнам на моих ребрах.
— Дом, — отвечаю я. — Вода, где тихо и мирно.
По крайней мере, раньше я думал, что это дом. Но теперь, когда я с Сильви, мне кажется, что дом — там, где она. Рядом с ней мне кажется, что я могу получить всё.
Её пальцы продолжают двигаться по узорам без названий, по фигурам, смысл которых понятен только мне.
— А эти?
— А это выживание, — признаюсь я. — Времена, когда я понятия не имел, что буду делать дальше, но всё равно продолжал двигаться вперёд.
Она снова устраивает голову у меня на груди.
— Мне нравится, что они у тебя есть.
Я прижимаю её ближе, целуя в висок.
— Я никогда раньше никому не объяснял их значение.
— Мне нравится быть первой, — бормочет она.
«Мне тоже».
Мы остаёмся лежать так, пока солнце не начинает подниматься, а потолочный вентилятор лениво крутится под потолком.
— Мне нужно бежать на йогу, — бормочет она. — Ты сегодня идешь сёрфить?
— Нет, мне нужно разгрести дела в баре, — признаюсь я.
В конце концов мы заставляем себя вылезти из постели. Она исчезает в ванной, а я беру пару минут, чтобы прийти в себя. Это до опасного сильно напоминает любовь и настоящий брак. Словно можно привыкнуть.
Когда она выходит в новом топе и лосинах для йоги, мне хочется затащить её обратно в кровать. Я притягиваю Сильви к себе и мягко целую.
— Я хочу кое-что тебе показать.
Я веду её по коридору.
— Что?
Я открываю дверь в свой редко используемый кабинет. Теперь её кабинет.
Она умолкает.
— Я подумал, что тебе понадобится рабочее пространство, — говорю я. — Место, которое будет твоим собственным.
Я попросил братьев Марины освободить комнату и обставить её новым столом и креслом. Здесь чуть-чуть мебели, но я хотел сделать свое пространство чуточку и её пространством тоже.
Она поворачивается и оглядывает всё вокруг, её глаза сияют.
— Ты сделал это? Для меня?
— Ну да. Конечно. Я знаю, что тебе нужно где-то работать, — говорю я, прислоняясь к косяку двери.
— Ты не обязан был это делать. Я могу работать откуда угодно, Кэл.
— Я сам этого хотел, — просто отвечаю я.
Она подходит ближе и обвивает руками мою шею.
— У тебя отлично получается заботиться о других людях.
Я сглатываю.
— Только для тех, кто имеет значение. Ты имеешь для меня значение, Сильви.
От этих слов её руки сжимаются крепче.
— Спасибо.
— Что ты планируешь на сегодня? — спрашиваю я.
— Позже пойду в клуб вязания с Пчёлками, — небрежно бросает она. — А потом заскочу к твоей маме с кофе.
Что-то сжимается у меня в груди при упоминании мамы — как всегда и бывает.
— Ей понравится, — говорю я.
— Нам столько всего нужно обсудить, — произносит она так, будто это само собой разумеющееся.
Прежде чем она успевает выйти из комнаты, я ловлю её за руку и мягко притягиваю обратно к себе. Она смеётся и падает ко мне на грудь.
Я не спеша целую её, вдыхая аромат ванили и кокоса.
— Хорошего занятия йогой.
— Спасибо. А я спланирую ужин на вечер, — говорит она.
— Мне нравится жить эту жизнь с тобой, — произношу я.
Её выражение лица смягчается.
— Мне тоже нравится жить эту жизнь с тобой.
Она снова целует меня, а затем отстраняется, одаривая той самой улыбкой, от которой у меня внутри всё переворачивается. Я так и стою на месте, провожая её взглядом.
Я пока не знаю, как всё это будет работать. Я знаю лишь то, что больше не хочу возвращаться к той версии своей жизни, в которой не было ее.
***
Сегодня вечером Сильви запланировала ужин в закусочной «Ракушка». Сильвия, как я выяснил, не особо сильна в кулинарии. И когда она говорит, что берёт ужин на себя, значит, что она либо что-то заберёт по дороге, либо выберет место, откуда мы закажем еду на вынос. И я не против, потому что с ней каждый день чувствуется как приключение.
Сильви в джинсовых шортах, кроссовках и майке выглядит непринужденно, как всегда.
Мы изучаем меню, и я смотрю на неё, всё ещё не веря, что это моя жизнь и моя жена.
— Как прошёл сегодняшний день? — спрашиваю я после того, как мы делаем заказ и официант забирает меню.
Она подаётся вперед, и её декольте оказывается как на ладони. Я едва могу сосредоточиться. Боже, она ошеломительна.
— Всё хорошо. У меня весь день были совещания. Завтра приезжает Уилби. Он собирается пожить у Бёрди, пока я не найду ему жилье в аренду, — говорит она. — Я рада, что он хочет вернуться. Он говорит, что обожает остров. Кто бы мог подумать?