Страница 64 из 88
— Тебе? Вина?
— Немного.
— Детям не наливаем.
Я чуть не застонала.
Вот оно.
Главное проклятие моего нового тела.
— Я не настолько ребёнок, — пробормотала я.
— Настолько, — сказал он и поставил передо мной ягодный морс.
Я посмотрела на морс.
Морс посмотрел на меня.
— Ладно, — вздохнула я. — Как-нибудь переживу.
После еды я пошла по лавкам.
В своём прежнем мире я бы назвала их бутиками. Здесь это были торговые ряды: яркие, шумные, полные тканей, лент, украшений, духов, перчаток, сапожек, заколок, гребней, маленьких магических безделушек.
Я трогала кружева, рассматривала платья, примеряла браслеты, удивлялась тканям, которые меняли оттенок на свету. Купила пару платьев — одно тёмно-синее, простое, но красивое, второе зелёное, с мягкими рукавами. Потом взяла сладости для Рея и Крея, потому что они, несмотря на все свои недомолвки про стрижку, всё-таки мои маленькие помощники.
И тут увидела цветы.
Лавка цветов стояла в стороне от главной улицы. Над входом висели живые лозы с серебристыми листьями, а внутри пахло землёй, влажной корой, мёдом и травами. На полках стояли горшки, кадки, корзины: цветы с прозрачными лепестками, маленькие деревца с золотыми жилками на листьях, кустики, светящиеся в тени, травы, которые тихо звенели при прикосновении.
Я сразу потянулась к одному маленькому деревцу.
Оно было красивым: тонкий ствол, пушистая крона, листья с нежным голубоватым краем. Продавец сказал, что оно очищает воздух и любит утренний свет.
Я решила взять.
Значит, пусть будет и дерево.
Маленький кусочек жизни, который не пытается меня ударить, проверить или унизить.
Я уже почти вышла из лавки, когда взгляд снова зацепился за угол.
Там, отдельно от остальных растений, стояло нечто жалкое.
То ли маленькое деревце.
То ли цветок.
То ли высохшая палка с тремя чёрными листьями.
Земля в горшке выглядела сырой, слишком тёмной. Стебель наклонился, корни у поверхности будто подгнили, а листья были вялые, с красноватыми прожилками.
Оно умирало.
Я остановилась.
Почему-то не смогла пройти мимо.
— Это что? — спросила я.
Продавец, полный мужчина с зелёным фартуком, обернулся и сразу поморщился.
— Не трогайте, юная госпожа.
— Почему?
— Дьявольский плод.
Я моргнула.
— Простите, что?
— Дьявольский плод, — повторил он. — Растение из земель демонов. Очень опасная дрянь.
Ну конечно.
Я не могла просто купить нормальное дерево и уйти.
— А почему оно такое… полумёртвое?
— Потому что не прижилось. Его вчера принесли торговцы. За один день зачахло. Обычного человека или мага такое растение может убить, если оживёт. Высасывает силу, пьёт энергию. Я поставил его в угол, хотел выбросить, да руки не дошли.
Он посмотрел на меня серьёзно.
— Вам не стоит покупать это. Возьмите лучше розы. Или лунные фиалки. Красивой маленькой девочке подойдут светлые цветы, а не демоническая зараза.
Красивой маленькой девочке.
Я чуть не закатила глаза.
Внутри сразу проснулся упрямый бес.
— Мне для опытов, уважаемый.
— Для каких ещё опытов?
— У нас скоро будет травология. Буду изучать.
— Юная госпожа, изучать лучше то, что не может высушить вам душу.
— Звучит скучно.
Продавец уставился на меня.
— Что?
— Ничего. Сколько стоит?
— Я не советую…
— Я поняла. И всё равно хочу.
Он ещё раз посмотрел на растение, потом на меня. Видимо, решил, что если Академия Харун отпустила ребёнка в город с кошелём монет, значит, ответственность уже не на нём.
— Два серебряных, — сказал он осторожно.
Я вытащила несколько монет и положила на прилавок.
Глаза продавца округлились.
Кажется, я дала больше.
Ну и ладно.
Он сразу забрал деньги и осторожно поставил горшок в плотную тканевую сумку.
— Не ставьте рядом с кроватью, — пробормотал он. — И если листья начнут чернеть сильнее — зовите травника. Или жреца. Лучше обоих.
— Спасибо за заботу.
Я вышла из лавки с красивым деревцем в одной руке, дьявольским плодом в другой и ощущением, что сделала что-то совершенно неправильное.
То есть, скорее всего, именно поэтому мне стало так интересно.
Улица встретила меня шумом, светом и запахами.
Я шла медленно, рассматривая всё вокруг: лавки с тканями, торговцев пряностями, детей, гоняющихся за светящимися мотыльками, девушек с цветными косами, мужчин в плащах, существ с крыльями, рогами, серебряной кожей, кошачьими глазами.
Странные.
Красивые.
Живые.
И вдруг я подумала: а ведь мне, наверное, действительно повезло.
Да, я умерла в прежнем мире.
Да, попала сюда не по своей воле.
Да, этот мир бил меня с первого дня.
Но если бы не всё это, я никогда бы не узнала, что где-то существует город, где цветы звенят, пикси спорят о сладостях, драконы летают над башнями, а сказки ходят по улицам в человеческом облике.
Я прижала к себе горшок с дьявольским плодом и улыбнулась.
Может, этот мир и был опасным.
Но он был настоящим.
И впервые за долгое время мне хотелось узнать, что будет дальше.
Мне здесь нравилось всё.
Почти всё.
Город был слишком ярким, слишком живым, слишком невозможным, чтобы я могла смотреть спокойно. Я шла по торговой улице и ловила себя на том, что снова и снова замедляю шаг. Хотелось рассмотреть каждую вывеску, каждый прилавок, каждое странное лицо в толпе.
Над лавками покачивались цветные фонари. Где-то звенели колокольчики, где-то смеялись дети, где-то торговец громко нахваливал пряные лепёшки, от которых пахло мёдом и корицей. В воздухе смешались запахи жареного мяса, свежего хлеба, цветов, духов, мокрого камня и чего-то магического — тонкого, холодного, как воздух после грозы.
Я держала в одной руке красивое деревце, в другой — горшок с тем самым дьявольским плодом, укрытым плотной тканью.
И, если честно, чувствовала себя почти счастливой.
Странное чувство.
Опасное даже.
Стоило мне подумать, что день идёт хорошо, как я тут же врезалась в кого-то плечом.
— Ой, простите…
Я подняла голову — и слова застряли в горле.
Передо мной стоял мужчина.